Лик мира шиноби!

Поглощать энергию из магмы проходило хорошо, до того момента пока вибрации не оторвали меня от процесса поглощения. С начала можно было списать все на землетрясения, но когда постоянно шли толчки, это стало знаком того, что идет битва и идет она в самом разгаре. Мы как раз были в процессе семейного времени. — Кажись, масочник не стал слушать меня. — Зло прорычал. — Милые, придется поработать. Раз финальная битва началась, то пришло время. Сата, сможешь переместить нас в другой мир? — Если задействовать все накопленные очки и перевести их в энергию, то да. — Вздохнула она. — Кушина, Чара и Меланта, готовьтесь применить резонанс и действовать в полную силу. — Скомандовала Сата, девочки просто кивнули в знак того, что они поняли. — Грёбаный масочник, прибью при случае. Ну почему нельзя было подождать моего возвращения? — Воспользуйся магмой, чтобы добраться как можно ближе к полю боя. Если уж ты почувствовал толчки, то оно не так далеко от нас. — Это если они ничего глобального не применяли. Выйдя из внутреннего мира, стал плыть в магме, попутно поглощая каждую крупицу силы. Злость брала вверх над эмоциями. Как можно быстрее двигался, чтобы воплотить все, что мне было нужно сделать. Десять минут, потребовалось, чтобы попасть на поле боя. Бой был в самом разгаре, это было понятно по вибрациям. Выбравшись из-под земли, то оказался в эпицентре битвы. — Умри! — крикнул кто-то и помчался на меня. Схватив его голову рукой, стал сжигать его голову. Их не смутило даже, что я был без одежды. — Убьем его. Это точно промежуточный босс, за него мы получим дополнительный опыт и награды. — Верно, убьем его! С него точно упадет хороший лут! — С него точно выпадут хорошие вещи, так что поднажмем. Они много времени провели в обсуждении. В руках появились два меча, которых удерживали цепи из пастей. Клинки стали лететь и срезать головы. Ими управляли девчата, пока все свое внимание было приковано к активации печатей. — Курасаки Ичиго — Проговорил знакомый голос. Это был некто иной, как Минато Намикадзе — Рад тебя видеть спустя столько времени. — Не сказал бы, что это взаимно — Пожимаю плечами и срезаю очередную голову. — Эх, сколько мошек. Ну, это поправимо. — Один из мечей, которым была Чара, растворился в воздухе. Наш резонанс не пропал, просто она стала контролировать другую способность — Раз их много, то нужно просто разом их уничтожить. — Извержение произошло прямо под ногами всей этой мошкары. Земля стала превращаться в магму, а пепел и ядовитые пары окутали эту местность. Забравшись в магму, стал восстанавливать силы, попутно смотря, как корчатся люди. Минато быстро убрался, так и не вступив в бой. Это было странно до определенного момента. — Масаки! Разберись с ним, вырви его искру! — Крикнул Минато. Перси только кивнула. Было противно смотреть на это, так как эта букашка даже не удосужилась назвать ее по имени. Она атаковала, но это было настолько слабо, что это даже не смешно. Вид у нее был бледным и уставшим. — «Милая, превратим это место, в ад, на земле.» — «Хорошо.» Она сделала то, что стало радовать мои глаза и слух. Мошкара умирала у меня на глазах, задыхаясь и молясь о пощаде. Но веселье быстро закончилось, так как внезапно, на меня накинулась Хина и Какузу. Их глаза были полны презрения. Но их тела пронзила Меланта. — Эх, мне вас действительно жалко вас убивать. Но предательства я ненавижу еще больше, так что покойтесь в моем желудке. — Отпусти нас или тебя покарает Киске-ками-сама — Крикнула Хина. — Ты за это заплатишь. — Прорычала Какузу. — Не думаю, ведь ваше время на исходе! — Из руки, в которой не было меча, вырвались из пасти цепи, которые пробили их тела. — Мне действительно жаль и при других обстоятельствах, мне хотелось провести немного больше времени, возможно, у нас даже появились чувства друг к другу. — Цепи ухватили их души и стали вытягивать. — Да, я лучше со свиньей лягу, нежели с тобой. — Последнее, что успела сказать Хина и ее душу вырвали цепи и сожрали. — «Кажись, Акацуки пали. Хм, сюда движутся много источников энергии.» Как только души Какузу и Хины были вырваны из тел, то их сразу сожгли в моем источнике. Они долго орали. Все это время Перси постоянно пыталась атаковать меня, но это все бесполезно, так как без своей божественной искры она не могла противостоять мне. — Перси, мне больно видеть, как ты превратилась.