ромашки или же достозаи,комфорт

Лето, комфортная погода, цветущие тут и там цветы. В Йокогаме царила прекрасная погода. Достоевский сидел в офисе организации:"крысы мёртвого дома» и пил чай, заботливо принесённый ему Гоголем. Это был любимый чай Фёдора, чай с ромашкой. Не то, что бы у Достоевского был настолько плохой сон, или же настолько много тревог, чтобы прибегать к ромашковому чаю. Этот чай Фёдор любим больше за запах, за ромашки и положительные воспоминания, связанные с ней. А именно первое свидание и первый поцелуй. И то, и другое было отдано парню, но давайте будем более точными, этим парнем являлся никто иной, как Дадзай Осаму. Этот " крайне необычный эспер», да-да именно так Фёдор при людях отзывался о Дадзае, ворвался в офис крыс мёртвого дома, после поисков, надо бы заметить, недолгосрочных поисков Достоевского, повёл его к ромашковому полю. Вспоминая потом этот момент, Фёдор задавал себе лишь один вопрос: " почему я не убил тогда этого человека?» Ответа на который он так и не нашёл, скорее всего доверился интуиции, предчувствию, в которые никогда не верил. Придя к полю с этими необычайно красивыми цветами, красоту которых, в отличии от всего остального мира, Фёдор замечал с самого детства, Дадзай быстро взял Достоевского за руку и повёл в глубь поля. Оказавшись чуть ли не в середине поля, Достоевского обняли за талию и втянули в страстный, но непродолжительный поцелуй. После этого короткого, и надо бы заметить первого поцелуя Фёдора, Осаму отстранился от столь желанных губ и, как бы спрашивая разрешения на продолжение поцелуя, по-детски изогнул губы в немой просьбе. От такого Фёдору отказаться было весьма сложно, ведь как бы ему тогда стыдно и некомфортно было, но ему понравилось, он хотел ещё, хотел до бесконечности целовать его губы. В ответ на немую просьбу Осаму, Фёдор, приблизившись первым, начал целовать Осаму. Если бы Достоевского спросили: » как бы вы описали ваш первый поцелуй?» Пожалуй, он бы ответил, что изначально он испытал удивление, ведь в его фантазиях он, сам Фёдор на все 100% доминировал, и доминировал именно над девушкой. Он даже и не подозревал, что может оказаться гомосексуалом, как оказалось в дальнейшем, после всей этой сцены с полем, Фёдора даже не привлекали девушки, пожалуй, до этого момента, он был слишком занят работой. Далее последовало чувство наслаждения, можно даже сказать, эйфории, ведь, как ни крути, Фёдору было приятно получать столь явные знаки страсти и обожания, которые, впрочем, являлись взаимными. Отстранившись с весьма довольным видом, Осаму побежал срывать цветы и плести венок именно для него, спутника всей жизни Дадзая. Спустя 5 минут, Осаму подбежал со спины к Достоевскому, и обняв его, надел на голову Фёдора самодельный венок. Вообще, если бы они находились немножко в другой локации, а именно на поле со всеми полевыми цветами (простите-простите за тофтологию), то Дадзай бы непременно сплёл бы венок из василька, калины, бессмертника, мальвы и пожалуй, пару веточек цветущей вишни он бы тоже добавил. Одев на голову своего возлюбленного венок, Дадзай начал щекотать и аккуратно валить Фёдора на землю. Достигнув своей цели, выполнению которой, Достоевский, впрочем, не мешал, Дазай начал рассматривать облака и рассказывать о них Фёдору. -» Смотри, эти два облака похожи на нас.» — с какой-то детской радостью произнёс Дадзай.

— " Почему это?»

-"Они такие разные, однако смотри, они как будто часть одного целого. Присмотрись, какие у них идеально подходящие друг к другу края» спустя примерно минуту молчания, Фёдор, с серьёзным видом спросил:

-"Это можно считать свиданием?»

-"Да, первым и самым лучшим в твоей жизни.»

-"Хах, я так и знал.»

Предавшись воспоминаниям, Достоевский даже и не сразу заметил то, что его телефон буквально готов разорваться от количества входящих сообщений, звонков, текст которых колебался от «Федя, ты где? Я тут волнуюсь.» до " ФЁДОР, ТВОЮ Ж… КАКОГО ЧЁРТА ТЫ НЕ ОТВЕЧАЕШЬ?» Окончательно, Фёдора из состояния транса вывел Николай, который подошёл к Фёдору с телефоном, и с глазами полными любви и не понимания, кого же сам Фёдор Достоевский, пассия и предмет обожания Николая пописал как «мой рыцарь голубых кровей (тут ещё сердечко, но на компьютере таких не имеется, приношу извинения.)»

-"Что такое?»

-"Вам звонит и пишет контакт «мой рыцарь голубых кровей» да ещё и с сердечком, вау.»

-"Спасибо тебе, Николай»

Пикированный этим фактом, Николай телепортировался к себе в квартиру, и там обдумав этот момент, сбросился с крыши, оставив на столе записку: " Счастья тебе, Дос-кун, мне не место в твоей жизни, прощай.» . . . Связавшись с Осаму, они оба договорились пойти на поле, то самое поле, где они впервые поцеловались, с которым у них ассоциировалось так много светлых воспоминаний. Однако этому походу не удалось осуществиться. Активно идущие сборы на поле, с целью устроить пикник, прервались звонком Гончарова, который сообщил Фёдору о смерти Николая. Завершив звонок, Фёдор сообщил Осаму об сорвавшихся с десятого этажа планах о пикнике. Дадзай, обняв Достоевского, предложил ему моральную помощь в виде присмотра за Фёдором, чтобы " не додумался отправиться за Николаем.» Согласившись на это, Дадзай и Достоевский, после четверти часа успокаивающих обниманий Осаму, отправились в морг, для опознания трупа. . . . своего рода эпилог, события в котором происходят спустя 5 лет после вышеописанных Осаму и Фёдор уже как 4 года живут в глуши России, занимаясь фермерством, лишь изредка приезжая в Йокогаму. Дадзай уволился из вда, а Фёдор вышел из крыс мёртвого дома, они оба больше не нарушают закон, иногда проведывают могилу Николая и живут счастливой жизнью.