О зависти, ненависти и о чем-то еще

Дотторе только ненадолго покинул свою лабораторию, чтобы отчитаться о прохождении эксперимента, а вернувшись обнаружил своего среза рывшимся в записях и пробирках с био-материалом девчонки и других подопытных. — Какого черта ты делаешь? — прошипел мужчина, захлопывая блокнот с записями прямо перед носом Дзэты. — А ты? — вызверился на него сегмент, сверкая алыми глазами и скаля острые зубы, — Она опасна, так какого хрена она ещё не в колбе разобранная по частям? — Мне это известно лучше, чем кому бы то ни было ещё, — сказал спокойно Второй, убирая записи на полку, и вставляя био-материал в центрифугу, чтобы разделить на составляющие, — Но от живой от нее больше пользы, чем от мертвой. Ты просто не понимаешь какой потенциал скрыт в этом хрупком на вид теле, гораздо больший, чем в тебе или других найденных мной детях, несмотря на то, что вас объединяет общая черта в виде бракованного глаза бога. Забавно, не так ли? Я был уверен, что мои срезы будут, как минимум более уникальными, чем обычный человечишка, а оказалось все мои изыскания просто пшик. — Это не отменяет того факта, что все над чем мы работали может полететь к чертям из-за этой мелкой букашки! — Я готов пройти на этот риск, если в конце я смогу создать силу превосходящую Архонтов, это как минимум. — Ты пожалеешь! — Возможно, но если ты не прекратишь вести себя как ребенок, уже не узнаешь. Мне не нужен срез, который не может выполнять свою работу, — иглы опасно сверкнули между пальцев Дотторе. Он был максимально серьёзен, даже несмотря на то, что Дзэта оказался в какой-то степени уникальнее других его сегментов, но это не отменяло того факта, что он ставил под сомнение его решения, а такое он мог стерпеть лишь раз. — Пфф, — фыркнул срез, — Ладно. На этот раз я отступлю, но хочу получить объяснение этому, — Дзэта вытащил из-за пазухи пробирки со льдом и водой, в которых была ещё и кровь. Поначалу Дотторе не заметил ничего интересного, но потом, поднеся ближе к глазам, мужчина увидел, как кровь постоянно регенерирующую атакует вода, а лёд выстраивается в странные фигуры. — И что это такое? — спросил мужчина, наклоняя пробирку под углом к свету лампы. — Моя кровь и действие наших сил друг на друга. — Ты уверен? — недоверчиво спросил Второй, потому что на других сила девчонки реагировала более чем благосклонно. — Более чем, — ответил срез, показывая обмороженные до бела пальцы, которые то приобретали нормальный цвет кожи за счёт безостановочной регенерации, то снова белели. — Так только на одном участке тела? — поинтересовался Дотторе, отложив пробирку с материалом и начав рассматривать руку сегмента. — Да, — подтвердил Дзета, — Только в том месте, где мы соприкоснулись кожа к коже. — У Ярины так же? — Понятия не имею, ее забрал Панталонэ, куда они пошли понятия не имею, судя потому что лаборатория была заперта и у дверей никого не было, к тебе они явно не собирались. — Ну, — усмехнулся Предвестник, — Целительная сила девчонки явно мощнее твоей регенерации, судя по тому что я вижу, впрочем это я смогу узнать уже завтра. Задумавшись на секунду о недавних событиях и избегания банкиром сдачи крови, Дотторе спросил: — Ничего странного не заметил? Как вел себя Девятый? Нервничал ли? Может ещё что? — Да вроде нет, все как обычно, отлично зубоскалит и выглядит спокойным как удав… — произнес Дзэта, а потом вспомнил, что мельком видел что-то странное, но не придал этому большого значения, ведь могло и показаться, но вот когда Дотторе об этом спросил, он понял, что с банкиром было не все в порядке: — Мне могло и показаться, но я видел, как он утирал кровь у рта и походка была отчасти не твердая, но чем ближе подходил тем здоровее был цвет лица. Это то что ты хотел знать? — Пожалуй, — губы Второго растянулись в радостном оскале, осознавая, что теперь Панталонэ не сможет отвертеться от проверки. *** Ярина проснулась с опухшей головой и диким желанием утопиться в озере, потому что казалось, что она полностью высохла изнутри из-за чего язык прилип к нёбу. Радовало одно, хоть голова и опухла, но по крайней мере не болела. Сев на кровати, девушка огляделась, Панталонэ рядом не было, уже плюс. Но не сказать, что она прям жалела о сказанном или сделанном. Какое-то спокойствие внутри и безразличие не давало погрузиться в рефлексию о принятых решениях. Потянувшись, девушка осознала, что в принятии решений они провалились. Ярина вообще мало представляла что со всем этим можно сделать? Все что она могла, это сидеть и ждать конца, у нее ни силы, ни влияния. Заперта в организации подопытным кроликом. И наверно, для нее одной это было бы более чем нормально, но каким-то непостижимым образом она затянула в эту бездну и банкира, который не готов был жертвовать своим комфортом, властью и жизнью, и девушка его понимала, если б все тоже самое было у нее, скорее всего поступила бы так же. Спустив ноги на пол, Ярина тяжело вздохнула, вчера она не попала к Дотторе, да и не особо хотела, но сегодня по плану от него никуда не денешься. Ей отчаянно хотелось верить, что в этот раз в лаборатории не будет Дзэты, он ей категорически не нравился, но она понимала, что если срез уже успел пообщаться со Вторым Предвестником, встречи было не избежать. — Хааа, — нервно выдохнув, Ярина наконец поднялась с постели и отправилась в общую душевую на этаже, нужно было причесаться, умыться и хоть немного привести в порядок одежду. *** Лаборатория встретила ее запахом медикаментов и руганью из-за закрытой двери, девушка смогла различить как минимум три голоса и все были мужские и знакомые. Осторожно отворив ее, Ярина тихонько заглянула в щель и резко захлопнула обратно. Идти внутрь расхотелось полностью. Девушка даже не успела сообразить в какую сторону лучше бежать, как была затянута внутрь Дотторе, который с улыбкой сумасшедшего спросил: — Куда это ты собралась? — Никуда… — ответила девчонка, взирая на своего мучителя снизу вверх. — Да? Ну и отлично. Мужчина буквально втолкнул ее в кресло, тут же подходя к столу с материалом, на котором лежал огромный шприц, наполненный странной темно-фиолетовой жидкость. Ярина беспомощно обвела взглядом присутствующих, останавливаясь на хмуром Панталонэ, который зажимал ватой вену на сгибе локтя и все поняла. Дзэта довольно скалился, хотя у него тоже был взят материал на исследования, судя по исколотым рукам и капельнице с жижей, которую ей с небывалой регулярностью вливали на протяжении нескольких месяцев до этого. — Надеюсь это темное нечто, не то что будет использовано на мне? — со слабой надеждой, спросила Ярина, указывая на шприц, чтобы разрядить гнетущую атмосферу. — А ты догадливая, — ухмыльнулся срез, подпирая рукой голову и с удовольствием наблюдая за сменяющимися эмоциями на лице девчонки. — Не к месту, — согласился Дотторе, беря шприц в руку. — Можно начинать бояться? — нервно улыбнулась девушка, чувствуя неладное. Панталонэ впервые за все время в лаборатории взглянул на нее и кивнул. Он сейчас действительно не мог ничем помочь, ведь и сам попался, мужчина надеялся, что все обойдется, но верилось с трудом. Ведь то, что Дотторе собирался ввести девчонке, это ни что иное как останки Архонтов. И как это повлияет на них всех, одной Селестии известно, и то не факт. Игла осторожно погрузилась в вену на руке, Ярина почувствовала как стремительно холодеет тело, хотя не было введено и половины. Рука непроизвольно сжала подлокотник, что начал крошиться под пальцами, а из груди вырвался беззвучный крик с хрипами, потому что связки в горле сковало льдом. Это было невыносимо больно, девушку словно разрывало изнутри на мелкие части, слезы потекли по бледным щекам ручьем, капая с подбородка на грудь. Она буквально захлебывалась от боли, и единственная мысль, что билась в ее голове, это было: «Пожалуйста! Пожалуйста! Хватит!» В этом аду, ей казалось, что она сквозь слезы видит, как к Панталонэ ластится ее элементальная сущность, насмехаясь над ней, а он не замечает, как ее рука уже сжимает его сердце. Страшно. Больно. Горько. Девушку ломало, но как назло, ничего не происходило, чтобы это прекратилось, словно все ее силы и скрытая мощь, что защищала Ярину до этого — исчезли. Бесполезна. Она бесполезна и беспомощна. Кривая болезненная улыбка тронула губы девчонки, прежде чем она потеряла сознание.