Давай сочинять вместе?

Подойдя к парню, девушки одновременно подняли руки в воздух, мечась между двух последних палочек. Волнение пробирало до кончиков пальцев. Безумно не хотелось делить сладость с Бомгю в таком постыдном виде, тем более при людях. Как это вообще будет выглядеть со стороны? Из-за какой-то игры, из-за какого-то Чхве Ёнджуна нужно заниматься чем-то подобным, а он всё хитро лыбится, наблюдая лисьими глазками за движениями обеих особ. Сделав выбор, Суа и Мин схватили за кончики соломки и вместе вытянули их. Какое было на душе облегчение у Ван, когда она увидела длинную палочку у себя, будто с неё сняли якорь, что держал её и не позволял нормально двигаться, в то время как Квонг стояла и пялилась на свой «билетик» в какую-то лукавую бесплатную игру, которая похожа на популярную, незамысловатую «Бутылочку». Субин и Тэхён начали делать завывающие звуки и хлопать в ладоши, начиная заливаться смехом. Гю смотрел на девушек со смущённой улыбкой, но было непонятно. Он рад? Смущается из-за неловкости, может? Как же сложно разгадать его мотивы, когда он так делает. – Гю, иди сюда. Сейчас палочку достану, – Ён полез в коробочку, где вынул ещё одну, после чего посмотрел на ребят, ехидно усмехаясь. Этот его хитрый огонёк в глазах. Он явно знает, что делает. – Только смотрите, не увлекайтесь, – пошло хмыкнув, он увидел уже залившееся румянцем лицо бедной Квонг, что пристально и недовольно пронзала взглядом старшего. У него всегда такие двусмысленные фразочки есть в кармане? – Хватит говорить всякую бессмыслицу, крысюк! – Тэ и Бин, когда услышали последние слова хёна и негодования Суа, начали бить себя по коленкам, заливаясь истерическим смехом. Они превратились словно в тюленей и еле удерживали себя на ногах, пока громко хохотали и задыхались от нехватки воздуха. – Крысюк? – Чхве старший лишь усмехнулся, смотря в глаза полные гнева. – Слушай, – на выдохе произнесла девушка и подошла к Ёнджуну ближе, оставляя меньше метра между ними, из-за чего пришлось закидывать голову слегка назад, чтобы смотреть именно на эту хитрую морду, что обнаглела в край. Парень лишь смотрел на коротышку сверху вниз. – Пусть лучше Джи и Гю её едят. Ты же сам видел, как они миленько обнимались. – девушка сменилась на спокойный тон, надеясь, что её предложение даст шанс избежать эту дурацкую затею. – Гю и Джи? – удивлённо приподнял брови Ён и перевёл взгляд на двоих предложенных персон. Гю спокойно наблюдал за всем происходящим, дожидаясь, кто ему выпадет, а Ван отрицательно начала махать головой. Всё на лбу было написано, а взгляд ярко выражал мольбу о том, чтобы эту хитрую задумку Ён отбросил куда подальше. А ведь и вправду, она всеми фибрами души желала, чтобы Чхве отказался от предложенной затеи, но, увидев его ухмылку, что медленно начала расплываться в ширь на его лице, она с досадой поняла, к чему ведёт этот взгляд и эта лыба. – За этим будет интересно наблюдать. Я согласен, – после Ёнджун кивнул в сторону девушки Бомгю. Тот подошёл со спокойным выражением лица. Как странно. Его смущённая улыбка так быстро испарилась. Ему теперь словно абсолютно плевать на то, что предстоит сделать с этой несчастной палочкой. Мин уже вовсе расхотела есть что-либо, а другие, видимо, наоборот были рады, что вынудили купить сладость у хитрого дедушки, который знает, как нужно правильно развлекаться, он ведь ещё тот шалунишка. – Воу, Бомгю даже не сопротивляется. Хах, хотя я, наверное, понимаю, почему. – решил добавить Бин. Суа довольная отошла к ребятам, чтобы лицезреть это зрелище вместе с ними, и если что бить кого-то по плечу и тихо пищать от умиления, ведь девушка безумно любит такое. Ей сразу вспоминаются дорамы, где главные герои знакомятся, с ними происходят неловкие