Анна на еврейском - благосклонность

      Через пару минут после того как Дымов увёл Кота, Аня немного пришла в себя от шока. Надо было иметь трезвый рассудок, иначе Ване она никак не сможет помочь. Окинув пол кабинета взглядом, она заметила пистолет. Удивительно, когда Кот успел его выкинуть. Впрочем, сейчас это было уже не важно. От него, как от улики, надо было избавиться. Эксперту вспомнились слова следователя: «… цель у них общая. Заставить тебя, как сотрудника полиции, работать в их интересах.» — Да, Дымов, если бы ты только знал, что ради Вани я сама готова и улики прятать, и от показаний отказываться. Ничего, скоро узнаешь. — решительно и тихо сказала девушка, платочком убирая пистолет в целлофановый мешок. Оглядевшись по сторонам, она не заметила никого, кто мог видеть или слышать её и с облегчением выдохнула. Спрятав пистолет в сумку, она подошла к телу Сергея и, превозмогая отвращение, проверила пульс. Его не было. «Ну Ванька! С первой пули и готово!» не без восхищения подумала девушка и сама же ужаснулась своим мыслям. Как работнику полиции, ей такое было недопустимо. Но как до беспамятства влюблённой в Кота девушке, конечно, простительно. Ещё раз окинув кабинет взглядом, эксперт покинула его. Когда она вышла на улицу, на её телефон раздался звонок. На экране светилось «Дымов». Девушка ответила на звонок. — Алло, слушаю. — Ань, забыл сказать, раз уж ты пока на месте, осмотри его. Может орудие убийства там брошено или ещё какие улики будут. — совершенно обыденно сказал следователь. — А потом приезжай в отдел, дашь свидетельские показания. — Поняла, осмотрю. — сказала Аня и сбросила вызов. Никакие свидетельские показания она давать не хотела. А на месте преступления не было ничего, кроме пистолета, который как ключевая вещь подтвердил бы вину Ивана и отправил его за решётку. Девушка прекрасно это понимала, а потому просто не спеша отправилась по улице. Надо было думать, куда деть пистолет. «Маме Вани занести не вариант. Искать будут. У меня тоже могут хватиться. Может… У Николая Остаповича в кабинете! Только надо с ним встретится так, чтобы Дымов не видел» придумала девушка и созвонилась с начальником полиции. Тот пообещал встретить её у отделения.

***

      Спокойным шагом Аня подошла к отделению. Её мысли уже более менее прояснились. Возле ворот её ждал Николай Остапович. Он подошёл к девушке и отвёл её к кустам. — Вот дела то творятся, да? — взволнованно сказал он. — Это точно. Но я то к Вам вот по какому вопросу. Мне надо, чтобы Вы куда-то дели пистолет Вани, из которого он убил Сергея. У меня нельзя, у Лидии Степановны тоже могут хватиться. Можете его у себя припрятать? — А куда же я тебе его дену? — Ну может где-то в кабинете? Никак нельзя, чтобы Ваню посадили, понимаете? — голос девушки дрожал от волнения. — Да понимаю, понимаю. Ладно, давай, что-нибудь придумаю. — Спасибо, Николай Остапович! — доставая из сумки пистолет и передавая его начальнику, сказала девушка. — Да не за что. Ты иди, тебя там уже Дымов ждёт, как свидетельницу. — вздохнул Шпынько. Девушка тоже вздохнула и быстрым шагом направилась в отделение.

