О зависти, ненависти и о чем-то еще

Честно признаться, Тарталья пребывал в недоумении. Он начал тренировать Ярину всего неделю назад, и поначалу девчонка показывала неплохие результаты, хоть иногда и спотыкалась, путаясь в стойках с копьем, но это не было так критично. Сейчас же, она то втыкала в пол наконечник, то древко, все никак не находя баланс. — Все! Все, хватит! Я не могу на это больше смотреть! — замахал руками Одиннадцатый, не вынеся издевательства над оружием, — Ты мне объясни, что могло произойти за ночь, что ты так издеваешься? Может я плохой учитель? Ярина посмотрела на Аякса, вздохнула и уперев древко в пол, сказала: — Я не знаю, честно, не понимаю, что произошло? Думаешь меня это не расстраивает? Или хочешь сказать, что я тут специально шапито устраиваю? По какой-то непонятной даже мне причине, мои руки словно одеревенели, и самое ужасное, что не могу пожаловаться, что они мало тренированы, ведь за неделю уже привыкла к интенсивности наших занятий, а выходит так как будто и не училась вовсе… — Может тебе действительно зубочистку в руки дать? — внезапно решил подколоть Чайлд, Ярина даже от неожиданности рот открыла, да так и закрыла не найдя что сказать, — Я пусть и не серьезно, потому что копье для тебя наиболее оптимальный вид оружия, но думаю рапира или шпага тоже имеют место быть, попробуем? Девушка растерянно посмотрела на Предвестника, но кивнула. Зря она даже мысленно шутила про зубочистки, будет смешно, если рапира или шпага окажутся для нее просто идеальны… Огорченно вздохнув, Ярина подошла к стойке с оружием, с недоумением смотря на ряд шпаг или рапир, она не была уверена, потому что в мечах разбиралась не очень хорошо, но по крайней мере могла отличить одноручный от двуручного. — А чем собственно одно от другого отличается, где тут рапира, а где шпага? — проходя вдоль ряда с висящими в стойке клинками, спросила девушка. Все мечи были начищены до блеска и рези в глазах, так чтобы любой хотелось поскорее взять в руки. — А это ты мне скажи, чем они отличаются? — присев на мат в углу, сказал Аякс, наблюдая за тем, как Ярина разглядывает стойку с рапирами и шпагами. — Ну, визуально, пока только узкими лезвиями, у одного классическое обоюдоострое, у другого трехгранное... — Еще! Давай, возьми в руки оба и скажи, чувствуешь ли разницу? Ярина неуверенно взяла в руки оба клинка, сначала, если быть до конца откровенной, она ничего не поняла, только подержав мечи в руках, навесу, на протяжении нескольких минут, она наконец смогла оценить разницу. Трехгранный был чуть тяжелее. Поняв это, девушка с удивлением перевела взгляд на Одиннадцатого, что смотрел на нее с такой улыбкой, словно для Ярины еще не все потеряно. Это было странно и приятно, чего уж тут. — Один тяжелее, — наконец произнесла девчонка. — Правильно, — кивнул Тарталья, — Теперь попробуй каждый по очереди и скажи какой удобнее, с тем и будем тренироваться. — Ты серьезно? А как же копье? — Про него мы тоже не забудем, но пока давай попробуем и этот вариант, хорошо? Ярина согласилась легким кивком головы, наконец возвращая все свое внимание рапире и шпаге. Что есть что, для нее все еще было загадкой, но уточнить позже, ничего не мешает? Взмахнув сначала одним клинком, затем другим, девушка остановилась на трехгранном. Он лучше всего лежал в руке и имел оптимальную тяжесть и был определенно легче одноручного меча. — Раз выбрала, вставай пока в классическую