Перекресток двух судеб.

Оливия взглянула на часы, уже 8:37, папа уже как 17 минут ждет ее в машине. Она забрала у Томаса бутылочку и стала шепотом напевать колыбельную, попутно записывая на бумажке расписание дня малыша. Ей сейчас необходимо было уехать в офис с отцом, она не стала будить Кевина, решив ему оставить записку о том, что скоро вернется. Инструкцию по уходу за маленьким она писала, чтобы Кевин не растерялся, пока ее нет. Хотя до этого она дала все указания Грейс, на всякий случай. - Мисс, вы слишком волнуетесь. Он отец, он не растеряется, - улыбалась служанка, видя, как девушка опекает заботой Томаса. Она прекрасно все это знала, но это ощущение. Словно он и ее сын. Хотелось одаривать его любовью, лаской и заботой каждый миг, когда она рядом. - Да-да, я все понимаю, но лишним это не будет, - оправдывала себя Оливия. Положив записки на подушку, она поцеловала Кевина и выбежала из комнаты. - Пап, давай дадим Кевину шанс, пускай он откроет свою контору? – девушка весь вчерашний день донимала отца этим разговором и продолжила сейчас, направляясь в фирму. - Ну а кто, по-твоему, будет сидеть с Томасом? – сердито отвечал на это Питер. – Ты нужна мне в офисе. Да и скоро я должен передать тебе все свои дела, поэтому я должен быть уверен, что ты справишься с нагрузкой. - Ну, пап. Я смогу, ты же уже знаешь меня, - тоскливо завывала свою мелодию Оливия. – Да и ты пока можешь посидеть в кресле директора. Ты так мне и не объясняешь, к чему такая торопливость. - Всему свое время, - отвечал ей на это отец. – Я обсужу с Кевином возможность открытия своего бизнеса. Но ты должна мне обещать, что не оставишь фирму в этом случае. - Клянусь, - она положила руку на сердце. - Ну, хорошо, - сдался отец, утомленно вздыхая. Дочь поцеловала его в щеку и обняла. – Какая ты у меня все-таки упрямая. Вся в меня, - он рассмеялся. В офисе они просидели до позднего вечера. Сначала им предстояла встреча с клиентом, затем деловой обед, а после они вернулись в здание фирмы, чтобы отец вновь объяснял ей смысл и ценность самых важных бумаг. Девушке казалось, что этим бумагам вовсе нет конца, и с каждым днем папа достает их откуда-то. - …Все денежные средства на реальных счетах контролируются самим клиентом круглосуточно. Это означает, что клиент в любой момент может вывести средства и при этом никаких комиссий за вывод средств не взимается… - объяснял ей отец. Наконец его прервал телефонный звонок, и она расслабилась, крутясь в кресле. Оливия решила набрать Кевина в то время. - Алло. Привет, как ты там у меня? – спросила она, прикрыв глаза и представляя как сейчас рядом со своими любимыми мальчиками. - У нас все отлично. Пытаемся делать первые шаги. Обещаем без тебя не начинать, - пошутил парень. – Когда ты уже закончишь все свои дела? - Уже скоро, рассматриваем последний договор на сегодня, - устало промолвила девушка. - Я так соскучился, Лив. Может, устроим сегодня романтический вечер? Как ты на это смотришь? - Я не против. Тем более есть повод, у меня хорошие новости для тебя, - заулыбалась она ему в трубку. - Правда? Я заинтригован, - она ощутила, как он улыбается ей в ответ, хотя, скорее всего он понимал, что это за новость. - Ладно, пойду я отрабатывать свое время. Поцелуй Тома от меня, хорошо? – папа уже закончил разговор и взглядом просил прекратить ее свой. - Поцелую. Кстати, забеги в аптеку, купи ему гель для снятия боли, а то у него видимо зубик режется, хныкать начал с обеда, да и в рот тащить, что под руку попадется. - Хорошо. Скоро буду, целую вас, - она положила трубку, и Питер вновь принялся разъяснять особенности договора с клиентом. Спустя час девушка, наконец, смогла вырваться от папы, направляясь торопливо домой. Подходя к аптеке недалеко их поместья, она обратила внимание, что какой-то мужчина стоит у дверей магазина неподалеку, но не придала этому особого значения. Расплатившись с кассиршей, она вышла, изучая показания к применению геля. Убедившись, что это то, что ей нужно, Оливия засунула его в сумку, как внезапно ее схватили за руку, зажав рот, и потащили в переулок. Когда ее пригвоздили к кирпичному зданию спиной, она осознала, кто стоит перед ней и ее глаза расшились от ужаса. Она начала еще яростней отбиваться, царапаясь и кусаясь. - Слушай, прекрати! Если тебе конечно дорога твоя племянница, Вероника. Помнишь такую? – перед девушкой стоял ее бывший парень Сергей, сверкая коварством своих глаз. Услышав имя Ники, Оливия прекратила вырываться, и он опустил свою руку от ее рта. - Что с ней? Клянусь, если ты хоть пальцем ее тронешь, я закопаю тебя прямо здесь! – процедила сквозь зубы девушка. - Пока с ней все в порядке, она мирно спит в своей кроватке. Но все зависит от тебя, дорогая, - ухмыльнулся он. – Кстати, у тебя должок передо мной, - он размахнулся и влепил ей пощечину, отчего она негромко ахнула и прижала ладонь к горевшей от удара щеке. – Не стоило тогда опрокидывать на мою голову вазу. Сейчас мы поедем в отель, в котором я остановился, а завтра вернемся домой. И если ты станешь сопротивляться, попытаешься сбежать, позвонить кому-нибудь, или сделать что-нибудь со мной, я позвоню моему знакомому, и с Вероникой случится не хорошее. Поняла? – он смотрел на девушку, по-прежнему подпирая к стене. - Да, - она вглядывалась в его глаза и понимала, что он не врет. От нахлынувшей на нее злости, Оливия с трудом могла говорить или дышать. Но что теперь делать, если племянница реально в опасности? Придется брать его хитростью. – Ну, так поехали? – девушка отвернулась от Сергея, иначе это грозило тем, что она ударит его. Он поймал такси, и они отправились в злосчастный отель. Ее подташнивало от происходящего, в машине он водил руками по ее коленям, груди, отчего у девушки текли слезы. Ее унижали, издевались над ней, а она не могла воспротивиться. Поднявшись в номер, он толкнул Оливию на кровать, снимая с нее блузку. - Нет! Сегодня я не могу! У меня месячные, - торопливо прокричала девушка спасительные фразы, которые придумала еще в такси. – Прошу, потерпи до того времени, когда мы вернемся в Россию… - она умоляюще взглянула на него. - Пф, я знаю, что никаких месячных у тебя нет, но ладно. Дам тебе эти несчастные сутки, чтобы попрощалась мысленно со своим любовником, - он похотливо провел языком по ее груди и шее. – Но завтра ты будешь моя, - горячо шепнул он ей на ухо и встал, кидая блузку ей обратно. – Телефон мне сюда, - приказал он Оливии, протягивая ладонь. Она вытянула из сумки мобильный и дрожащими руками отдала его Сергею. – Смотри, что я прикупил для нас, - он вытянул из заднего кармана джинс наручники и, потянув девушку за собой, приковал ее руку к изголовью кровати. Сам, сев напротив нее в кресло, откупорил бутылку джина из бара в номере и сделал большой глоток. - Ты добился, чего хотел. Я уеду с тобой. Позвони своему человеку, пусть не подходит к Нике… - голос Оливии дрожал. У нее по-прежнему не было плана. Он оглядел девушку с ног до головы, она казалась ему безобидной. - Ладно, - медленно протянул он, остановив взгляд на ее вздымающейся от волнения груди и облизывая губы. Сделав звонок, он вновь устремил все внимание на нее. – Чем займемся? Может, согласишься на минет? – он перехватил испуганный взгляд девушки. – Ладно, тогда