***

      Возле двери кабинета следователя Анна замерла. Набравшись сил, она пару раз постучала в дверь. — Войдите — раздался из-за двери голос. Аня открыла дверь и зашла в кабинет. За столом сидел Андрей, а напротив него Ваня, в наручниках, но с совершенно беспечным видом. — Ну что? Орудие преступления на месте нашли? При подозреваемом его не обнаружено. — деловым тоном сказал следователь. — Орудие преступления на месте не обнаружено. — совершенно спокойно сказала Аня. — Как не обнаружено? — Дымов оторопел. — Куда же оно делось, если при Волкове его нет и на месте преступления его нет? — Не могу знать. Вы же следователь, Вам и устанавливать. Дымов окинул её строгим взглядом, наполняющимся гневом. — Хорошо, будем искать. Подождите за дверью, я закончу допрос подозреваемого и приглашу Вас как свидетеля. — едва сдерживая эмоции, сказал Андрей. Девушка молча развернулась и вышла за дверь. Через минуту из кабинета раздался взбешённый голос Дымова: «Что значит, я ничего не докажу, улик нет? Ещё как докажу, ты у меня так надолго сядешь, мама не горюй!». Затем дверь распахнулась, следователь пропустил конвоира и Волкова увели. Когда он проходил мимо Ани, он посмотрел ей в глаза. Девушка слегка улыбнулась и Кот улыбнулся в ответ. — Гражданка Суворова, пройдите в мой кабинет. — послышался голос Дымова, Аня встала, зашла в кабинет и закрыла дверь. — Андрей Павлович, успокойтесь. — сказала она, наливая стакан воды и подавая следователю. Тот сделал пару глотков, а девушка за это время села на стул, где парой минут ранее сидел её любимый. — Теперь вся надежда на тебя, Ань. Пиши показания, что видела, как Волков убивал. Потом орудие убийства найдём и дело в шляпе. Ты же видела? — успокаиваясь, спросил Андрей, зная положительный ответ. — Нет, Андрей Павлович, я такого не видела. — спокойно сказала девушка. — Что значит, не видела? Ты же там была! — Я попала туда уже после того, как Сергея убили. Кто это сделал, я не знаю. — Аня, Анечка, ты что делаешь? Ты что, на сторону бандитов встала? — Нет, просто я знаю, зачем ты это делаешь. — сказала девушка и вздохнула. — Конечно! Чтобы справедливость восторжествовала! — А вот мне кажется иначе. Сначала Катя, потом я. Ты веди нас обеих в разные периоды ревновал к Коту. Именно ревность и уязвлённая мужская гордость движут тобой сейчас, а не справедливость. Разве я не права? — серьёзным тоном, как обычно в таких ситуациях, сказала эксперт. Дымов встал со стула, пару раз прошёлся по кабинету и встал к окну. Да, конечно Аня была права. Но признавать это, по крайней мере перед ней, он не собирался. — Это совершенный бред! Я страж закона и действую в его рамках! — жёстко сказал он, смотря на улицу. Аня встала со стула, подошла к нему со спины и обняла. Встав на носочки, она шёпотом ему в ухо сказала. — Да, конечно. Если я буду с тобой, а не с ним, то ты отпустишь его из-под стражи? Ты ведь знаешь, кем был Сергей. Такую смерть он вполне заслужил. Он ведь меня изнасиловать собирался, а Ваня вовремя успел и прострелил этому мерзацу бошку! — шёпот стал угрожающе-нервным и девушка отошла от Андрея. Он развернулся к ней лицом и посмотрел в глаза. — Это правда? Аня лишь кивнула, второй раз в жизни она вряд ли бы это сказала, хотя это и было правдой. Андрей подошёл к ней и обнял. — Ты мне очень дорога и я очень хочу, чтобы ты была со мной, но потому что любишь меня, а не чтобы я Волкова отпустил. — Я люблю тебя. Но ещё я не хочу, чтобы из-за меня его посадили. Понимаешь? Дымов приблизился к лицу девушки и отодвинул с него локон, выбившийся из укладки. — Понимаю… Ладно, чёрт с ним, прикажу, чтобы его отпустили. — Андрей прижал девушку к себе и впился в её губы страстным, долгожданным поцелуем.       Конечно, Аня ответила на него, что ей оставалось делать. В её голове это было единственным способом спасти Кота. Надо было заверить Андрея, что она любит только его. Тогда не будет ревности, а значит и стимула копать под Волкова. Когда Дымов наконец оторвался от губ девушки, он довольно улыбнулся и отпустил её. Подойдя к двери, он приоткрыл её и приказал, чтобы Ивана Волкова отпустили из-под стражи. Аня ликовала, потому что любой ценой спасла любимого, а Андрей ликовал, что Аня теперь его. Хотя вкус победы, несомненно, омрачал тот факт, что Дымов ясно осознавал истинные мотивы поступков и признания девушки.