Неугомонный Порш.

— Мистер Джонсон, рад наконец познакомиться с вами лично, — Кинн говорит на английском и жмёт протянутую мужскую руку. — О, простите, мистер Анакин, у вас принято здороваться так, не правда ли? — англичанин складывает руки у груди и кланяется. Кинн делает в ответ такой же жест. — Вы довольно хорошо знакомы с нашими традициями, Льюис. Мужчина улыбается. — Знаете ли, приходится каждый раз учиться новому. У меня партнеры по всему миру. Кинн и англичанин стоят перед кабинетом в ожидании свиты Льюиса Джонсона. — Как вы добрались до нас? Дорога была легкой? — Кинна уже немного начинает раздражать эта беседа ни о чём. Он не очень-то любит поддерживать пустые разговоры, чтобы просто скоротать минуты ожидания. — О, когда у тебя есть личная авиакомпания, то все дороги кажутся лёгкими, мистер Анакин, — англичанин смеётся раскатистым басом, и Кинну приходится его поддержать. — Тонко, тонко, Льюис. У вас отменное чувство юмора, — улыбаясь своей самой искренней и дежурной улыбкой, Кинн не сводит взгляда с конца коридора. «О, чудо! Наконец-то наконец!» — чуть ли не хлопает в ладоши Кинн — в их сторону уверенной походкой идет Биг, а за ним одна женщина и пять мужчин. Льюис Джонсон представляет всех Кинну и они заходят в кабинет. Кинн идет к своему креслу, но резко притормаживает и теряется, видя под столом знакомые ноги. Порш выглядывает из-под стола и лукаво улыбается. — Кхм-кхм, присаживайтесь. Устраивайтесь поудобнее, господа, — указывает Кинн на стулья расставленные по обе стороны длинного переговорного стола. А сам смотрит на беззвучно хихикающего Порша и пытается взглядом задать ему вопрос: «Какого чёрта ты забыл под моим столом в такой ответственный момент?!». Но против лома, как говорится, нет приема. А Порш сейчас выступает как раз в роли лома. Он тихо хлопает по сиденью стула и кивком приглашает Кинна сесть. Обескураженному мафиози ничего другого не остаётся, как смириться и действовать по ситуации. Он садится и тут же ощущает своей правой ногой, как Порш сжимает его колено и шире разводит ему ноги. Сегодня Кинн принял правильно решение, надев брюки попросторнее, иначе другие разошлись бы по швам. — Мистер Джонсон, сейчас у нас просто ознакомительная встреча. Я хотел бы узнать больше о том, что вы мне можете предложить, — слегка наклонившись вперёд, выдаёт Кинн. — А вы в свою очередь предложите что-то мне? — с улыбкой спрашивает англичанин. — О, — Кинн непроизвольно сжимает кулак на столе и смотрит вниз на Порша, — несомненно, Льюис, несомненно. Его голос звучит немного зловеще. Порша забавит это, и он ещё раз специально кусает своего парня за место на внутренней стороне бедра рядом с пахом. — Что-то не так, Кинн? — англичанин выпрямляется и смотрит на мафиози. — Все хорошо, Льюис. Просто уже с утра голова болит, но не сильно. Все в порядке. Прошу Вас не беспокоиться. Давайте начнём. У английских гостей подготовлена презентация с видео и материалы на бумажных носителях. Немного откинувшись назад, Кинн устраивается в кресле удобнее, а Порш чуть-чуть вылезает из-под стола. Свет приглушается до минимума, Кинн раскрывает папку с документами и прикрывает ею, уже орудующего около ширинки брюк мафиози шаловливыми пальцами, Порша. — Сделай так, чтобы я потом не заставил тебя пожалеть о твоём спонтанном решении, Порш, — шепчет Кинн, с вызовом смотря ему прямо в глаза. Бывший телохранитель хмыкает и демонстративно ведёт языком по уже освобождённому от ткани члену. — Вы что-то сказали, мистер Кинн? — повернув голову к нему, спрашивает женщина из свиты Льюиса. — Начало очень многообещающее, — не