Маленький

Сегодня превосходный день, чтобы повеситься. Мори уехал на другой конец города, а Чуя вернется из командировки только через два дня, значит ему никто не помешает. Петля готова, он тоже, можно начинать. Дазай встал на стул, затянул веревку и уже был готов оттолкнуться, но его прервал телефонный звонок. Отвечать никогда не хотелось, так что у него просто стояла беззвучка, даже несмотря на то, что ему мог позвонить кто-то важный. Он сделал глубокий вдох и отодвинул стул. Первое, что хотелось сделать это рефлекторно схватиться за веревку, но подавляя этот рефлекс Осаму закрыл глаза, и вот, уже спустя две минуты, он провалился в небытие.

***

Он снова маленький. Сколько ему лет? Пять, или шесть? Дазай очнулся в своем детском теле с детским разумом, но со старыми воспоминаниями. Сейчас он смотрит, как Чуя забрался на дерево и окликает его. – Осаму, забирайся ко мне! – Да, сейчас! Брюнет бежит к дереву и пытается взобраться на него. У него всегда было плохо с физической подготовкой, поэтому на это дерево ему помогает залезть Накахара. – Смотри как там красиво… – с другом не поспоришь, рассвет красивая вещь. Стоп, рассвет?! Это во сколько они проснулись, и почему их не заметили взрослые? – Чуя, пойдем спать, сейчас же еще рано. – Эй, ты чего? Ты хочешь спать? – Да. – Ну… – рыжий задумался. Перед ним стоял сложный выбор. – Давай еще пять минуточек посидим, а потом пойдем, хорошо? – Хорошо. Маленький Дазай согласился, но уже спустя эти пять минут он втянулся и ему тоже стала нравиться эта атмосфера. Холодный воздух приятно обдувал, рассвет был красочным, а Чуя хорошим собеседником. Позже, конечно, им досталось от Мори и Кое, но это позже, а сейчас они думают чем будут сегодня заниматься. – Осаму, давай поиграем в прятки. – А может в шахматы? – Давай по очереди занятия придумывать, хорошо? – Хорошо! Солнце уже показалось за горизонтом, а значит пора спускаться, чтобы их не заметили. У Чуи это получилось легко, а когда слазить начал Дазай, он упал и разбил себе коленку. На его глазах появилась пелена. Слезы не текли, но было больно, а как только друг увидел, что произошло, то он начал дуть на ранку, но поняв, что нужен пластырь сказал, что быстро забежит в дом и вернется к Дазаю. Быстро не получилось, а когда брюнет решил закрыть глаза, то он увидел взрослого Накахару, что был в отчаянии. Вокруг рыжего было много бутылок от вина и не только, а сам он сидел, вжимая голову в колени. Ребенок открыл глаза, не выдержав такого, и увидел, что рядом с понурым другом идет Мори. – Ну, вот зачем вы полезли в такую рань? – Чуя, ты позвал Мори? – как бы не веря в это спросил Осаму. – Нет, я искал пластырь и случайно разбудил его, – рыжая голова стыдливо опустилась. Ему было немного неловко от того, что они вышли из дома так рано. Еще из-за него его друг поранился и проснулся уставший взрослый. – Извини. – Чуя, ты чего грустишь? – недоумевает брюнет. – Ты из-за меня поранился. Я же тебе сказал лезть ко мне. – Мне уже не больно и поранился я не сильно. Давай пойдем и поиграем в прятки. – Давай. Грусть сменилась детской невинной радостью. Той, которой так не хватает во взрослой жизни, той, что нельзя показывать, когда ты мафиози. Время летело незаметно, вот уже обед. До этого они успели сыграть в догонялки, прятки и шахматы, а также поесть сорванные яблоки. Это такое прелестное чувство. Чувство, что мир еще не изведан, что можно целыми днями заниматься чем душе угодно, а главное, что в этом неизведанном мире ты не один. Вместе с тобой идет твой лучший друг, который не перестает тебя поддерживать, как и ты его. Кое уже принесла им бенто, и они начали уплетать его за обе щеки. Да, за эти полдня они нагуляли аппетит и кажется, что такой еды им не хватит, чтобы наесться, но на самом деле здесь ровно столько сколько им и нужно. Сейчас они должны выполнить пару поручений, которые им дали взрослые, но после этого они обязательно сядут поиграть в карты, сегодня они этим ещё не занимались. На небе стали появляться тучки, сначала просто большие и белые. Те, на которые можно смотреть и видеть разные образы. Этим друзья, кстати, тоже уже позанимались. Дазай увидел крокодила, дерево и катану, тогда как Чуя видел кровать, море и бинты. Потом безобидные тучки сменились темными, а позже из них полил дождь. Мальчики забежали на крыльцо и стали ждать, когда он пройдет, но потом в каштановую голову пришла идея: – Чуя! Побежали под дождь. – Что?! Зачем, мы ведь промокнем! – Так это весело, – сказал Осаму и шагнул с крыльца в ливень. Капли были теплыми, а играть в догонялки в такую погоду оказалось еще веселее. Дождь бил в лицо, затрудняя ситуацию, но это не раздражало, а наоборот веселило. В итоге они вернулись домой все мокрые и получили за это выговор, но в этот раз им было все равно, ведь они получили незабываемые ощущения. Так и хотелось повторить, но выйти на улицу им не разрешали. Они не отчаивались, и дома можно было найти много интересного, к примеру машинки. Конечно, банально, но все это уходит на второй план, как только появляется идея для новой игры с этими машинками. Чуя, используя способность поднимает их в воздух и делает с ним разные трюки, а после, по просьбе Дазая, он собирает их в два робота и все еще применяя способность заставляет их драться. Это было так комично, что под вечер они валялись на полу и смеялись, а без способности все конструкции развалились. Взрослые пришли на истерический смех, увидели только разрушенное поле битвы и не смогли ничего понять. А мальчишки залились новой волной смеха, когда увидели лица старших. Спустя время, все разъяснилось, а они пошли ужинать и смотреть мультик. Только когда друзья легли в кровать, они заметили, что дождь не прекратился, началась гроза. Из-за того, что все уже уснули, Чуя не мог ни к кому обратиться. Он, оказывается, боится грозы. Как только Осаму, который не мог удобно лечь, заметил этот комок из одеяла, он позвал его к себе, ведь если ты не один, то не так страшно. Накахара крепко обнял Осаму, а Осаму его. Дазаю было страшно закрывать глаза. Он видел отчаявшегося Чую, видел свою могилу и вновь Чую, только в этот раз Накахара нес ему цветы и плакал, говоря какой он «бинтованный идиот» и что он по нему невероятно скучает. Осаму давно, наверное, с самого детства не плакал. Он чувствует руками рыжего друга, но это всего лишь воспоминание. То самое милое воспоминание из детства. После этого произошло слишком много всего, слишком много травмирующего. Дазай хочет обратно, хочет ко взрослому Чуе, хочет исправить ошибку. Он не хочет плакать в рыжую макушку мальчика, он хочет обнимать улыбающегося все той же улыбкой взрослого Чую. Чую, от которого он отдалился спустя годы. он хочет все вернуть Глаза непроизвольно закрылись, а сам он провалился в сон без сновидений.

