Разве это правильно?

      Уилл никогда не думал, что будет против прогулки со своими друзьями. Обычно он был одним из тех, кто поддерживал идею совместного времяпрепровождения, например, поиграть в D&D, вместе почитать комиксы или погулять по центру города. Если бы не один случай в аркадах.

***

      — Пошли скорее, иначе Макс опять займёт «Dig Dug»! — прокричал Майк.       — Все же, она изначально была быстрее. У неё есть скейтборд, — чуть со сбившимся дыханием ответил Уилл, стараясь поспевать за Майком.       Майк закатил глаза и едва слышно фыркнул.       Они добежали до нужного игрового автомата, но на удивление Макс там не было.       Мальчики начали оглядываться в поисках подруги, однако, никого не было видно. Рыжие волосы Макс обычно были самыми заметными, и, даже если не вглядываться, ее все равно можно было найти.       — Куда она делась? Я думал, мы будем ждать очередь, чтобы поиграть, но, видимо, нам повезло, — сказал Майк, улыбаясь.       Он хотел было начать новую игру, но, заметив взволнованное лицо Уилла, спросил:       — Что-то не так? Уилл, не волнуйся, я уверен, она скоро придёт. Наверное, просто заговорилась с Оди по дороге. Мы ведь договорились собраться тут все вместе, она точно придет.       — Не знаю, Майк, у меня плохое предчувствие. Я пойду проверю, может, она рядом?       Майк пожал плечами.       — Чувак, я думаю, ты зря беспокоишься, — по лицу Майка было видно, что он не очень сильно переживал за подругу, — я считаю, что тебе лучше остаться со мной, тем более скоро придёт Оди, и нам будет веселее вместе!       Услышав имя Джейн, Байерс чуть-чуть сморщился, что, к счастью, было не замечено Майком.       — Нет, Майк, я пойду. Ты останься здесь, тем более, если Оди скоро придёт, — тон парня был наполнен какой-то горечью.        Майк вопросительно посмотрел на друга, но спорить не стал. Мол, ладно, делай, что хочешь.       Уилл решил сначала отправиться в туалеты. Может, Макс стало плохо? После смерти своего сводного брата она изменилась. И не в лучшую сторону. Ее настроение часто прыгало с веселого до раздражительного и злого. Она могла подолгу сидеть неподвижно и смотреть в одну точку, а потом резко вздрагивать. Девушка также жаловалась на постоянные кошмары. Однако, разговоры о психологе ею полностью игнорировались. Видимо, посещение сеансов равнялось пустой трате времени. Это сильно волновало друзей, но они никогда не давили и оставляли за Макс право делать так, как она считает нужным. Единственной и самой важной задачей оставалось просто быть рядом.       Проверив туалеты и убедившись, что там никого нет, Уилл решил зайти в каморку, на двери которой было написано «Не входить. Комната для персонала». Не успел он дотронуться до ручки, как оттуда вышел Лукас, держа Макс за руку.       Лицо Уилла почти встретилось с дверью, благо, у него была превосходная реакция, позволившая избежать неприятного контакта.       — Уилл! Осторожнее, приятель! Я тебя чуть не задел, — с обеспокоенным видом сказал Лукас.       Макс вышла из-за спины Лукаса и пошла дальше, будто не замечая Уилла. Ее взгляд был направлен на двери выхода.       — Лукас, что-то случилось? Почему Макс уходит? — Уилл осторожно спросил друга, говоря чуть тише обычного.       — Прости, дружище, Макс не очень хорошо и она попросила проводить ее домой, — Лукас посмотрел в сторону Макс, продолжая говорить с Уиллом, — но ты не волнуйся! Мы обязательно соберёмся в следующий раз.       Дружелюбно стукнув кулаком Байерса, Лукас поспешил за своей девушкой.       