растерявшись отвечает ей Кинн и запоздало смотрит на экран. На нем первый слайд с названием проекта. Кинн широко улыбается и тихо смеётся. Все подхватывают этот смех. Мафиози пробирается одной рукой к голове Порша и, зарываясь ею в его волосы, натягивает их. Бросает под стол быстрый взгляд и почти стонет от ощущений и увиденного — Порш целует уздечку, а потом щекочет ее языком. Сглотнув, мафиози с трудом отрывает глаза от красивых и пошлых действий своего бывшего телохранителя. Презентация идёт минут пятнадцать, и все это время Порш старательно делает Кинну минет, не издав ни звука. Очень аккуратно. Кинну приходится сложнее, потому что ему хочется рывком вытащить Порша из-под стола, содрать одежду и оттрахать так, чтобы искры из глаз. Но всё, что он может — это сжимать его волосы и слабо давить на затылок, сдерживая собственные порывы, стоны и шумное дыхание. Зажмурившись и прикрывая глаза рукой, когда Порш берет его так глубоко, что Кинн чувствует спазмы горла, мафиози обильно кончает в рот любимого, всё-таки издав тихий стон, больше похожий на шумный выдох. Презентация заканчивается, свет включают ярче, а Кинн прижимает сжатый кулак к своим губам и пытается прийти в себя после оргазма. — Мистер Анакин, что с вами? — Льюис озабоченно смотрит на парня. — О, — слегка ерзая на стуле, Кинн прокашливается и улыбается, — просто я под… впечатлением. Мне дико понравилось. Надо ввести это в постоянную практику, — отбиваясь от щипков Порша под столом одной ногой, Кинн незаметно застегивает замок на брюках и на ощупь проверяет все ли там удачно легло на свои места. Убедившись, встаёт и отходит от стола. Видит, как Порш облизывается, снова кашляет и смотрит на него голодными глазами. — Ощущение, что вы простыли, мистер Анакин, — говорит женщина из свиты Льюиса, — после нашей встречи сходите к врачу. — Обязательно, спасибо за заботу, — Кинн опускает голову подбородком к груди и не может скрыть улыбку, смотря в глаза улыбающемуся Поршу. Встреча проходит хорошо, обещая Кинну и его семье многомиллиардную сделку с длительным сотрудничеством. Хорошо, что Кинн изучил все материалы заранее и у него не возникает нелепых ситуаций и недопонимания во время переговоров. Вскоре после завершения презентации англичане, тепло попрощавшись, уходят. Порш из-под стола слышит звук закрывания дверного замка, а потом спешные шаги Кинна. Мафиози быстро подходит к столу и вытаскивает из-под него Порша, без слов страстно целуя. Порш тает от такого Кинна. Властного, берущего своё и дерзкого. Бывший телохранитель забирается на стол, но Кинн сразу же его сдергивает оттуда и разворачивает спиной к себе. — Чем ты только думаешь, когда выкидываешь подобные номера? — шипит Кинн на ухо Порша. — Тебе же дико понравилось, — парирует бывший телохранитель. — Явно не мозгами, а вот этим, — собственнически сжимая член Порша через брюки, Кинн облизывает мочку его уха. Порш подаётся попой назад и жмётся к вставшему члену парня. — Кто-то уже готов на ещё один заход? Снова полная обойма патронов, да, Кинн? Судорожно расстегивая ширинку брюк своего парня, Кинн пытается хоть немного взять себя в руки, но предательски дрожит и стонет от желания. С Поршем по-другому не получается. Этот недомафиози просто уделывает Кинна одним своим томным взглядом или пошловатой улыбочкой. Анакин превращается из главы клана в страстно желающего любви раба. Порш кружит ему голову, а Кинн и не против. Брюки слетают с подтянутой попы, а под ними по обыкновению нет нижнего белья. — Когда ты уже научишься надевать боксеры? — спрашивает Кинн, чтобы просто не молчать. — Зачем? Я