secrets

      Эдди проходит по столовой, слыша каждый шёпот о нём, его причёске, стиле и… плевал он на сплетни о себе. Мансон ненавидел, когда кто-то говорил о Клубе Адского Пламени в плохом ключе.       И этим кто-то, конечно, чаще всего был Джейсон Карвер. Но сегодня он услышал название Клуба от кого-то другого. От кого-то с… с более нежным голосом.       Эдди тут же начал оборачиваться, пытаясь выяснить, кто обсуждает его детище. А когда понял, захотел стереть себе память.       Джесси Каннингем. Стерва с золотой ложкой во рту. И не только.       Конечно, сестра милой, покладистой, прямо-таки идеальной Крисси оказалась сплошным разочарованием.       Но только для Мансона. Конечно, Джесси оставалась стервой для всех, но, если выходить за рамки, у девчонки был высший балл во всей школе (кажется, Майк рассказывал Эдди, что старшая Уиллер потихоньку сходит с ума из-за этого), а также, конечно, Джесси-гребанная-Каннингем — капитан черлидерш.       Но её никто не любил. А как считал Мансон — лучше быть изгоем, но иметь друзей.       — Клуб Адского Пламени? Серьезно?       Он возвращает прицел к разговору, проходя слишком медленно. А идти медленно равно привлечь внимание.       — А вот и его хозяин! Эй, Мансон! — кричит одна из подружек Джесси, заходясь смехом и ожидая того же от Каннингем. Но та не смеётся. Разглядывает Эдди. И пока остальные подружки пытаются уловить, могут ли они смеяться, Джесси резко говорит:       — Замолкните. У меня голова разрывается. — О чём-то раздумывает, потом вдруг встаёт и кидает: — Схожу за таблетками.       Эдди проводит её глазами до выхода из столовой. Чокнутая, точно.

***

      — Стоп, серьёзно? Вы привели ко мне… стерву Каннингем? — тихо уточняет у Хендерсона, глядя на Джесси, которая разглядывает свои длинные ногти.       — Ты говорил найти игрока? Мы нашли!       Джесси оглядывает помещение, хмуря свои аккуратные бровки.       — Мы начнём игру?       — О, Джесси, не знал, что ты играешь в такие игры.       — Я не зануда, Мансон.       — Тогда приступим. Какой у тебя уровень? Если ты, конечно, знаешь…       — Я чернокнижник семнадцатого уровня, придурок. До переезда в эту дыру я была лучшей. И осталась лучшей.       Сзади послышался визг Дастина.       Джесси скрестила руки на груди и усмехнулась.       Они встали у столов и играли, играли…

***

      — Победа! — крикнул Майк, глядя на кости, которые выкинула девушка. — Джесси, ты – лучшая!       Он кинулся обнимать Каннингем, а Эдди поставил у себя пункт в голове — узнать, откуда эти два парня знают девчонку.       — Да-да, всем спасибо за игру. Увидимся в школе. Вас подвезти, мелкотня? — добродушно уточнила Джесси, взяв лежащий у стены рюкзак. Уиллер и Дастин радостно кивнули и кинулись к выходу. — Пока, Мансон, — кинула она, выходя из тёмного помещения.       Эдди думает, что, возможно, стерва Каннингем не так уж плоха. И не такая уж и стерва.