ситуации и различные милые моментики, что затрагивают чувства так глубоко, и душа начинает разрываться на части от взаимодействий главных героев. Голова начинает идти кругом от того, насколько же хочется просто взять и начать кричать в подушку во весь голос, колотить её со всей дури, после чего выговориться кому-то и в сотый раз повторить, что это АХУЕННО... Кхм, но такова правда. Вот и сейчас Квонг идентична своим эмоциям, как во время клишированных любовных романов. Девушка выжидала всё до мелочей. Было безумно любопытно, как именно они съедят вкусняшку и какой уровень милоты покажет выдуманная шкала в её головушке. Эх, вот они, шипперские прикольчики, девушка готова просто начать выдумывать ещё десятки различных ситуаций с участием Гю и Мин, тратя своё драгоценное время. Но у каждого свои тараканы в голове, ведь так? Вот и у Суа своё на уме. Думаю, многим это до боли знакомо. – Это лучше, чем делить палочку с парнем, – Бомгю усмехнулся, смотря на девушку перед собой. Теперь он выглядит не милым, как мишка, которого так и хочется затискать. Сейчас он был похож на кота, который надумал у себя что-то в голове и выжидает момент, лукаво заглядывая в глаза Джи, у которой сейчас щёки залиты пунцовым румянцем, а глаза рассеяно смотрели то на юношу, то куда-то в сторону. Парень на это краешком губ приулыбнулся, беря из руки хёна виновницу сего происшествия. Хотя будет вернее выразиться сообщницу, ведь главный виновник торжества, наглый лис, что, стоя на своём месте, присоединился к ребятам смотреть на парочку голубков. Наблюдать куда веселее, а когда это ещё оказалась твоя затея, появляется чувство, словно ты стал гением гениев, хах. Так самый старшенький сложил руки на груди, держа в руках коробочки с надписью «pocky». Повисла тишина. Даже свежий воздух тяжело проходил в лёгкие, будто ты не на улице находишься, а тебя накрыли целлофановым пакетиком, перекрыв возможность на глубокий вдох, что так нужен был на данный момент для Ван срочно и незамедлительно. Странно испытывать такие ощущения. Раньше ведь никогда такого не проявлялось, как и нормального общения, оно было спущено к нулю, как и былая уверенность девушки. Она ведь только начала вливаться в компанию, говорить спокойно и куда смелее, но тут снова происходит какая-то нелепица, что заставляет девушку нервничать. Бо прикусил зубами конец палочки и продолжал смотреть с той самой, его любимой, лукавой ухмылкой. Девушка смирно стояла, как солдатик в строю, молча наблюдая за каждым движением парня и накрываясь всё большей паникой при малейших движениях хитрюли. Вроде он недавно смущался, следуя примерам девушек, но теперь стеснение куда-то быстро исчезло с его лица, словно водой смыло. Следом Гю приблизился к лицу Ван, слегка наклоняя голову к ней, и уткнулся обратным концом палочки в губы девушки, медленно толкая сладость в зубы, что были сомкнуты, создавая крепкий и непроницаемый забор. Мин волной повторно покрылась румянцем, смотря теперь не в глаза Бомгю, а на его пухленькие губы. Как он так уверенно всё делает? Неужели ему абсолютно плевать на то, что здесь его друзья? Может, он просто забавляется, и это всё сговор? В последнее верилось с трудом, ведь Бомгю всегда находился рядом и поддерживал Ван, без него девушка бы так и осталась замкнутой в себе, ни в чём неуверенной и одинокой. Кисти рук невольно сжимались в кулачки, впиваясь ногтями в мягкую кожу до побледнения костяшек, но боль не чувствовалась, так как мозг думал совершенно о другом. Хотя разве он думал? В голове лишь отрывками мелькали мысли, кучей набрасывались на и так уже закипевший мозг. Рассеяно ища правильные слова, ничего не выходило, так как, видимо, функция «думать» ушла далеко и надолго от девушки, так же как и слово «рассудительно». Думать, конечно, правильно и верно не каждому дано, но терять эту способность становилось досадно с каждой секундой, словно Гю её похищал одними своими действиями, тёплым дыханием, что отчётливо доходило до Мин и продолжало жечь бедняжку не только изнутри, но и снаружи. Неуверенно прикусив конец палочки, Ван всё же ответила взаимно на его невесомые толчки. Правда, двигаться навстречу не решалась. Суа уже во всю начинала тихонько пищать в плечо Субина и глупо лыбиться, щурясь и сводя брови к переносице, причём так же нелепо прячась за спину высокого паренька. Все остальные просто улыбались и ждали, когда же их жертвы станут сближаться. Хотя, кажется, теперь жертвой здесь стала Мин, так как Бомгю, видимо, вовсе не против, судя по его выражению лица. Такому спокойному, но одновременно расслабленному. Вот Гю начал действовать и потихоньку кусать нежно-сладкую палочку, сокращая расстояние между лицами. Парень откусывал не расторопно, маленькими шажками двигался и медленно достигал середины, в то время как девушка просто стояла и ничего не могла сделать. Она просто не понимала, что делать, потому что кусать и взаимно приближаться к Чхве совсем не хотелось. А Бомгю словно специально так мучительно тянул время, сверля Минджи своими полуоткрытыми глазками, не сводя взгляда ни на секунду в сторону. Наклонив голову в бок, Бо издал громкий хруст, сделав укус побольше. От неожиданности девушка сжала челюсть, хрустнув в ответ. Гю хмыкнул, натягивая свои уголки губ, превращая их в ехидную ухмылку. Горячее дыхание обжигало теперь куда сильнее и врезалось в прожженную румянцем кожу. Обстановка накалялась стремительно, куда быстрее и куда сильнее, чем несколькими минутами ранее. При выборе второй жертвы было намного легче. Даже та тяжесть в груди от волнения казалась милипиздрически крохотной, почти что незаметной в отличие от той, что сейчас испытывала девушка внутри. Лёгкие впечатляюще накалялись с каждой секундой, пропитывая грудную клетку излишней тяжестью. Наконец Гю оставил между ними всего пару миллиметров. На этом моменте Ван затаила дыхание, боясь лишний раз вдохнуть воздух, что досадливо был необходим сейчас. Их губы чувствовали, насколько расстояние между парнем и девушкой было ничтожным. И Чхве, видимо, специально растянул последний укус, медленно прокусывая палочку. Напоследок он лишь беззвучно выдохнул, посылая через выдох своё довольство от произошедшего, и это могла почувствовать только Мин, после чего он отстранился и встал в привычную всем позу. Ван лишь запихнула себе в рот остаток палочки и отвела взгляд в сторону, чтобы успокоить свои через край лезущие эмоции. – Иии... Снято, – вдруг прервал голос эту утопию в саму же себя. Невидимые плечевые ремни стали только сильнее утягивать тело Ван. Девушка обратила внимание на звонкий голос. Хаха, кто бы мог ещё такое сделать? Ён стоял сейчас и пересматривал в телефоне видео, заснятое только что нагло в крысу. Видимо, Суа была права, он ещё тот крысюк. Оказывается, игра длилась всего около минуты. Неужели это и вправду так быстро произошло? Когда они выполняли пошленькую задачку лиса, казалось, что время шло в замедленном действии. – О, хён, покажи хоть, как вышло. – резко Гю повернулся к Ёну и подошёл к нему как ни в чем не бывало, следом хвостиком пришли и остальные, залезая глазами в телефон и толпой окружая старшего. Одна Джи смотрела на них со стороны, наблюдая их довольные лица. Особенно выделялось лицо Суа, она прикрывала рот и еле сдерживала радостные писки. Мин никогда её не понять. – Отправь мне, – после слов Бомгю все начали в один голос говорить «и мне скинь». Ван не знала и не понимала, что говорить. Функция «думать» так и не вернулась, а она сейчас ой как нужна была.

