Хочу поюморить

***

      Тишину обшарпанного подъезда разрезает сначала писк домофона и скрип железной двери, а следом — два звонких голоса, что перебивают друг друга, иногда хохоча. Два парня ввалились в подъезд, пытаясь, насколько это возможно, не шуметь. У них не особо получалось, однако, за что жители с чутким сном были неимоверно благодарны, они жили на втором этаже, из-за чего вскоре в полутёмном ночном подъезде вновь воцарилась тишина.       Тэхён и Чимин зашли в квартиру, сразу же включая свет. — Ай, твою мать! Почему так ярко? — скорее сказал, чем спросил, Тэхён, шипя, несильно ругаясь и зажмуривая глаза. Чимин на это лишь рассмеялся, быстро привыкая к яркому свету. Он тут же снял кроссовки и куртку, ретируясь в свою комнату.       Парни вот уже полтора года снимают квартиру в одном из дешёвых районов Сеула. Родители иногда присылают им деньги, но, по большей части, студенты живут на стипендию и небольшие подработки в интернете. Тэ и Чим, благодаря своим семьям, которые дружили ещё со студенчества, всегда были близки, общались ещё с садика — то, что было до садика, просто не помнят. Они переехали в столицу из Кояна, чтобы доучиться в старшей школе и поступить в Сеульский кибер-университет. Что, собственно, и произошло.       Пару дней назад у Чимина был день рождения, но, так как тогда была среда, было принято решение перенести празднование на выходные. И вот, когда наступил вечер субботы, друзья решили как следует оттянуться и сходить в клуб. Планировали они лишь выпить, а не напиваться… Но, как говорится, не всё всегда идёт по плану. Сейчас они довольно пьяные или, как сказал бы их общий друг Юнги, «нажравшиеся до ухрюкивания поросята». — Чима-а-а… — жалобно протянул Тэхён, всё ещё пытающийся привыкнуть к яркому свету после того, как они не менее часа добирались до дома по плохо освещённым улицам. — Не-а. Нет. И ещё раз нет, — сказал Чимин, заранее понимая, о чём его собрался просить друг, и, выходя в коридор уже в домашней одежде, — я не понесу тебя в комнату. Сам тащи свою пятую точку. Я тоже пьяный, — на это высказывание младший лишь закатил глаза, всё же поднимаясь с пола.       Тэхён снял кроссовки, пальто, аккуратно повесил на крючок шарфик, прошёл в свою комнату, и, переодевшись, зашёл на кухню, где старший успел разогреть им ужин и поставить кипятиться чайник. Тэ обнял Чимина со спины, укладывая голову на плечо, на что тот зарылся рукой в копну волос, массируя макушку. — У меня идея. — М?.. — Давай сделаем каждый по несколько карточек… Предположим, по пять… Где напишем темы для шуток, анекдотов, — Чимин удивлённо уставился на друга, а тот лишь продолжил, игнорируя непонимание, — эти темы должны быть от самых невинных до супер-пошлых, — Тэ хихикнул. — Чего блин… ТэТэ, ты перепил, что ли? — Не-а. Просто, пока сидел, подумал, что хочу поюморить. — Ла-адно… Только давай сначала поедим. — Угум. Ещё нужно будет бойлер включить, а то опять какие-то ремонтные работы, — Чимин лишь кивнул на это.       Через какие-то сорок минут парни сидели в футболках и шортах на кровати Тэхёна — так как она была больше, да и, к тому же, двуспальной — среди нескольких больших и маленьких плюшевых игрушек и вырезали карточки для игры. Волосы обоих были ещё влажными после душа, поэтому было решено пока что не драться подушками, чтобы постельное бельё не превратилось в подобие лужицы, как асфальт после капающего кондиционера. Тэхён уже успел придумать и объяснить правила, поэтому сейчас ребята довольно быстро, но аккуратно делали свои карточки.       