стойку для одноруков, — произнес Тарталья, вставая и подходя к девчонке, забирая у нее из руки рапиру, раз уж она предпочла шпагу, — Первое, что тебе следует знать, данный вид оружия совершенно не предназначен для затяжных боев, за исключением дружеских спаррингов, потому что любой более или менее прочный меч не важно, двуручный или одноручный, переломит эту спичку пополам. Второе, шпага и рапира очень маневренные, поэтому избежать прямого столкновения не так уж и сложно, это спасет твой клинок. Третье, видишь брешь в защите противника, бей не задумываясь, второго шанса может и не представиться. Четвертое, самые частые бреши в защите у мечников, это горло, подмышки и бока, поэтому сколько бы расслабленным твой враг не выглядел, без обманных маневров не обойтись, потому что каждый уважающий себя фехтовальщик знает хотя бы примерный вид боя только по взгляду на оружие противника и будут защищать свои слабые места, поняла? Ярина посмотрела на Одиннадцатого округлившимися глазами, потому что если честно, все произнесено было слишком быстро, но примерную суть она все-таки уловила. Аякс улыбнулся и напал, увернуться было просто невозможно, тычок в правое плечо оказался настолько сильным, что девушка осела на пол от неожиданности и боли, и если бы не защитный наконечник на рапире, вместо синяка на нем красовалась зияющая дыра. — А предупредить, что мы уже начали? — зло спросила Ярина, растирая ноющее место, но все еще крепко держа в руке шпагу. — Ты думаешь враг будет предупреждать о нападении? — ухмыльнулся Тарталья, укладывая на плечо рапиру и обходя по кругу Ярину. Он правда не желал зла, просто хотел раззадорить девчонку на эмоции и азарт, потому что иногда в спарринге казалось, что она все делает через силу, хоть и умело, но все ее атаки были предсказуемыми до тошноты. Тем внезапнее было получить шпагой под колено, пусть не сильно, но ощутимо. Одиннадцатый неожиданно для самого себя загорелся. Он гонял Ярину по площадке, как котенка, она едва успевала отбиваться от его атак, а слабая защита оставляла на ней все больше и больше гематом. Но это было весело, правда весело. В последние минуты тренировки, ей все-таки удалось нанести два удара в область ребер Аякса, потому что парень слишком увлекся и стал широко размахивать клинком. Жаль конечно, что это было мало похоже на нормальный бой, но в следующий раз Тарталья пообещал к делу подойти более серьезно и научить нескольким наиболее распространенным механикам в фехтовании, например стойке «Глупца», «Быка» и «Железной двери», подробно рассказав, чем одна лучше другой и для каких противников подходит. На этом они и разошлись, правда парень перед этим бросил через плечо: «Завязывай курить или однажды это сыграет с тобой злую шутку». Не то чтобы девушка его послушала и сразу бросила, но хотя бы понимала почему Аякс это сказал: во-первых, дым может выдать позицию, во-вторых, засмоленные легкие плохой товарищ в любом бою и даже в попытке бегства. Девушка никогда и представить себе не могла, что будет выживать в чуждом для нее мире Фатуи и постигать азы фехтования для собственной защиты. Вот если б кто ей раньше сказал, что так будет, Ярина собственноручно наняла бы себе учителя еще в десять лет, спокойного, мудрого и неторопливого, не пытающегося ее покалечить. Вздохнув, девушка покинула тренировочную площадку, предстояло еще как-то отвоевать себе время на душ в промежутке между обедом и ужином.