***

– Дазай! – Чуя выбивает дверь в квартиру Осаму. Тот не брал трубку, и никто не знал где он. Это может означать только одно – он снова пытается покончить с собой. Как только Чуя это осознал он мигом вылетел из своей квартиры, в которую только приехал после аэропорта, и чуть ли не побежал к брюнету домой. Благо он не совершил такой ошибки и усевшись за свой мотоцикл погнал все в тоже место назначения. Он приехал вовремя, потому что первое, что ему попалось на глаза – висящие тело Осаму. В мгновенном порядке Накахара резко снимает с шеи Осаму петлю с помощью Смутной печали, а самого Дазая он начинает пытаться реанимировать с помощью искусственного дыхания. Как только веки суицидника затрепетали Чуя быстро набрал скорую.

***

Очнувшись, перед ним была не его детская комната и маленький Чуя. Перед ним были стены больницы. Его глаза начали слезиться, а из болевшего горла стали вырываться всхлипы. От этих звуков проснулся Накахара, который лежал головой на кушетке. Как только его глаза начали фокусироваться, рыжий обнял брюнета, пока истерика продолжала брать вверх над больным. – Я… я больше не хочу… – и вновь рыдания, – умирать. Д-Давай… поедем куда-нибудь… в-вдвоем… – Хорошо, Осаму, хорошо, – гладя по голове Дазая говорил мафиози. – все будет. Как только тебя выпишут из больницы, мы сразу же возьмем отпуск и уедем вдвоем. Куда ты хочешь? – В дом из детства. – Тот в котором мы раньше жили, так? – Да. – Хорошо, обещаю. Истерика сошла на нет, а после этого случая Дазай перестал доводить себя до крайнего состояния. Через месяц они съездили на неделю в тот дом и провели там время как в детстве. Но единственный вопрос, даже спустя месяцы, так и не давал покоя Осаму: – Почему ты в тот раз вернулся раньше аж на два дня? – Те два дня мне дал Мори как выходные, а выходные я хотел провести с тобой, поэтому и прилетел раньше. Вовремя, кстати, приехал. – воцарилось молчание, но через мучительные секунды Осаму смог сказать эти слова: – Спасибо, Чуя. – За что? – За все. – И тебе спасибо, Осаму.