пять минут до раскрытия карт

тридцать первое декабря две тысячи двадцать первого года; время - двадцать два сорок семь.

Дима да вы по-любому признаетесь друг другу перед первым января. Серёжа рял, сойдётесь тридцать первого декабря в 23:59 Антон ухмыльнулся, сидя за столом, на котором были поставлены несколько салатов, пара бутербродов с икрой и бутылка шампанского, в своей квартире. Он собирался праздновать новый год один. Этот праздник семейный, так ведь? Но Шасту не хотелось никого видеть. Внутри одно опустошение и боль. Пару дней назад антоновское сердце было растоптано и разбито. По нему, сердцу, словно проехались несколько десятков газелей, и упал самолёт. Арсений бросил его. И сказал продолжать жить уже без него. Как можно жить дальше, когда рядом нет того, с кем ты готов был прожить эту жизнь до конца? Слёзы вновь накатываются пеленой на глазах Шастуна. Ему плохо. Катастрофически. Хотелось проснуться и понять, что его любимый рядом. И их расставание — сон, кошмарный сон. Но увы, реальность приносит боль. Антон принял эту боль и хотел начать новую жизнь уже без Арсения в новом году. Но главный вопрос: сможет или нет? Он склоняется ко второму варианту. Снова усмехнувшись своим мыслям и смахнув слёзы с глаз, Антон вернул свой зор на сообщения в их общем чате. Там написал он. Арс. идите нахуй, мне всё равно на него. Неужели? То, что было в течение долгих лет для него было пустышкой? Зачем Попов так с ним поступает? Раз для него это было всего-то игрой, для самого Шастуна это было настоящей любовью, без которой даже не хочется жить. Успокоившись, он стал строчить сообщение.

Антон Шастун

мне тоже, мы же расстались).

Убрав телефон в сторону и закрыв лицо руками, Шаст понял, что это очередное сообщение, которое было ударом ниже пояса. Забив на «мальчики не плачут», Антон начал истерить; слёзы градом лились из его глаз, и мужчина никак не может это остановить. Крайне тяжело начать жизнь заново после того, как видишь, что любимому человеку похуй на тебя. Через сорок минут Антон успокоился. Сходил в уборную, умылся и вернулся за стол. На часах было 23:55. «Осталось пять минут…Может написать ему?» — покусывая губу, подумал Антон. — «Да нет, бред. Не стоит». — Шаст налил шампанское в бокал, взял его и подошёл к окну. — «Осталось пять минут, а я так и не сказал, насколько сильно я люблю тебя, Попов». Шастун решил мысленно отсчитывать до того момента, когда будут куранты. Но как только он собирался считать, послышался звук открытой входной двери. Антон пошёл на шум и увидел того, кого совершенно не ожидал. Арсений. — Что ты тут забыл? — отойдя от шока, спросил Антон с негодованием. Мало того, что бросил, так ещё и вздумал сюда прийти без разрешения! И откуда у него ключи? — Шаст… — стоя возле двери в коридоре, начал Арс, переминаясь с одной ноги на другую и не зная, как начать разговор. — Просто ответь, зачем ты здесь, — Шаст решил наконец выплеснуть то, что думал и как переживал на протяжении всего их расставания. — Ты бросил меня, Попов! Игнорировал, заблокировал, не объяснился толком, зачем тебе нужно было это гребаное расставание! Просто сказал «надо расстаться» и уехал, блять! Мне было плохо, сука! Ты даже не удосужился спросить, как я! А если ты скажешь, что я тоже не спрашивал, то тебе это не будет оправданием! Я имею полное право злиться. Мало того, что ты, как бы сопливо не звучало, разбил мне сердце, так ещё и нагло ворвался ко мне в квартиру за пару минут до нового года, блять! Давай! Я жду твоих объяснений! — поставив стакан на стол, Антон вернулся в коридор и смотрел на Арсения. Несколько долгих и мучительных секунд они простояли в тишине. — Послушай…Мы расстались из-за того, что ты был в опасности. Мой отец не принял нас. Он много раз говорил, что убьёт тебя и меня, если мы будем вместе. Я не хотел тебя бросать, противостоял ему, хотя было такое крайне редко. Но в какой-то момент он нашёл место твоего проживания. Мы разговаривали с ним, ссорились, чуть до драки не дошло… Сейчас он остыл, но не факт, что не захочет сделать что-то ужасное вновь. Я хочу, чтобы ты был в безопасности, — на этом моменте Арс взглянул в глаза напротив и подошёл ближе. Шаст пытался переварить полученную информацию и не стал отступать. — Я по-прежнему люблю тебя. Любил, люблю и буду любить. Ты самое дорогое, что у меня было… Мне тяжело тоже, Шаст. Я не хотел, чтобы с тобой что-то случилось, понимаешь? — в глазах Арса были видны слёзы. Но ему страшно верить. Он же актёр! Но раз уж он приехал так поздно, может он говорит правду? Антон не знал, что сказать. — Я не знаю, Арс. Ты же актёр, как я могу тебе верить? — всхлипнув, ответил Антон, обнимая себя за плечи. — Прости, что так поступил с тобой. Я не хочу тебя торопить; я подожду, когда ты примешь правильное для себя решение. Я просто хотел сказать, — и дальше чуть тише добавил. — И я сомневаюсь, что смогу жить дальше без тебя, — Антон застыл. Все было так запутано. Вроде вот твой любимый человек, из-за которого ты плакал и истерил, и просит прощения. С другой стороны — это может быть ложью. Тяжело вздохнув и взглянув на время, он попытался улыбнуться и заключил Попова в объятия. Тот ответил, положив голову на родное плечо. — Это ничего не значит. Но я не хочу, чтобы ты сейчас уходил. Давай просто отпразднуем новый год, а дальше посмотрим? — предложил Шаст, вдыхая такой любимый аромат. — Я согласен, — прижимая тонкое тело к себе, ответил Арс. До нового года оставались считанные секунды. Парни обязательно поговорят обо всём, что так их волнует. Но потом. Сейчас они имеют полное право на отдых и праздник в компании любимого человека.