Взволнованный Уилл так и остался стоять на месте, провожая взглядом ребят, покидающих здание. Макс не в первый раз становилось плохо во время прогулок. Девушка объясняла это тем, что ей просто тревожно, и она не может долго находиться среди людей. Только Уилл понимал, что это точно связано со смертью ее брата. Действия четвертого июля были всего два месяца назад, и рана от потери не могла затянуться за такой короткий срок. Уилл не мог ее винить, ведь он прекрасно понимал, что ей нужно время. Каждому человеку оно нужно, чтобы вновь прийти в себя, попутно найдя силы двигаться дальше.       После этой ситуации Уилл решил вернуться к Майку, который, наверное, очень сильно старался над тем, чтобы побить рекорд MADMAX.       Рядом с автоматом стоял не только Майк, но и Джейн тоже. Они не играли, а стояли в обнимку. Майк что-то шептал в ухо Оди, прижимая ее к своему боку, его рука аккуратно сжимала ее плечо. Одиннадцать мило улыбалась, будто услышала что-то настолько приятное, отчего улыбка сама появлялась на лице. Рядом с ее глазами появлялись морщинки, что давало знать, что ее эмоции были настоящими, искренними. Волосы Оди щекотали лицо Майка, поэтому он забавно жмурился.       Подойдя ближе Уилл прокашлялся, давая знать, что он пришёл обратно. Он хотел как можно скорее рассказать о том, что Макс опять стало плохо.       Ребята не сразу заметили парня и только через время повернулись к нему. Их лица были покрасневшими. Они излучали такое настроение, какое могут понять только те, кто влюблен. Не зря говорят, что юность любит радость. Когда ты молод, тебе не особо хочется задумываться о будущем или о предстоящих трудностях. Юность пахнет теплом, чем-то сладким и свежим. Все ощущается иначе: люди кажутся приятнее, желание покорить вершины, восстановить справедливость или даже спасти мир сильнее. Ну и, конечно, хочется влюбиться. Да так, чтобы раз и навсегда. Кто бы что ни говорил, но подростковые чувства и эмоции очень (если не самые) яркие и запоминающиеся. Именно они зачастую оставляют огромный след в нашей голове и сердце.       — Уилл, пока ты искал Макс, пришла Оди, и, как я и сказал ранее, нам будет очень весело! — лицо Майка было наполнено радостью. В его темных глазах была какая-то счастливая искра. Улыбка была широкой, с ямочками. Уилл знал, что это за улыбка. Обычно Майк улыбался так, когда у него получалось выбросить кубик с достаточно высоким числом, чтобы победить в битве в D&D. Или, например, у него получалось обогнать Уилла на велосипеде до школы. Было непривычно видеть ее, когда он был с кем-то другим, а не с Уиллом.       Оди не дала возможность ответить Байерсу, она повернулась к Майку и начала что-то шептать на ухо. Лицо Уилера сменилось на озадаченное, его брови сместились к переносице, рот чуть-чуть приоткрылся. Со временем он перестал хмуриться, а, наоборот, начал улыбаться. Уилл почувствовал неприятное ощущение в районе груди.       — Слушай, чувак… Оди срочно надо домой. Я позвоню тебе, как только освобожусь! — Майк виновато улыбнулся и потянул Джейн к выходу. Джейн же не выглядела виноватой вовсе. Она лишь помахала Уиллу на прощание.       И вот снова Уилл наблюдает то, как пара его друзей направляется к выходу, а он стоит и смотрит с неприятным чувством обиды. Оди и Майк, конечно, вели себя как влюблённые голубки, но после дня независимости это превратилось в более терпимое состояние. Видимо, они вернулись к отправной точке, когда все, что было в их глазах — только они сами.       Тяжело вздохнув, Уилл отправился домой.