расскажи, как ты познакомилась со своим новым парнем. - В галерее в Венеции, - из двух зол она выбирала меньшее. – А после он меня спас из бандитских разборок… - Оливия готова была расплакаться от безысходности. - Боже, только соплей мне тут не надо, - презрительно фыркнул Сергей. – Давай тогда телик посмотрим, - он лег рядом с ней, продолжая попивать алкоголь из бутылки. Через час его порядком развезло, он принялся оскорблять ее, а после вообще опустился до худшего, чего девушка могла ожидать от него. - Значит, ты влюбилась в своего ублюдка, потому что он тебя спас? – еле выговорив, спросил он. – Как считаешь, может мне тебя тоже спасти? Оливия испуганно и недоуменно посмотрела на него. Что он имеет в виду? Сергей направился, шатаясь, в ванную комнату и включил воду. - Ну-ка, пойдем со мной, - он отцепил ее руку от изголовья кровати, кинув ключи на тумбочку, схватил за волосы и потащил в ванну. Она принялась рыдать. Страх овладел ею. – Я тебя спасу, любимая, не переживай, - он окунул голову девушки под воду и принялся ждать, не давая ей подняться. Такого поворота событий она явно не ожидала. Оливия кричала в воду, пыталась ударить его, опереться на бортик ванны, сделать хоть какое-то усилие, чтобы вдохнуть воздуха, но все было тщетно. Сознание оставило ее, и она расслабилась, погружаясь куда-то в темноту. *** Она мечтала не приходить в себя. Остаться в этой зловещей темноте, лишь бы не видеть больше Сергея, не чувствовать его присутствия, забыть что он существует. Но подсознательно девушка понимала, что это не позволительная роскошь – вот так вот сдаться. Теперь у нее есть за что бороться. И необходимо было исправлять происходящую ситуацию. Очнулась она оттого, что Сергей делал ей искусственное дыхание, вдыхая в нее больше перегар, чем воздух. Прокашлявшись, она дико посмотрела на него и попыталась закричать, но он заткнул ее рот. - Вспомни, я могу перезвонить знакомому, - он был пьян. И этим пугал Оливию еще больше. – Теперь я спас тебя. Так что у тебя есть официальный повод боготворить меня… - он был безумно горд собой. - Иди ты к черту! – прошипела она, вытирая ладонью лицо от капелек воды. Схватив ее за руку, он потащил девушку против воли обратно в комнату, вернув в исходное положение. Ее все еще потряхивало, она пыталась избавиться от привкуса воды в горле и успокоить дыхание. Он больной, психопат. Пора было уходить отсюда. Она пока не знала как, но ждала, когда алкоголь его вырубит. А пока есть время придумать, как от него избавиться. Лишь бы не убить его ненароком, ведь в данный момент девушка желала лишь этого… Спустя час табак и алкоголь приговорили его ко сну, оставив лежать на животе, пуская слюни на подушку и бормоча что-то невнятное. Оливию передернуло от отвращения. Она дотянулась до ключей на тумбочке и, наконец, освободила свое запястье, которое неприятно покраснело от наручников. Потирая руку, девушка аккуратно встала, чтобы не потревожить сон Сергея и приковала его руку к изголовью. Он промычал что-то, пытаясь поднять голову, но это все, на что хватило его сил. Она выдохнула. Стянув с его джинс ремень, она обмотала его ноги и также привязала к кровати. Теперь она почувствовала себя в безопасности и могла спокойно думать. Оливия села в кресло. Просто уйти не было возможности, в этом случае могла пострадать ее племянница. Желание убить этого подонка захлестывало девушку. Но сидеть в тюрьме или в психушке из-за него было бы глупо. Но отвадить его от нее и ее семьи было необходимо. Она засунула в его рот какую-то тряпку и кинула пустой бутылкой из под алкоголя в область паха. Парень не заставил