***

      — Привет! Короче, Джесси пока не знает, сможет ли прийти на следующую игру, и… — начинает тараторить Уиллер, глядя на Эдди, но тот резко обрывает парня:       — Откуда вы так хорошо знаете Каннингем? — спрашивает слишком… слишком странным тоном, сам не понимая, почему.       — А… ну, Джесси подтягивала меня по литературе, — объясняет Майк.       — Меня по английскому! — выпив сок, говорит Хендерсон, при этом улыбаясь.       — Мерзость, — высказывается Эдди.       — Джесси многих подтягивает, — между прочим заявляет Дастин, поглядывая на Мансона.       — К чему ты клонишь, мелкий? — уточняет парень, поправляя волосы.       — Можешь попросить её и она…       — О, нет. Нет. Зачем мне училка вне школы?       — Просто предлагаю сценарий, в ходе которого вы можете сблизиться.       — Чего? — кричит Эдди, вскакивая со скамьи. Почти все в столовой оборачиваются на него. Мансон оглядывает всех без интереса, но его взгляд задерживается на столике в центре. Там сидит Джесси Каннингем. Интересно, она бы села добровольно с ним с Клубом?       Конечно, нет. Размечтался, Мансон. Успокой свою разбушевашуюся фантазию и сядь на место.       — Без обид, Эдди, но… — начинает Майк. Заканчивает, как всегда, Хендерсон:       — Ты же запал на неё! Мы это заметили ещё вчера.       — Господи. Нет.       — Если тебя это успокоит, — тихо говорит Дастин, — мы вчера… расспросили Джесси, пока ехали домой. О тебе.       — И… и что? — пряча лицо за волосами, спросил Мансон.       — Что и требовалось доказать: ты на неё запал, — улыбаясь, говорит Дастин, тут же получая подзатыльник от парня. — Ладно, ладно! Она сказала… сказала… что-то типа «нормальный».       — И всё?! Я убью тебя, Хендерсон!       — Нет, — серьёзно говорит Уиллер, — всё было не так…

— Джесси, — канючит Дастин, перегибаясь к девушке. Та закатывает глаза и просит усесться на место, но мальчик продолжает, — Что ты думаешь об Эдди?

— Что я должна о нём думать?.. Дастин, прижми свою пятую точку к сиденью, иначе я не пожалею пару ногтей, чтобы выколоть тебе глаза! И поверь мне, я сделаю это максимально больно, мучительно и долго!

Каннингем крутит руль, поворачивая на другую улицу. Майк тащит Хендерсона обратно, заставляя сесть ровно.

— Ну так, что там об Эдди? Он славный, да?

— Допустим. К чему это? — уточняет, смотря в зеркало, ловя взгляд мальчика. Дастин быстро опускает взгляд, глядя на проколы в ушах девушки.

— Просто спрашиваю. Ну, вы же теперь… друзья?

— Друзья… — повторяет Джесси, усмехаясь. — Я имею право хранить молчание, пока не пойму, что за расспрос о Мансоне.

— Просто интересно! Вы, взрослые, совсем скучные!

— Как скажешь, мелкий. Значит, раз я взрослая и скучная, больше не проси меня приезжать в эту дыру и играть с вами.

— Нет, я не это имел ввиду!..

      — И всё? — простонал Эдди в ладони, закрывая ими лицо.       — Да, — пожав плечами, сказал Майк.       — Супер, — отвечает Мансон, вдруг говоря тихо, почти неслышно: — Нет. Я же не…       Дастин расценил это за «я же не влюбился в стерву Джесси-чертову-Каннингем», и, в принципе, был прав, но Эдди не признался бы в этом даже под дулом пистолета.       — Джесси хорошая, — сказал Хендерсон, — просто в школе ведёт себя… так.       — Как конченная стерва?       — Подбирай выражения! Но, в общем-то, да.       — Боги, почему не Крисси, — поймав глазами блондинку, разговаривавшую с подругой, говорит Эдди.       — Она скучная, — бросает Дастин, пока Майк копается ложкой в каше. Морщится, словно этой каше третий день. Окунает ложку, нюхает, тут же хмуря брови. Отставляет поднос с едой и просто допивает сок, а потом достаёт яблоко из рюкзака и вгрызается в него.       — Крисси? Скучная? Хендерсон, я тебя прибью, — угрюмо шепчет Эдди, вставая из-за стола. — Встретимся позже. Сегодня вечером играем. В семь. И… предупредите Каннингем.