***

Панталонэ вообще редко чему-то удивлялся, но в этот раз отойдя ко сну, он знал, что спит. Для него это был впечатляющий опыт, но не столь удивительный, как мог бы быть, если бы не присутствие одной небезызвестной особы. Ярина — еще ни одна странность не обходилась без ее участия, так произошло и в этот раз. С виду скучное белое пространство, преображалось от одной его мысли. Подумал, что пустовато, — появилось ночное небо со звездами, кучерявые облака, бескрайнее поле изумрудной травы и горы на горизонте освещаемые круглым диском луны. На самом деле мужчина и подумать не мог, что в душе такой романтик, потому что никак иначе этот пейзаж появится не мог. Ярина не оставила незамеченными изменения, поэтому пораженно озираясь, девушка наконец заметила банкира и улыбнулась, так счастливо, словно действительно рада его видеть. Поразительно до какой степени переплелись их судьбы, что от ненависти, нетерпимости, страха, они пришли к нейтралитету, принятию и обоюдному желанию. Что-то сломалось, но вот где и когда? Этот ребенок буквально рос у него на глазах и по какой-то причине привязался к нему, сквозь страх, боль, ненависть, подарил часть себя и изменил его суть, поделившись тем, чем в принципе считалось невозможным поделиться, — силой, странной, противоречивой, но теперь уже родной. Зачем? Вряд ли даже она вспомнит первоисточник этого? Но если б девушка знала, насколько он жаден на самом деле, смогла бы так же улыбаться? Панталонэ было мало того, что Ярина дала, он хотел еще, — больше, гораздо больше, того что он получил или сможет получить. Сможет ли девочка принять эту его сторону, если он откроется и покажет все, что спрятано за маской? Потому что, признаться честно, но его истинная натура рвалась наружу, круша все стены и желая быть признанной, признанной именно девчонкой, ведь непомерные амбиции, власть и влияние, это еще не все что у него есть. Отчасти Предвестник боялся ломать их хрупкие отношения, но и желал этого, чтобы понять, останется ли девушка с ним до конца или предпочтет сбежать? Ох, как же ему хотелось узнать, но еще рано, слишком рано. Улыбнувшись, мужчина пошел навстречу радостной Ярине. Девушка и рада бы была повести себя как ребенок и повиснуть у Панталонэ на шее, но понимала, что это было бы чересчур странно, ведь они даже не в отношениях, несмотря на все произошедшее между ними. Поэтому сдержано дождалась, пока банкир сам подойдет и дрожащей рукой все-таки взяла его ладонь в свою переплетя пальцы. Влюбленность творила с ней странные вещи, которые иногда было стыдно называть своими именами. Даже себе она с трудом признавалась в том, что по уши влюбилась, с отчаянием понимая, что в груди крепнет горькая надежда, что эмоции тоже могут быть поделены на двоих, а не только страсть и безграничное желание. — Твоих рук дело? — тихо спросил мужчина, намекая на их встречу во сне и это изменчивое пространство. — Возможно, — в тон банкиру, с сомнением ответила Ярина, — Не уверена, но вероятность есть, но не смотря на происходящее скорее всего утром я даже не вспомню, что мне что-то снилось, если это не кошмар, конечно. Кошмары всегда хорошо запоминаются… — голос девушки дрогнул, задушено затихая. — Почему звучишь так горько? Разве есть повод для грусти? — Не знаю, наверно есть, раз даже вы услышали что что-то не так. Ярина чуть крепче сжала пальцы Панталонэ в своей руке, смотря вдаль. На самом деле, ей даже не важно было куда смотреть, лишь бы не на мужчину, потому что при взгляде на него к горлу почему-то подступал болезненный ком. Все как-то не так, неправильно, переломано… Да, переломано, пожалуй самое правильное слово для того, что бурей несется внутри. Тишина затягивалась. Слова рвались из груди и застревали, так и не достигнув рта. В конце концов, она так и не смогла сказать ничего, кроме: — Когда вы вернётесь? — А что, соскучилась? — губы мужчины впервые тронула невероятно мягкая улыбка, настоящая без масок и фальши. — Да, — короткий кивок и взгляд в глаза, по которым скучала. Они были все такие же холодные и колкие, и не нуждайся Ярина в них так отчаянно, то даже не узнала, что сталь может дарить тепло, — Без вас очень скучно. Даже Дзэта и тот ведёт себя прилично, вот уж от кого не ожидала, думала будет без конца находить повод чтобы поиздеваться. Панталонэ не смог подавить смешок, ведь скоро не любовь девчонки к срезу Дотторе превратится в притчу во языцех. Это забавно, но его тревожило, что имея в виду «вас», она обобщает его и Дотторе, и признаться честно, это было неприятно. Незнакомое кислое чувство на секунду поселилось в груди. Оно имело и другое название, но банкир почему-то не мог вспомнить или просто отрицал, что может чувствовать что-то, кроме желания обладать?