себя ждать, мигом протрезвев, открыл глаза и замычал, пытаясь выкарабкаться. Оливия ухмыльнулась этой картине и снова села в кресло, наблюдая за ним, попивая виски. Вскоре он устал от тщетных попыток и успокоился, испуганно глядя на нее. - Ну, поговорим? – она ехидно улыбалась. Теперь жертвой был он, и ей это не могло не нравиться. А алкоголь поддевал ее уровень адреналина. – Какой же ты неумелый похититель, столько ошибок, - девушка укорительно покачала головой, словно ругала ребенка. – Зря ты тогда меня «спас». В твоих интересах было лучше убить меня, потому что я под дулом пистолета не осталась бы с тобой. Зря ты так напился и оставил ключи на тумбочке. Никогда не недооценивай женщин, как бы беззащитно они не выглядели. Но самая твоя большая ошибка в том, что ты посмел угрожать Веронике. Этим ты попросту подписал свой смертный приговор, - она злобно смотрела на него, он кинулся в панику, возобновив попытки освободиться. – Знаешь, что чувствую люди, которые горят заживо? Я вот не знаю, - Оливия отвернулась от него, глядя в стену и размышляя вслух. – Наверно им безумно больно, когда кожа сперва нагревается от горящей одежды, а после, когда огонь переходит на частицы тела, это и вовсе заставляет их биться в лихорадочной пытке. В целом это ужасная смерть. Я думаю тебе подходит именно она… - она повернулась на него, складывалось ощущение, что он сейчас разревется от страха. Она сделала еще глоток виски и подошла к нему, обливая его с ног до головы алкоголем. Затем девушка прикурила сигарету и уселась обратно. – А теперь слушай и вникай. Если тебе дорога твоя несчастная жизнь хоть немного, ты выучишь как урок – забудь, что есть я и моя семья, никогда больше не появляйся на мои глаза, просто, сотри свое существование из моей жизни. Тогда я отпущу тебя живым, чтобы ты катился на все четыре стороны. Но если произойдет так, что ты хоть каким-то образом всплывешь на моем пути, я тебе клянусь, ты не жилец. Денег и связей у меня предостаточно, тебя даже искать не будут, когда ты внезапно пропадешь. Так что, мы друг друга поняли? – ее глаза блестели жестокостью и яростью, она не шутила. С каждым ее словом его глаза заполнялись страхом и расширялись, он положительно кивал, подтверждая, что все понял. - Вот и молодец, - ухмыльнулась Оливия. Включив телевизор на музыкальном канале и сделав звук погромче, она положила дотлевать сигарету на тумбочке около кровати. – Следи внимательно за ней, а то вдруг искорка случайно попадет на тебя… - с этими словами девушка забрала сумку, телефон и вышла из номера. *** Она медленно шла по улице, дрожа от вечерней прохлады и не до конца высохших волос. Зубы стучали, а ноги вовсе отказывались идти. Тушь растеклась и щипала ее глаза. Люди, проходящие мимо, косо смотрели на нее, но никто не подходил и не спрашивал, нужна ли ей помощь. Вот оно, человеческое сострадание. Девушка доковыляла до остановки, села и достала сотовый, набирая номер Кевина. - Оливия, ты меня сведешь с ума! Я уже который час пытаюсь до тебя дозвониться! Где ты? - Я…- она осмотрелась, - я на пересечении улиц Чамберс и Гринвич. - Что ты там делаешь? С тобой все в порядке? - Нет. Я только что… чуть не убила человека… Кев, забери меня, - она глотала подкатывавшиеся слезы. Положив трубку, Оливия облокотилась на скамейке и уставилась на окно в здании, стоящем напротив. Женщина готовила что-то у плиты, по-видимому, встречая мужа с работы, около нее вертелись двое детей. Вот он, образец идеальной спокойной семейной жизни. Ну почему у нее то не может быть так? Чем она заслужила все это? Сколько на ее судьбу выпало еще испытаний, которые