***

Так ребята гуляли, вкидывая всякие шуточки, с которых больше всего хохотала троица Чхве. Ван шла уже более-менее спокойная, иногда посмеиваясь с забавных фраз старшеньких. Так же любил поюморить и Тэхён, добавляя что-то своё. Бомгю шёл где-то впереди. Как Ван и думала, он душа компании, главный заводила какого-то кипеша на пару с Ёнджуном. Им обоим не сидится на месте, всегда придумают что-то сногшибательное, от чего потом сидишь и думаешь «у них с головой всё в порядке?». По большей части это относилось к Бомгю. Ён если и знал хоть какие-то границы, то младший совершенно игнорировал их и вспоминал о них только тогда, когда точка кипения доходила до предела. Ван плелась позади парней, идя рядом с Каном, а где-то рядом до девушки доносилась болтовня Суа. – Всё нормально? – тихонько спросил Тэ, смотря на Минджи. – А? – неожиданно было услышать такой вопрос от Кана. Мин резко повернула голову в сторону пучеглазого. – Да. А что-то должно быть ненормально? – приподняв брови, озадаченно девушка посмотрела на парня. Спереди снова раздались громкие «хи-хи» «ха-ха». – Просто спросил. – улыбнувшись, Тэхён отвернул голову и устремил взгляд на ребят, от чего начал улыбаться. Пару секунд ещё поглядев на Кана, Джи повторила за ним, смотря теперь на ребят. Но если быть точнее, она наблюдала лишь за одним человеком, за тем, кто сейчас начал раскрывать её жизнь и вести... По правильному пути? Девушка слишком быстро начала привязываться крепкими узлами к парню. Словно руки Ван заковали стальными оковами, которые болезненно тянули её за Бомгю против её же воли. К слову, ребята за обе щеки уплетали палочки, видимо, они и вправду вкусные. Как жаль, что Мин совершенно забывала про вкус во время той злосчастной игры. Компания проводила Суа. Перед уходом она всех обняла и попрощалась, скрываясь за дверцей дома. Так спустя некоторое время уже все начали расходиться, оставив Мин и Гю вдвоём. Но они остались одни только потому, что Чхве решил проводить Ван. И тут уже вопрос. То ли Бомгю бегает за девушкой, то ли она увязывается постоянно за ним? Идя уже по знакомой для обоих дороге, чувствовалась неловкость. Правда, по лицу Бо этого видно не было, он просто шёл, как обычно. Но может, ему неловко-то и не было? А Ван не находила себе места в душе, если снаружи она молча шла рядом. – Будешь? – тут Чхве достал из кармана пачку оставшихся «pocky» палочек и протянул их девушке. – Ты серьёзно думаешь, что я просто так начну есть эти дурацкие палочки? – с ноткой раздражённости произнесла она, украдкой смотря на Гю. Тот прыснул от сказанных слов. – Брось. Это всего лишь было действие, а ты, я видел, ни одной так и не съела. Можешь спокойно набрасываться, они правда вкусные. – улыбчиво смотря на неё, парень преподнёс коробочку к лицу Минджи. Та лишь выдохнула и взяла одну, откусывая небольшой кусочек лакомства. Тут Бомгю не соврал, они были нежными и приятными на вкус, поэтому девушка продолжила их есть, забирая коробочку из рук Чхве. – Спасибо. – парень улыбнулся на благодарность девушки и продолжил молча идти. Во время их похода домой со стороны девушки лишь слышались хрусты и шелест от упаковки. Когда парочка подходила к зданию, Гю краем глаза взглянул на Мин, та брала новую палочку. Тут в голове парня заиграли довольно странные мысли. Правда, что только не возникнет у него в голове? Его голова – это сундук с необъятным количеством тайн, безрассудных задумок и идей, которые закрыты на кучу замков, а ключ попробуй найти. Когда