же пришёл к тебе, — тихо выстанывает Порш, плавясь от горячих рук, ласкающих рёбра, соски и бока. Губы Кинна медленными поцелуями ползают по спине Порша, доходя до упругих ягодиц. Направляемый рукой Кинна, Порш ложится грудью на холодный стол, а сам Кинн садится на колени и жадно кусает аккуратные половинки. Вылизывая слегка красноватый с прошлой ночи вход, Кинн не перестаёт стонать и быстро освобождает от брюк себя и любимого. На рубашку и жилет не хватает сил и терпения, а на носки и подавно. — Интересно, что скажет младшая семья, если узнает, кто сверху, — со смешком выдаёт Порш. — Ни, — слабый укус в поясницу, — че, — поцелуй между лопаток, — го, — засос на шее, — потому что все боятся меня, твоего парня, — в один толчок Кинн заставляет Порша выгнуться в спине и громко застонать. Он выпрямляется на руках, опираясь на них, и закидывает правую ногу коленом на стол, толкаясь на встречу Кинну. — Ох, Порш! — тихо шепчет Кинн. Идеальные изгибы тела Порша достойны кисти Ренуара, но доступны только Кинну. Каждый раз он их зацеловывает до боли в губах, но ему все равно мало. А как Порш выгибается, прося каждым движением большего! Совершенная и единственная любовь Кинна — это Порш. Мафиози, не выходя из парня, тянет его на себя, а потом садится в кресло. — Кинн! Ох! — Порш! С уст парней не сходят имена друг друга вперемешку со стонами. Порш двигает бёдрами с каждой секундой все резче и резче. Кинн помогает ему руками. Они уже кричат. Мафиози прижимается к Поршу и обвивает его стройное тело руками. Целует спину. Толкается особенно глубоко и замирает, кусая кожу под лопаткой. — Вниз. Порш, хочу тебя целовать, — командует Кинн и толкает парня на пол. Порш как-то умудряется, пока они слезают с кресла, перевернуться на члене Кинна. Коснувшись мягкого ковра спиной, он тянет его на себя и целует сам. Их поцелуи всегда страстные, а этот именно животный, но не без нежности. — Я больше не могу, Порш… — Возьми его, — парень указывает на свой член. Кинн смачивает руку слюной и сжимает его член. Упираясь сзади себя на носки ступней, садится на колени и начинает вдалбливать Порша в ковёр, держась другой рукой за стол. Порш упирается руками во что-то твёрдое и старается немного выгнуться, чтобы чувствовать Кинна глубже в себе. — Скажи это, Порш. — Я всегда буду на твоей стороне, Кинн. Наклоняясь, чтобы поцеловать своего парня в живот, Кинн чувствует своим торсом горячие струйки спермы. Когда член Порша перестаёт дергаться в оргазме, Кинн обнимает его двумя руками и входит глубже. — Я тоже люблю тебя, Порш, — с этими словами Кинн кончает внутрь парня и ещё долго не выходит из него, прижавшись лбом к рёбрам и все так же крепко обнимая. Восстановившееся дыхание сушит горло. Стащив со стола бутылку с водой, Порш жадно пьёт и отдаёт половину Кинну. Мафиози выпрямляется, осторожно выходит из парня и так же жадно присасывается к бутылке. Порш смотрит на него и улыбается так, что глаза тонут в лучиках счастья. Он вытягивает ногу и тихонько толкает его в грудь носочком. — А тебе так больше идёт, чем полностью одетым. Кинн осматривает себя и видит, что галстук ослаблен наполовину, жилет расстегнут, а на рубашке не хватает несколько пуговиц. Присвистнув, он обвивает лодыжку Порша пальцами и целует повыше щиколотки. — И что ты за зверёныш? Постоянно что-то да порвёшь на мне, — он целует стройную, загорелую ногу от стопы до бедра по внутренней стороне, не спуская глаз с лица Порша. — О, это что-то новенькое, господин Кинн. Мне нравится, — возбуждаясь снова, мурлычет Порш и увлекает Кинна на пол для очередного нежного поцелуя.