будут подрывать ее? Она закрыла глаза, черные от туши слезы капали на белую блузку, впитываясь и оставляя темные пятнышки на ней. - Господи, Оливия! – Кевин подбежал к ней, попутно снимая куртку и надевая ее на ее озябшие плечики. – Что произошло? - Я просто хочу домой, - промолвила она, утыкаясь носом в его плечо. Он отвел девушку до авто, сел рядом и смотрел на нее. Она прокручивала ситуацию снова и снова, иногда всхлипывая. Кевин молча обнимал ее и гладил по голове. - Теперь все будет хорошо, - наконец сказала Оливия, успокоившись. - Не расскажешь? – парень смотрел в ее глаза. - Ни к чему. Поехали к Томасу. Да и ты мне обещал романтический вечер, - улыбаясь и вытирая слезы, выпалила она. Никому из существующих людей на планете она не позволит портить свою мечту, свое счастье. Кевин недовольно вздохнул, но спорить не стал. Он завел машину, и они поехали домой. *** - Мисс?! Что с вами случилось? – Грейс стояла на пороге в шокированном от вида хозяйки состоянии. - Она не расскажет, - ведя ее за талию, сказал парень. – Приготовь ей, пожалуйста, горячую ванну, а то она вся дрожит. Служанка убежала, и они тоже медленно стали подниматься наверх. Войдя в комнату, первым делом девушка обратила внимание на то, что нет колыбельки с Томасом. - Где малыш? – она резко встала в проходе, оглядываясь и осознавая, что это не их комната. - Он в нашей спальне напротив, - успокоил ее он. – Ты же сама сказала, что я обещал тебе вечер. Сейчас Том спит, ночь проведет с ним Грейс. Тебе нужно расслабиться, пойдем в ванну, - он снял с ее плеч куртку и подтолкнул в сторону ванной комнаты. Свет в комнате был приглушен, пахло ароматическими свечами, был сооружен небольшой столик с вином, цветами и ужином, негромко играла красивая музыка. В ванной Кевин помог снять с Оливии одежду, разделся сам, и они залезли в горячую пенную воду. Она сидела к нему спиной, он поливал ее плечи из ладошек и рассказывал, как прошел его день с малышом. Ей было спокойно и тепло, но ванна ее немного раздражала, поэтому они вылезли и направились к кровати. Она села на подушки, Кевин укутал девушку пледом и лег рядом. - Вина? – спросил ее он, откупоривая бутылку. - Немного, - снисходительно ответила та, отрывая виноградинку из тарелки с фруктами. – Я с папой сегодня поговорила, теперь у тебя есть возможность открыть свою контору, - она потянулась за второй ягодкой. - Отличный тост, - он поднял бокал, и они отпили вина. – Лив, ты должна мне все-таки рассказать что произошло, - немного помолчав, попросил ее он. – Ты мне призналась в том, что чуть кого-то не убила. Мне важно знать. Мы с тобой договаривались доверять друг другу. - Ну зачем портить ужин? – Оливия грустно взглянула на него. – Это уже позади и никак нас не коснется… - он смотрел на нее непреклонно. Она вздохнула. Этот взгляд она помнила, придется рассказать. – Ну ладно. Все началось еще перед поездкой в Венецию… - девушка повествовала и крутила бокал в руке, наблюдая, как напиток перемещается сначала на одну сторону, а потом медленно на другую. Закончив рассказ, она допила вино и взглянула на него. Она думала, что он будет корить ее за то, что с людьми так нельзя, но он был зол, и явно не на нее. Он провел рукой по волосам девушки и прижал ее к себе. - Я бы убил уже за половину того, что он тебе сделал, - выдохнул он. – Прости, что заставил тебя рассказать. Знал бы, что он такое говно, не просил бы, - он наклонился и поцеловал Оливию. – Ты у меня не голодная? – расслабившись, спросил он. – А то я ждал тебя к ужину, не кушал, - заулыбался Кевин. - Тащи еду, глупый ты мой, - она рассмеялась. Такой милый.