Лабиринт

      Вокруг серые стены, тусклый серый свет, исходящий от фосфоресцирующей грибницы, замысловатым узором покрывающей все впадинки и трещинки. Больше ничего нет, ни солнца, ни деревьев, ни одной живой души, только длинный коридор из однообразных туннелей. А потолки настолько высокие, что их не видно и вовсе, и даже неизвестно, есть ли они вообще, всё заслоняют полотна плотных паутин: таких же серых и однообразных. Они не колеблются под собственной тяжестью, а так же из-за отсутствия видимых сквозняков. Воздух пахнет сухой сыростью. Вокруг звенящая тишина, кажется, будто звуки собственных шагов разносятся далеко вперёд, определяя направление. Однажды мне довелось услышать, будто в этом месте страх осязаем, будто стелется впереди плотной пеленой, становясь непреодолимой преградой для движения вперёд. Или вообще упирается в спину острыми когтями. Вот только лично мне никогда не было страшно здесь находиться, я даже нахожу некую красоту в столь странном лабиринте. Кажется, будто само время тут замирает. Кажется, что ты один во всей вселенной, но это далеко не так.       Я, действительно, не боялся, даже, невзирая на открывшуюся тайну, о происхождении этой паутины и её безмолвных обитателях. Интересно, мой напарник о них знает? Или продолжает находиться в неведении? Что-то мне подсказывает, что и на этот раз у нас не получится поговорить по душам.       Проголодавшись, я достал из кармана горсть семян прохи. Мне их ещё на три дня хватит. Хотя, это не важно, можно не экономить, моя смена уже подходит к концу. Я съел шесть штук, пуская шелуху вверх. В такие моменты легко представить, что стоишь на потолке, а она падает, как ей и положено, прямо на серое покрывало. Помню, впервые дни я ещё пытался как-то до неё допрыгнуть. Даже от стен отталкивался.       После очередного поворота, в одном из коридоров, я заметил рваную дыру в паутине. Подбежал поближе. Сквозь неё просматривалось очень много пыльных слоев, десятки и десятки, а самые верхние были уже залатаны. Жаль, опять не удалось рассмотреть, что же там наверху находится. Может другое небо, может иной потолок, а может чёрное «ничто». Любопытство иссякло так же быстро, как и возникло. Даже удивительно, откуда оно ещё берётся.       Одно я знаю точно, с этого момента, в моём блуждании появилась цель.       Дело в том, что в лабиринт опять кто-то провалился, и я должен его найти. Даже не по следам, их как не странно, тут попросту нет, и не по звукам, попавшие сюда почему-то боятся кричать. Наверное, по наитию, и по еле заметному оттенку грибницы на стенах. Людям почему-то кажется, что тут темно, и они стараются пользоваться источником света, если он есть. Через несколько безликих, и казалось, однотипных поворотов, вижу сидящего у стены молодого человека в чёрном блестящем комбинезоне. Недалеко ушёл от места попадания. А вот рядом и фонарик валяется, и что-то похоже на оружие.       Он тоже меня заметил и весь затрясся.       — А-а-а! — закричал он, одной рукой отгораживаясь от меня, а другой, пытаясь вооружиться. — Ты кто? Не подходи!       Само собой, он меня боится. Встретить в таком месте человека, подозрительно и страшно. Наконец-то он обрёл уверенность, воссоединившись с мнимой защитой.       — Долго тут ходишь? — спрашиваю его, стараясь, чтобы мой голос звучал доброжелательно.       Он осматривается вокруг, как будто это ему может помочь найти ответ.       — Не помню.       Так всегда, они никогда не помнят, как тут оказались. Расспрашивать бесполезно. А когда-то я пытался. Может, там вверху газы, влияющие на память? Я ведь тоже не помню, кем был до того, как начал тут работать.       — Идти сможешь? — задаю следующий вопрос и подхожу ближе.       — Куда?       — Разумеется, на выход.       — Так тут есть выход? — обрадовался человек, опуская оружие.       — Есть, это же лабиринт, — пожимаю плечами.       Я помог ему подняться.       — Что это за место такое? И ты кто?       — Я тут работаю, — проигнорировал я первый вопрос, так как недавно на него отвечал. — Ищу таких людей как ты, и помогаю выбраться наружу, если успеваю.       — А если нет? — не подумав, спросил он, неловко пряча фонарик мимо кармана. Судя по тому, что он даже не пытается его включить, у него закончился заряд.       Видимо, человек действительно тут давно бродит, вон как соскучился по человеческой речи, поговорить хочет, но мне это быстро надоедает. Не люблю общество людей, поэтому и работаю тут.       — По-всякому. Кто-то умирает, а кто-то…– я посмотрел на «потолок».       Человек проследил за моим взглядом и едва не упал. А не надо так сильно задирать голову, паутину видно с любого ракурса.       — Что это такое? — с ужасом спросил он, пятясь, пытаясь сбежать от нависающей паутины. Вот ещё чего не хватало. Я предусмотрительно удерживал его за руку. Не сбежит. От меня ещё никто не сбегал.       — Можно подумать ты её не видел, — я осторожно вытащил оружие из его руки и бросил его вверх.       — Н-н-не видел.       — Тогда, предлагаю уйти, пока не поздно.       Может и действительно не видел, по-всякому бывает. Дальше мы шли, молча, хотя человек и пытался что-то выспрашивать. Но я свой лимит разговорчивости вычерпал, мне не интересно. Даже то откуда он упал, и то, почему люди, попадающие сюда, не разбиваются о каменный пол, и почему не помнят своего прошлого. Остановившись возле одной стены, на первый взгляд ровной и монолитной, я присел, потом развернулся так, что ноги оказались на ней и встал. Только таким способом, открывался проход. Только данная замысловатая конструкция и позволяла защитить его от нежелательных гостей. Проход был очень коротким, ведущим будто бы в тупик, к ступеням, что поднимаются вверх. За ними находилась скрытая дверь, со слишком ярким солнечным светом.       — Никогда не подумал… — вновь заговорил спасенный и умолк, увидев, куда я его вывел. То, что это чужой мир, он осознает очень скоро, ведь вернуть его обратно не под силу никому из нас.       — К людям я тебя вывел, а дальше сам.       Возможно, сострадательные люди и помогут, вон их сколько, а я не такой.       Мимо меня, молча, прошел напарник, кивнул и скрылся в лабиринте.       Вот, как я и говорил, нам некогда общаться. Чувствую, скоро мне назначат другого напарника, его нетерпение даже я ощущаю. Наверное, опять просидел тут всю ночь. Что же, теперь пока он не вернётся, я зайти не смогу. На один лабиринт полагался один смотрящий.       После лабиринта, как обычно, всё казалось слишком ярким: солнце, трава, небо, и люди, излишне громкие и навязчивые. Даже воздух казался перенасыщенным удушающими запахами.       Именно поэтому я, не обращая внимания на веселящуюся толпу у аттракционов, поспешил домой. Никогда не привыкну к таким резким переменам, хочется обратно спуститься в лабиринт. Он будто манит назад, но я знаю, это чувство обманчиво и скоро пройдет, нельзя ему поддаваться, иначе можно остаться там навсегда. Ведь нам нужно иногда выходить на свет, иначе есть риск превратиться в его вечного безмолвного обитателя.