Симбиоз

Он медленно ступает по плотному ковру из грязной осенней листвы. Та лишь тихо шуршит, влажная и мягкая, пачкает грязью подушечки лап. Воздух вокруг свежий, прохладный, наполненный множеством запахов, но он следует только за одним из них. Переставляет аккуратно лапы, огибая высокие сосны и пихты. Шаг, два, три… Под плотной шерстью и толстой шкурой перекатываются натренированные за годы охоты мышцы. Всё тело напряжено, несмотря на то, как бесшумно он старается двигаться. Где-то в районе желудка бурлит сладкое предвкушение сытного ужина. Он ведёт холодным носом, продолжая идти на зов крови раненого существа впереди. Он знает точно – сегодня бедняга от него не уйдёт.       За плотными зарослями вечнозелёного можжевельника – широкое пастбище, залитое предзакатным светом. Несмотря на позднее время года, по влажной земле всё ещё стелется горький запах полыни, противно оседающий на шершавом языке. Чуть дальше от кромки леса взрослый вилорог нашёл себе пристанище среди пожухлой травы. От сверкающих в сумерках волчьих глаз не укрывается вид колотой раны на его боку. Кровь цветастыми пятнами украсила грязно-белый мех, ещё несколько капель засохли на зубчатых вертикальных рогах. Зрелище не такое уж редкое: драки за территории и самок между антилопами бывают жестокими. Животное тяжело дышит от боли, издавая негромкие хрипы. Волк прижимает уши и приседает на полусогнутых лапах, готовясь напасть из засады. Розовый язык широким движением обводит две пары острых клыков. Сегодня он – хищник, добыча – целиком и полностью принадлежит санитару леса. Он делает рывок, сокращая одним мощным прыжком расстояние между собой и раненым животным. Жертва издаёт громкий визг, в слепой панике дёргая задними конечностями в попытке подняться с холодной земли, но тщетно: мешает проколотый бок. Голодный свирепый взгляд сталкивается с другим, испуганным и ожидающим кровавой расправы. Волк приближается с глухим рычанием, полным триумфа и предвкушения пиршества. Он раскрывает пасть, готовясь вонзить зубы в тонкую шею, и…       Из удивительно реалистичного сна его вырывает похлопывание по массивной голове. Джейсон с удивленным скулежом приподнимается, осоловело разглядывая нависшего над его мордой Кея. Тот широко улыбается, упиваясь его сонной растерянностью.       - Вставай, спящая красавица.       Колчек широко зевает, после чего трясёт головой, окончательно избавляясь от приятного видения. Ему не удаётся полакомиться свежей плотью даже во сне, чёрт возьми.       Он приподнимается с нагретого места, вытягивая вперёд затёкшие передние лапы. Около него свернулись в два плотных клубка Джоуи и Мёрвин. Сладкая парочка даже ушами не дёрнула в ответ на вторжение Ника в их царство Морфея. Счастливые ублюдки, думает Джейсон, не упустив возможности прикусить Нейтану пушистый хвост, на что тот ответил низким ворчанием и рывком задней лапы в направлении его морды. Никки тихо посмеивается, снова треплет Колчека по лобастой голове и разворачивается к выходу, зная, что Джейсон последует за ним.       Их логовом служит полутораметровая траншея, скрытая от посторонних глаз зарослями бурьяна и можжевеловыми кустами. Колчек выбирается наружу, отряхиваясь от прилипших к шерсти кусочков земли. Поднимает взгляд наверх, выше могучих сосен. Время дневного отдыха прошло, на Биверхед–Дирлодж опускались ранние сумерки. Светло-лиловое мягкое полотно укрыло кроны огромных деревьев, чьи силуэты отбрасывали тени на поросшую колючей травой почву. Скоро в небе засияют острия далёких холодных звёзд, а над лугами взойдёт Королева-Луна, дарующая свой Свет всем созданиям ночи.       Его внимание привлекает задорное тявканье вперемешку с игривым рычанием. Четверо щенков полутора месяцев отроду бегают на ровной площадке неподалеку, игриво кусая друг друга за короткие серо-коричневые лапы. Рядом с ними – Рейчел и Эрик, или, как окрестил их про себя Колчек, «вожак и его альфа-сука». Они лежат подле друг друга, наевшись досыта и накормив свой молодняк. Бурая волчица одним приоткрытым глазом следит за щенками, периодически зевая и перебирая лапами по земле. Заострённая морда Эрика то и дело утыкается ей меж ушей в знаке привязанности. Да уж, быть молодыми родителями – это тяжко. Колчек фыркает в ответ на это милое зрелище и отходит в сторону, не рискуя нарушать семейную идиллию. Он оглядывается по сторонам, выискивая Ника с целью узнать, ради чего тот разбудил его так рано. Обычно его не поднимают раньше полуночи, к тому же, выйти на позднюю охоту сегодня предстояло Мёрвину и Джоуи. Искать долго не пришлось: Кей обнаружился чуть поодаль, опирающийся на широкий ствол старой пондерозы со скрещенными на груди руками. Он выглядел так, словно совсем не спал. Джейсон мог бы подумать, что Старший воин проводил привычную разведку близлежащих лесных территорий, но он находился в своей человеческой форме. Джейсон не спеша приближается и утыкается мокрым носом в бок своего друга, вопросительно скуля. В ответ широкая ладонь проводит по его крепкой спине.       - У тебя гости, брат, - Ник поднимает голову вверх, Колчек следует его примеру. Через секунду буквально в сантиметре от его уха пролетает шишка, с глухим ударом приземлившаяся среди корней дерева. Джейсон рефлекторно делает пару шагов назад, после чего слышит пронзительное карканье. Он приглядывается и тихо фырчит: на одной из густых ветвей притаилась хитрая птица, которая жить не может без своих глупых подшучиваний. Волк приподнимается на задние лапы и рычит, подзывая крылатого шута спуститься и поздороваться, наконец. Птица с очередным громким «кар» устремляется вниз, усаживаясь на любезно подставленную Ником руку. Острые когти впиваются в смуглую кожу, не оставляя никаких следов. Слава собачьей регенерации. Ворон взмахивает длинными узкими крыльями, балансируя, и поворачивает голову в сторону Кея.       - Привет, Салим. – Никки ведёт костяшкой указательного пальца по удлинённым перьям на горле. Ворон прикрывает чёрные глаза-бусины и щёлкает клювом в качестве ответного приветствия.       Джейсон топчется на месте, ожидая, когда поздороваются и с ним. Хвост, опущенный к низу, нетерпеливо раскачивается из стороны в сторону. Что бы Колчек обычно из себя не строил, он всегда был рад визитам Османа.       Салим наконец обращает на него внимание, спрыгивает с чужой руки и приземляется в полуметре от Колчека. Они пару секунд пронзают друг друга взглядом, прежде чем ворон подпрыгивает ещё ближе. Джейсон опускает морду и тычется носом куда-то в маленькую черную голову птицы. Салим замирает ненадолго, пушит сильнее перья, прикрывая умные глаза. Осман прищёлкивает клювом, и Джейсон засчитывает это за ответное приветствие.              Хищник ложится на землю, раскрывая пасть в широком зевке и опуская голову на сложенные вместе передние лапы. Он был рад увидеть своего друга, но так и не понял: чего разбудили-то? Салим редко прилетал без надобности, а значит, что-то случилось. Волк издаёт вопросительный глухой звук, мысленно спрашивая у Ника:       - В чём дело?       Тот с интересом наблюдает, как Осман то кружит над хищником, то клюёт какие-то крохи в траве возле него, и с ответом не торопится.       - Стая Салима засекла место, где недавно пировали рыси. Они зашли на нашу территорию, видимо думали, что мы не просечём, - ворон взлетает на самую нижнюю ветку сосны с тихим хлопаньем крыльев, - Пернатые не стали лезть к зубастым котам, просто передали нам весточку. Я хотел пробежаться до границы, посмотреть чё там и как. Салим позже сопроводит Мёрвина и Джоуи на охоту, покажет, где могла остаться жратва.       Джейсон в ответ на эти слова клацает зубами. Он привык, что Осман сопровождает только его. Они уже не первую Луну были командой, а значит, и понимали друг друга гораздо лучше, чем кто-либо ещё. В прошлый раз они удачно поохотились на лося, загнав его в засаду прямо к волкам. Ну и отъелись же все тогда! При этом воспоминании Колчек рефлекторно облизывается, тяжело вздыхая. В последнее время их холодная война с рысями часто оставляла стаю в полуголодном состоянии. Мёрвин считал, что они давно должны были показать этим меховым комкам, кто хозяйствует на Юго-западе Монтаны. Эрик в ответ на это лишь грозно порыкивал, заставляя воина поумерить пыл. Сейчас их главной задачей было заботиться о щенках, пока те не смогут отправиться на охоту вместе с родителями. Это порядком раздражало, если честно.       Салим вдруг спикировал вниз, ощутимо дёргая Колчека за свернувшийся кольцом хвост. Волк встрепенулся, подорвавшись с места, и громко фыркнул. Осман зашёл на круг, раскрыв клюв и попытавшись цапнуть его снова, но Джейсон грациозно избежал нападения, развернув корпус в другую сторону. Ворон каркнул, и звук этот был подозрительно похож на язвительную усмешку. Джейсон подпрыгивал на месте, точно также пытаясь зацепить клыками пару маховых перьев наглеца. Их забавная игра продолжалась до тех пор, пока Ник не привлёк их внимание громким свистом. Волк лениво повернулся к нему, подёргивая левым ухом. Салим примостился на его широкую спину, зарываясь когтями в плотный подшёрсток.       - Если хотите, я возьму кого-нибудь из спящих с собой в патруль, а вы раздобудете мяса. Устроит такой вариант?       Джейсон повернул морду в направлении ворона с немым вопросом в сверкающих золотом глазах. Тот без промедления наклонился вперёд, изображая неуклюжий кивок.       - Тогда можете отправляться, голубки. Джей, если что-то случится, дай только знак, мы примчимся, - Кей перевёл взгляд на их крылатую подмогу, - Салим, проследишь за этим болваном, ладно?       Тот лишь щёлкнул клювом и попытался шутливо отдать честь одним крылом, из-за чего потерял равновесие и чуть не свалился со спины волка. Джейсон не удержался от радостного взвизга, словно он сам был несмышлёным щенком. Предвкушение вкусного ужина и веселого приключения билось где-то в груди, разгоняя по телу кровь и наполняя его возбужденной радостью.       Хорошо, что Никки его разбудил.