***

      Уилл мог бы понять, если бы это был единичный случай. Но когда это происходит почти каждый раз, когда они собираются вместе, то невольно появляется желание прекратить общение вовсе. Почему все происходит так? Возможно, если бы Дастин не пропадал с Сьюзи, а гулял бы с ребятами, Уиллу было бы не так одиноко.       Вы не подумайте, Байерс очень сильно любит своих друзей, однако ни о чем не может идти и речи, когда они разбредаются на парочки, а сам Уилл остается один, без компании. Возможно, если бы Уилл был нормальным, нашёл бы себе девушку — все было бы по-другому? Встряхнув головой, как бы освобождаясь от таких мыслей, парень поднялся с кровати и направился в ванную комнату.       В зеркале на него смотрел тот же мальчик, что и всегда. Зомби-мальчик. Его лицо похудело, скулы были выражены больше, чем обычно, под глазами залегли темные круги. Уилл намочил лицо, стараясь придать ему более бодрый вид. Он улыбнулся своему отражению, но улыбка быстро сошла с его лица. Зачем притворяться, что все хорошо? Зачем выдавливать улыбку?       Выйдя из ванной, Уилл отправился обратно, чтобы переодеться. Парень был очень не уверен насчёт сегодняшней прогулки. Вероятность того, что он снова останется один, была огромной. От навязчивого чувства обиды было тяжело избавиться. А кому приятно постоянно оставаться брошенным? Отмахнувшись от очередного потока мыслей, что никак не давали покоя целый день, Уилл открыл комод. Выбор пал на обычные джинсы и футболку в полоску.       Парень оглядел комнату. Самым лучшим вариантом, как можно отдохнуть от самого себя — заняться чем-нибудь полезным. Может, стоит разобрать шкаф с книгами? Или пересортировать комиксы? Взгляд упал на стол, где был открыт альбом с рисунками. «Наверное, стоит закончить тот рисунок.» Подойдя к столу, Уилл взял в руки альбом. На страницах был нарисован профиль парня. Майка. Уилл думал о том, чтобы нарисовать портрет друга и отдать ему, но он никогда не мог решиться на это. Да, раньше он отдавал рисунки Майку, но то были их персонажи, приключения, битвы. Рисовать же самого человека кажется чем-то более интимным. Будто ты стараешься перенести на бумагу не просто лицо, а характер человека, его настроение и собственное отношение к нему. Уилл закрыл альбом, убрал его на полку, где обычно лежат все его альбомы. За все года, что он рисует, он собрал такое количество, о каком даже и не думал. Если бы он не отдавал свои рисунки друзьям, то альбомов было бы еще больше.       Уилл опять невольно вернулся к мыслям о своих друзьях. Неужели их дружба больше никогда не будет прежней? Неужели, когда они разъедутся по колледжам в разные города, связь будет потеряна навечно? Эти вопросы не дают ему покоя уже несколько бессонных ночей. Бесконечные мысли выжигают его изнутри, уничтожая спокойствие и способность расслабиться. Все, о чем он может думать — это их будущее. Уилл думал о том, чтобы поговорить с друзьями, но какой смысл? Однажды он уже поссорился с Майком и Лукасом и к чему это привело?       «Это не моя вина, что тебе не нравятся девочки!»       Воспоминание резко всплыло в голове парня. Те напряженные эмоции, обида, гнев, расстройство, предательство. Наверное, именно в этот момент их крепкая дружба и потерпела крах. Майк потом пожалел о своих словах, сразу же пошёл извиняться, но это оставило большой след на Уилле. Парень говорил, что все в прошлом, что не стоит извиняться, но этим он обманывал только себя.       Майк… Его лучший друг. После того, как он начал встречаться с Оди, он очень сильно изменился. Такое чувство, будто с помощью этих отношений он хотел как-то изменить себя. Выдать себя за кого-то другого. Уилл был очень внимательным человеком, и он не мог не заметить за своим лучшим другом такие перемены. Каждый раз, когда Майк с Одиннадцать в компании всех друзей, он заметно напрягается. Будто тратит все свои силы на то, чтобы не выдать чего-то лишнего, чего-то неправильного. Уилл не знает, как Уилер ведёт себя наедине с Оди, но то, что он видит своими глазами беспокоит его. Может в их отношениях раскол? Ссора?       «Ты просто ревнуешь его! Ты хочешь, чтобы он был с тобой! Ты надеешься, что они расстанутся!»       Уилл сел на кровать и закрыл лицо руками. Все было так сложно и запутанно. Как он может разговаривать с другими про их дружбу и отношения, если даже не может разобраться в себе? Хотел бы он вернуться в детство, туда, где все, о чем волновался мальчик, было: «Почему нельзя остаться у Майка подольше? Нам так нравится играть!» или, например, «Я надеюсь, Майку понравится мой рисунок его рыцаря. Я так старался!»       По крайней мере Оди всегда выглядит счастливой с Майком. Улыбается чаще, смеётся, будто раскрывается. Она, наверное, действительно любит Майка.       Неожиданный стук в дверь заставил Уилла вздрогнуть.       — Иду, иду! — Уилл поспешил добежать до двери, чтобы открыть тому, кто слишком яростно стучал в дверь.       За дверью, на удивление, стоял Майк.       — Привет, Уилл. Нам надо поговорить.