… Зачем ты отдала этим ничтожным свою искру? — Это доказательства истинной любви между нами. — Нами? Это тобой и толпой неизвестных мужчин — Печаль при виде такой слабой и разбитой матери приводил в ярость. — Мой отец был не тем, кто хотел бы видеть тебя такой. — Сат здесь не причём. Ты и сам понимаешь, что он умер. — «Она как всегда такая наивная, что мне в ней и нравиться. Меня нельзя убить, так как я защищена великой матерью. Как впрочем, и мой брат. Мне так и хочется обнять ее и успокоить сказать, что я жива и здорова. Видеть ее такой слабой так… Милый порадуй свою мамочку и забери ее душу и УНИЧТОЖЬ ИХ.» — Прорычала Сата. — Придется порадовать мамочку, а то мне не поздоровится! Цепи также пробили ее тело. Вместо слез потекла кровь при виде этого. Из магмы появилась голова демона, а вслед за ней и сам огромный демон, созданный из магмы. Как только оказался на голове демона то видел, как меня стали окружать со всех сторон. Они привели даже десятихвостого. На голове десятихвостого стоял Обито и Минато с Киске. Киске быстро спрыгнул и попытался разрубить цепь, что удерживает маму. Но когда у него не получилось, он перестал улыбаться. Став серьезным, он призвал свое оружие, это была Бенихиме, в которой были инкрустированы искры богов греческого пантеона. Магменный голем стал наносить удары по Киске. Сейчас только он мог с помощью своего дзанпакто рассечь цепи. Убрав меч, и из пасти на освободившиеся руке вылетели цепи, что усилили вытягивания души. Лишь секунда разделила тот момент, когда Киске мог бы помешать мне захватить ее душу. Минато и другие пытались заблокировать руку голема. Но все их мечи стали удерживаться магмой. К ним подключились и другие сторонники виде массовки, у которой были ружья и они не жалели пуль в меня. Но мне хватило времени, чтобы вырвать ее душу. — Теперь она моя. — И мой смех стал звучать по всему полю боя. Киске был немного расстроенный. — Ох, как ты жесток, Ичиго-кун! Так жестоко поступил со своей родной матерью! — Лучше пусть она будет поглощена мной, нежели и дальше будет продолжать влачить такое жалкое существование, подле третьесортных отбросов вроде вас. Мусор вроде вас даже людьми назвать сложно! — Ахахаха, он называет нас мусором! — сказал один из прихвостней Киске. — А чью мать я только перед битвой драл как последнюю шлюху? Пацан, может ты и протагонист своего мира, но мы те, кто смогли победить богов и сделать их рабами. Так что мусор это ты! По полю боя стали разноситься смешки. — Или ты ждал этого момента, чтобы сожрать ее, когда она под завязку будет залита нашим семенем и какого оно на вкус спермоглот? Пока они шутили, я продолжал концентрироваться на использовании пентаграмм. Киске, в отличие от остальных стал ждать. Чтобы они не скучали, призвал Чару и вонзил ее в голову голема. Он начал двигаться, при этом постоянно расти. У него появились несколько хвостов, из которых постоянно выстреливали сферы из магмы. — Ичиго-кун, сдайся ведь ты и так знаешь, что это всего лишь оболочки, в которых нету моих последователей. На поле боя всего несколько десятков живых людей. — Думаю, эта причина того, что они такие смелые. Они далеко, прячутся в деревни верно, Киске? Киске улыбнулся. — Зачем мне рисковать жизнями своей армии, если можно ее будет использовать более эффективно, чтобы захватить другие миры? Все его люди стали веселиться. Пока они развлекались, смеясь, что мне было выгодно в плане активации пентаграмм. Они старались как можно больше упоминать мою семью. Киске пристально следил за мной в отличие от его людей. — Обито, помнишь, что я просил тебя сделать. — Уберечь девчат от Киске и его людей. Я вроде бы выполнил, ведь наш контракт был, чтобы я их защитил, но я не виноват, что они влюбились. — Бинго. Это правильный ответ. Думаю, ты такой спокойный, из-за