Суть игры заключалась в том, что каждый из них делает пять карточек с различными темами: единицей обозначались максимально невинные темы, пятёркой же — лютые извращения. Далее они должны были поменяться карточками и разложить их по порядку (от одного до пяти). При этом, естественно, не смотря темы. — Фух… Я всё, — отрапортовал Чимин. — Я… Я тоже, — Тэ положил последнюю бумажку цифрой вверх. Они поменялись «колодами» и разложили импровизированные карточки каждый перед собой. — Давай я начну? — Окей. — Я выбираю… — он немного задумался, — ну не знаю. Давай цифру три. Так-с… — Чимин перевернул карточку, читая вслух тему, — «про бар». Э… Типа шутка про бар? — Ага, — ТэТэ улыбается квадратной улыбкой, понимая, что Чимин будет либо на ходу придумывать анекдот, либо подключит все ресурсы мозга, пытаясь вспомнить хоть что-то. — Хм… Так… Заходит в бар абсолютно голая дама. Подходит к барной стойке, присаживается. Бармен на неё внимательно смотрит. Она ему такая говорит: «Ну, чё уставился? Голой женщины никогда не видел?» А он ей такой: «Да женщину-то я видел. Мне просто интересно, откуда вы деньги доставать будете…» — Чимин хихикнул, понимая, что анекдот не самый смешной, — ладно… Я пытался… Теперь ты, — Тэхён повалился на кровать, несильно смеясь, — а, ну понятно. Ты уже пьяненький, — констатировал факт, забирая бутылку вина и отпивая. — Так-с… — Тэхён перевернул карточку с цифрой два, — «алкоголизм», — он рассмеялся, затем пару раз посмотрел сначала на друга, затем на бутылку, — про нас что ли? — он сделал лицо а-ля «как мило». Чимин на это лишь фыркнул, улыбаясь. — Давай уже. — Ладно, ладно. Репортёр спрашивает певца на интервью: «Кто-нибудь из ваших друзей страдает алкоголизмом?» Певец ему отвечает: «Никто не страдает, всем нравится», — шатен прыснул со смеху. — И всё, серьёзно? — А ты хотел анекдот длиной с «Войну и мир»?       Оба рассмеялись, а Чимин следом за уже лежавшим Тэхёном откинулся на подушки. Они отложили карточки на прикроватную тумбочку и, допив содержимое бутылки, отставили её к стене. Чимин слегка наклонил голову, смотря на профиль друга, что разглядывал приклеенные на потолок неоновые звёздочки. Друзья прикрепили их перед Рождеством. ТэТэ тогда посадил приятеля на плечи, помогая дотянуться до потолка. Грохоту в тот день было много. Смеха, кстати, тоже.       Чим приподнялся на локте и перекатился на Тэхёна, нежно целуя. Алкоголь дурманил голову и расслаблял тело, проникая мурашками под кожу. Младший нежно и лениво прошёлся языком по чиминовым губам, чуть покусывая их. Руками и ногами парни сплелись, будто лозы дикого винограда. В комнате царила тишина и полумрак. Чимин всё же приподнялся и выключил лампу, погружая парней в темноту. Тэхён прошёлся длинными пальцами по позвоночнику друга, вызывая табун мурашек и лёгкий вздох. Чимин вновь затянул ТэТэ в тягучий поцелуй. Он сминает тэхёновы губы, терзая, царапая их зубками.       Через пару минут ленивых и нежных поцелуев и объятий парни заснули, сильнее прижимаясь друг к другу. Это было нормой для их взаимоотношений — поцелуи, объятия, сон вместе. Они друг для друга больше, чем друзья или партнёры. Они друг другу, как семья. Семья, что отругает и приголубит.       За окном уже виднелись первые лучи рассвета, нежно ложащиеся на редкие, ещё оставшиеся на деревьях листики, практически не грея, а в просторной, по-студенчески оформленной комнате мирно посапывали два друга детства, крепко обнявшись и закутавшись в игрушки и скомканное одеяло.