Край мира

      Была ночь. Светлая и теплая июньская ночь. В своей старой лесной хижине сидел за столом угрюмый старик Жан, в своей старой потрёпанной сорочке и грязных залатанных штанах. На столе перед Жаном стояло несколько кружек холодного мирского, два из которых были уже пусты, а одна выпита наполовину. Старик сидел, склонив голову на бок и закрыв глаза. То ли ему было нехорошо, то ли он о чем-то задумался. Жан жил в своей хижине один, далеко от чужих городов и деревень. Ему не нравилась суетиться и сражаться, как другим людям, он отличался от них, всем сердцем любя науку, хотя тогда такого слова и не существовало. Жану в двадцать три года пришлось бежать из своего родного города, где его хотели посадить на кол за дерзкое предположение, что их мир не единственный в своем роде.       Жан жил наукой и открытиями, мечтал сделать свой родной, погрязший в пыли и крови мир лучше, но пока не получалось. Старик лишь запивал горе алкоголем, который сам и изобрел, смешивая разные травы и жидкости. От мирского у него приятно кружилась голова, а разум очищался от неприятных мыслей. Правда, если выпить много, можно было заработать боль в животе и тошноту, но все же, несмотря на это, Жан не брезгал пить много и часто, запивая алкоголем свои проблемы.       Его открытия никто не признавал, отчего Жан закрылся в себе и сильно обогнал своих братьев по разуму в развитии. Пока люди дрались на мечах, он изобрел лук. Пока другие ели сырой картофель и морковь, Жан научился печь хлеб и жарить рыбу. Пока остальные писали на стенах, старик придумал чернила и с тех пор записывает свои открытия на бумагу.       Жан хотел, чтобы его открытия стали известными. Хотел, чтобы бедные люди наконец вырвались из этой кровавой эпохи сражений и бесполезных ссор. Он хотел, чтобы люди стали людьми, научились строить каменные дома, топить печи, писать и читать. А ещё больше всего на свете Жан мечтал открыть путь в иные миры, в которые так свято верил. А началось все давным-давно, когда Жан ещё жил в грязном, затопленном городе и был самым обычным, неприметным и тихим мальчишкой.       Гуляя по городу, он наткнулся на странного человека. Странный он был в том смысле, что держался прямо, у него были белые руки и яркие зелёные глаза, коих не было ни одного человека в его городе. Неизвестный был одет в чистую и мягкую черную мантию и капюшон, чтобы ничего, кроме глаз, нельзя было рассмотреть. Жан тогда осмелился и подошёл к незнакомцу. Он сказал ему тогда что-то на подобии «Здравствуйте! А вы кто?», но человек, видимо, ни слова не понял. Он опустил свой проницательных взгляд на лохматого мальчишку и улыбнулся ему. А потом незнакомец что-то пробормотал, чего Жан не понял, дал мальчику какую-то странную вещь и… Пропал! Исчез, испарился! Жан тогда очень долго думал, стоя на одном месте и разглядывая вещицу, что дал ему незнакомец. Это была какая-то яркая обёртка. Когда Жан додумался развернуть ее, он увидел странную вкусно пахнущую коричневую штуковину. Мальчик тут же взял ее в рот и, пожевав, улыбнулся. Эту штуку он решил назвать конфетой. И после этой встречи Жан поверил, что существуют другие миры, в которых живут высокие люди с зелёными глазами, в карманах которых всегда лежит пару конфет для мальчиков из другого измерения.       Жан вздрогнул и поднял голову. В его маленькой хижине было много чего странного для людей и обыденного для него. Стул с прямой спинкой, печь, в которой можно было разжигать огонь и жарить на нем пищу, кровать с мягкой подушкой и одеялом и, конечно же, куча хлама в углу, составленный из неудачных экспериментов. Там лежали сломанные деревяшки, скомканная бумага, разбитые недо-бутылки и куски железа, который он хотел когда-то превратить во что-то подобное, но более эластичное. Выбросить все это у него не было сил, да и куда? Такой мусор не закопаешь, да и портить ландшафт леса не хотелось.       Жан нахмурился и придвинул к себе недопитую кружку мирского и одним залпом выпил остаток. Голова привычно закружилась, но тут же успокоилась, стоило старику взять в рот лист мяты. Жан давно выяснил, что это растение снимает состояние «похмелья», как он назвал его и с тех пор всегда имеет под рукой пару связок, как и пару кружек мирского.       Жан не спеша встал из-за стола и, задвинув стул на место, подошел к входной двери. Он хотел сегодня прогуляться перед сном, пока солнце окончательно не село. Старик проверил карманы: лук, стрелы, еда, факела. Вроде все. Жан брал с собой оружие только в виду защиты от диких животных и оживших мертвецов, что охотятся с заходом солнца. Стоит сказать, что Жан занимался изучением разных зомби и скелетов в том числе, желая узнать, что заставляет их вставать по ночам из могил и убивать людей, но быстро бросил это занятие, так как результатов оно не приносило, да и Жану было не интересна эта наука.       Старик вышел из дома и закрыл двери. На улице наступили сумерки. Жан поправил сумку на плече и пошел вперед, по тропинке, которую вытоптал сам, когда строил себе пристанище в лесу. Конечно, жить среди деревьев было небезопасно, так как в лесах часто можно было встретить нечисть даже днем, но Жан научился отпугивать ее, а в редких случаях уничтожать. Ничего так не закаляет человека, как опасности, верно?       Жан медленно шел по лесу, освещая себе путь фонарем. Хотя, в нем не было никакого толка. Светлячки, так он назвал светящихся жучков, летали в воздухе, как маленькие огоньки. Кроны деревьев шелестели на ветру, создавая тихий невнятный шум над головой старого ученого. Жан опустил фонарь и остановился, шумно вздохнув. Затем старик потушил огонь и стал слушать вечерний щебет птиц.       Но оставаться в темноте долго было опасно. Жан снова зажег фонарь и пошел дальше, шаркая ботинками по земле. Становилось холоднее, но возвращаться Жан еще не желал. Он шел вперед, глядя на небо и совершенно не следя за дорогой. В какой-то момент его ноги заскользили. Старик не успел ничего и подумать, как вдруг резко рухнул куда-то вниз, выпустив из рук фонарь.