***

      — Привет, — догнав Джесси у шкафчика, говорит Эдди. Девушка поправляет тёмные волосы и оглядывает пустой коридор, задерживая взгляд на Мансоне.       Где-то за малахитовыми радужками у Каннингем немой вопрос — «а стоишь ли ты моего внимания?». Когда парень выдерживает взгляд, она отвечает медленно, с выдержкой:       — Привет, — складывает учебники в шкафчик, забирая все книги.       — Хендерсон тебя уже предупредил..?       — Об игре сегодня? Да. Знаю, к семи.       — Супер… Ну, я пойду. Увидимся, ага, — собирается уйти, когда Каннингем окрикивает его:       — Ты чего такой нервный, Мансон?       Стоит, опираясь плечом о шкафчик. Ехидно улыбается, глядя прямо в глаза парня. Эдди вздыхает:       — Со мной всё в порядке.       — Как скажешь, милый, — его словно ударяет молния. Морщится от прозвища, но ничего не высказывает. Разворачивается и уходит.       Милый. Фу!

***

      — Вы проиграли, леди и джентельмены, — радостно объявляет Мансон, оглядывая разочарованные лица присутствующих. Но тут Джесси уточняет:       — Вообще-то, я ещё не кидала кубик… — лёгким движением пальцев вертит его, кидая. Через пару секунд победно улыбается, тут же стреляя взглядом «я-так-и-знала» в Эдди. Он удивляется: почему этой стерве так везёт?!       — Победа-а-а! — орёт Дастин, кидаясь на девушку. Джесси улыбается, не спуская взгляда с Мансона, который, кажется, сейчас вскипит, словно чайник. И повалит у него дым из ушей. Как?! Почему она опять выиграла?!       — Ребят, мне пора! Пока! — посмотрев на часы, крикнул Уиллер. Он выбежал из комнаты, сел на велосипед и уехал. Дастин покачал головой, а потом посмотрел на Джесси. Далее на Эдди. Протянул:       — Ну-у-у, я тоже поеду. Пока!       Каннингем и Мансон остались одни. Эдди мысленно сравнил Крисси и Джесси, поражаясь тому, насколько они разные.       Крисси — нежная, милая, буквально золотой ребёнок. Джесси — грубая, слишком уверенная в себе, расчётливая стерва.       — Эй, ты меня слушаешь?       Эдди поднимает взгляд с игрового поля.       — Я спрашиваю, тебя подвезти, Мансон? Кидает взгляд на окно. Начинается дождь. Задумывается вновь, бросая:       — Если тебе будет несложно…       — Тогда давай быстрее.       Джесси мельком оглядывает помещение. Быстро помогает собрать игру, а потом закидывает на плечо неизменный чёрный рюкзак и первая выбегает под дождь, открывая машину и садясь за руль. Эдди бежит следом, садится на переднее сиденье и захлопывает дверь.       Каннингем, отдышавшись, смотрит на чуть промокшего Мансона. На его кудри, некоторые из которых сплелись из-за влажности. Улыбается.       — Куда тебе?       — Трейлерный парк, — мигом отвечает Эдди, глядя на то, как аккуратные ладони выворачивают руль. И как Каннингем живёт с такими длинными ногтями?..       Они едут в тишине. Оба хотят начать разговор, но не знают, нужно ли?

***

      — Спасибо, что подвезла, Каннингем, — говорит Эдди, глядя в уставшие глаза девушки. Она поправляет тёмные, чуть намокшие волосы и кивает.       — До завтра.       — Увидимся.       Он хочет выйти, но почему-то не может. Что-то ему мешает. Висящая в воздухе недосказанность. Вот что.       — Джесси, я хотел сказать…       Не успевает. Она первая его целует. Джесси Каннингем оказалась решительнее и смелее Эдди Мансона.       Вот позор. Хендерсон бы посмеялся, услышь такое.       Когда девушка отстраняется, Эдди пытается спрятать рвущуюся наружу улыбку.       Плевал он на правила, на школьную иерархию, на касты, придуманные в старшей школе, самом токсичном месте на Земле.       Джесси склоняет голову вбок, оглядывая парня.       — Значит, до завтра? — хитро улыбается, и Эдди замечает блеск в её глазах. Признаётся себе, что, возможно, Джесси Каннингем красивая. И очаровательная. И…       — Пока. — мигом выходит из машины, не позволяя себе задержаться хоть на секунду.

      И когда Эдди Мансон заходит домой, он всё-таки оборачивается. И видит улыбающуюся Джесси Каннингем, выезжающую со двора.