того что Киске просветил кто я такой? — Верно, Ичиго-кун, твоя мать рассказала, кто был ее мужем. Наставить рога демону. Согласись, это достаточно забавный момент. Жаль, что я не смог увидеть его лицо, когда он узнал бы, что я и многие из моих людей пользовались ей! — Знаешь, я посмеялся бы, если бы это не касалось моей семьи. — Охотно верю. Но скажи мне, для чего ты тянешь время? — А разве ты не любишь сюрпризы? Тебе ведь нужно подождать немного и… кто знает. Может, я просто жду удобного момента, чтобы свалить из этого грёбаного мира? — Хм, мне тебя жаль, Ичиго-кун. — Я скептически смотрю на Киске. — Нет, правда, мне тебя реально жаль. — Жаль, меня? — Ведь ты по сути всего лишь ребенок, который озлобился из-за отнятой семьи. Зная тебя, ты захочешь спасти их. — Верно, и маму я уже спас. — Вырвав ее душу? Знаешь, так себе спасение, ведь без искры она долго не продержится. — А твой способ будет лучше. Забрав ее искру и изредка давая ей соединиться, создав тем самым зависимость. — Она сама отдала мне свою искру! Это был ее знаком любви ко мне. — Киске улыбался. Пока мы говорили, его люди встали в пяти разных точках. Также некоторые из его людей копили чакру. Хм, барьер. Мне осталось всего ничего, прежде чем активировать пентаграммы. — Киске, пока твои готовятся… в прочем, как и я. Скажи, чего ты добиваешься? Ведь захват миров не твоя основная цель? Может, поделишься, ведь когда нам удастся еще поговорить? — Извини, Ичиго-кун, но здесь слишком много тех, кому не предназначена эта информация. Но если хочешь, можешь попытаться узнать у Масаки. — Слушай, а почему ты не зовешь ее настоящим именем? — По тому, что оно божественное, она прекрасна, но только имя портит все ее величие. Мне жаль, что она не может быть простым человеком. Она прекрасна и грациозна. — Он стал мечтательно улыбаться. — И по этой причине, ты сделал из нее куклу. Неужели, ты не мог смириться с тем, что она тебя не любила?— На моем лице появилась злая насмешливая улыбка. — Киске, ты не смог завоевать сердце, так решил опорочить ее, ведь эта причина по которой, ты дал… ее своим людям. Если она будет сломана, ты в ней не будешь видеть ту, которую находиться вне твоей досягаемости. Лицо Киске приняло уродливую гримасу. Его ярость можно было даже почувствовать. Гнев заполонил все его мысли. Но это было недостаточно. — Ты ведь ее, не любил, а только желал. Все твои действия так и кричат. Я ПРОСТО ХОТЕЛ ЕЕ. Но не о каких чувствах не может быть и речи. Ты просто завистливый отброс! — Ичиго-кун! Ты сейчас слишком разговорчивый, как стереотипный злодей! Хоть тут скорее от безысходности. Все время, что ты проводил, бегая по странам и пытаясь привести в действия какую-то печать. Это даже забавно. Ты думаешь, что я просто так дам тебе быть без присмотра? За тобой всегда присматривал Зецу. Все те предметы, что ты оставил, были уничтожены. Киске веселился. Но дело было не в предметах, а в том, что было задействовано в качестве основы проклятья. Вместе с предметами была добавлена и капля моей крови как основа. Кровь самый лучший катализатор и проводник, ведь что имеет более сильную связь с силой, нежели чем часть тебя. Так что в почве находится частица меня. Скривив как можно более злобную гримасу. — Ты ублюдок. — Рычал на него. От моего вида, он пришел восторг. Все его подчинённые вновь стали смеяться, создавалось впечатление, что они под кайфом. Но каждое его промедление давало мне время на активацию мое печати. Но это также дало ему время практически закончить барьер. Но нужно было сделать вид, будто бы я нахожусь в самом невыгодном положении. Голем, на котором находился, стал атаковать без разбору. Снаряды из магмы, стали разлетаться во все стороны. Это выглядело, как жалкая попытка выжить. Все только смеялись и смеялись. Для всех них я был раненым зверем, а они охотниками. Но этого хватило времени, чтобы все завершить. — Киске — позвал его спокойным голосом. Это всех насторожило. Ведь было из-за чего, жертва быстро успокоилась и перестала их атаковать. Пока все пребывали в замешательстве, пентаграммы активировались.