***

      Очнулся Жан от сильной боли в ноге. Открыв глаза он увидел лишь темноту вокруг себя. Была еще ночь, а под землей, куда провалился старик, было так и подавно хоть глаз выколи. Жан помотал головой и приподнялся, опершись на руки. Внезапно он вскрикнул, почувствовав острую боль в ладони. Подняв руку к глазам он увидел, что поставил руку на осколок стекла. Значит, где-то рядом разбился фонарь… А значит, недалеко должна быть и его сумка с факелами.       Жан с трудом перевернулся на бок и стал рыскать рукой в темноте, надеясь не наткнуться на стекло снова. Вскоре он в самом деле нашел свою сумку, которая раскрылась при падении. На ее дне старик нащупал связку факелов. Схватив их, Жан упал на спину и стал развязывать связку. Достав пару факелов, он стал тереть ладонью об тупой конец одного из них, тем самым зажигая его. Вскоре факел загорелся ярким огнем, резко вспыхнув и осветив место, куда провалился Жан.       Он находился в пещере, тут и там обросшую мхом и разным плющом. Сама пещера была необычная — Жан лежал на ровной поверхности, будто кем-то отполированной, а вверх и вниз шли каменные ступени, все потрескавшиеся и обвитые плющом. Жан недоуменно поднял глаза вверх, откуда, по идее, должен был упасть и ничего там не обнаружил. Только камень…       Жан нахмурился. Что-то здесь не так. Может, он перебрал с мирским и теперь у него видения?.. Старик кое-как поднялся на ноги, которые оказались целы. Боль, конечно, была, но ходить он мог и на том спасибо. Жан переступил через осколки стекла и поднял свою сумку. В ней все уцелело, кроме еды, которая куда-то пропала. Жан свалил все на ненасытных крыс, которые вполне могли позариться на его хлеб.       Вздохнув, старик поднял свой взор на ступени, ведущие вверх. По сути, по ним можно было выбраться на поверхность. Жан еще раз проверил карманы, взял связку факелов в левую руку и пошел наверх.

***

      Шел он очень долго. Ступени были похожи друг на друга, как две капли воды, точнее, очень много капель. А поверхности все не видать. Жан стал уставать, ему все больше хотелось есть, а выход словно был в нескольких километров от него. Вскоре старик устал и окончательно сдался. Он сел на ступени и закрыл глаза. Вот там и умрет главный разум этого времени! Так и не донесет он ничего до своих братьев, так и останутся люди в самом низу развития…       Когда Жан открыл глаза, он испугался. Дело было в том, что перед ним, на камне, лежали осколки стекла. Старик огляделся и с ужасом заметил, что вернулся к началу! Вот разбившийся фонарь, вот та отполированная площадка, откуда вверх и вниз идут ступени. Как же так?!       Жан понял, что подземелье не хочет отпускать его. Пусть это и звучало странно, но так оно и было. Стоило ему начать подниматься, как он снова оказывался на начальной точке. Единственный путь оставался вниз. Идти по ступенькам вниз и надеяться, что таким образом он сможет выйти на поверхность…       Жан взял в кулак последние силы и встал. Он зажег второй факел, а первый отбросил в сторону. Старик пошел вниз по ступенькам, освещая себе путь.       Прошло немного времени, как ощущал сам Жан. Ступени довольно быстро кончились, но выхода старик не видел. Он стоял на отполированной каменной поверхности и легко принял бы ее за первую, если бы здесь было стекло и ступени, ведущие вниз.       Старик оглянулся назад, откуда только что спустился. Затем он вздохнул и вернулся в исходное положение. Идти ему было некуда… Жан опустил глаза вниз и удивленно вскинул брови. Прямо в шаге от него, там, где должен быть камень, была пустота. Там в прямом смысле ничего не было! Жан присел на корточки и, не моргая, уставился в эту пустоту. Она была черная, чернее ночи и без звезд, как это бывает на небе в безоблачную погоду.       Жан осторожно облокотил еще горящий факел к стене и уставился на пустоту. Он никогда еще не видел такой странной материи. Интересно, что находиться под камнем?       Старик протянул вверх дрожащую от волнения руку и опустил ее в пустоту. Ничего не произошло. Тогда Жан решил, что нужно опустить в нее ноги. Все ради науки! Старик, держась за ступеньки, аккуратно опустил одну ногу в пустоту и постарался что-то нащупать в ней, но без толку. Тогда Жан лишил опоры и вторую ногу.       В какой-то момент его руки заскользили, а та ладонь, в которую ранее впилось стекло, внезапно дала о себе знать, окутав старика сильной болью. Жан вскрикнул и отпустил ступени, забыв поставить ногу на камень.       Жан Виброльд упал прямо в пустоту. Несколько секунд он просто падал в никуда, завороженно глядя на свой мир, что остался сверху. А потом он погиб. Пустота разорвала его тело на мелкие кусочки…