Ван уже доедала палочку, там оставалось меньше половины. Она шла спокойно, уже собиралась откусить ещё кусочек, как вдруг перед лицом возникла голова Бомгю. Девушка не успела среагировать, она просто застыла, пока Чхве крал остатки палочки, еле касаясь расслабленных губ Минджи. После этого парень так же быстро отстранился, как и появился. В то время когда она почувствовала невесомое касание его губ на своих и жгучее дыхание, что так же на миг опалило кожу, внутри словно всё внезапно рухнуло, в хорошем смысле. Снова он делает необдуманные поступки. Только зачем? Чтобы повеселиться? Понаблюдать за краснеющей девушкой? Хоть на эти вопросы Ван и не знает ответы, но теперь точно понимает, что если так и дальше будет продолжаться, она не сможет просто так отлипнуть от Бомгю. Оковы лишь начали тянуть сильнее, не давая даже попытку на сопротивление. Тот в свою очередь шёл со спокойным выражением лица и жевал украденную крайне наглым образом сладость. Джи краем глаза смущённо смотрела на него. – Теперь я точно не смогу есть эти палочки спокойно, – донеслось со стороны Мин. Та начала смотреть куда-то вперёд, дабы не столкнутся взглядами с Бомгю. – Хах, а мне понравилось. – после этих слов, парень звонко засмеялся, пока девушка старалась игнорировать это всё.

***

Открыв дверцы шкафа, глаза сами остановились на зонтике, что лежал аккуратно на свободной полочке. Девушка не была модницей или любителем шоппинга, поэтому Джи нашла местечко для вещицы в своём шкафу. Смотря на зонт, перед глазами начали мелькать воспоминания с Бомгю, лицо вспомнило призрачное палящее дыхание и невесомое касание губ. Можно ли было едва ли прикосновение называть поцелуем? Особенно в память въелся тот довольный выдох, когда парень заканчивал томительную игру. Щёки невольно порозовели, а уголки губ дрогнули, превращаясь в нелепое подобие улыбки, которое девушка пыталась убрать с лица долой. Голова слишком задурманена тем парнем. Матери дома, к слову, не было. Она хоть ещё та алкашка, что дальше алкоголя ни черта не видит, но в салоны красоты ходит, чтобы хотя бы не выглядеть спившейся в конец дрянью. Ухаживать за собой не забывает, хах, а про дочь родную даже и рта открыть на людях не смеет. Только срывается и выбрасывает всё дерьмо на свою «любимую» дочурку. Несмотря на такие выходки, Мин, кажется, вовсе позабыла о них. Всё её внимание перешло на мысли о Гю. Даже думается, не начало ли это какой-то дурацкой одержимости? Он ведь с миловидной внешностью, свободен и уверен в своих действиях, успевает в учёбе, его любят другие люди. Казалось бы, не идеал ли во плоти? Залезая в только что набранную горячую ванну, тело сразу размякло и расслабилось от напряжения. Да, именно это сейчас и нужно было, чтобы взять все чувства и эмоции, после незамедлительно выкинуть их куда подальше. Обнимая саму себя за плечи, Ван медленно закрыла глаза и положила голову на керамический бортик, выпуская из груди воздух и отпуская всё сейчас на некоторое время.

***

В Академии всё как обычно. Минджи и Бомгю ходили везде вместе. Хотя если уж присмотреться, то это Ван следовала хвостиком туда, куда этот мишка с бесконечным зарядом энергии ногу дёрнет. При их встрече в поведении Мин прослеживалась эта неловкость, но Гю её быстро развеял своими рассказами и шутками, которых был, видимо, нескончаемый запас. Будничные дни ничем не отличались от прошлых, всё те же разговоры. Минджи теперь начала больше смотреть на людей, окружающих её, и заметила, что к Суа и вправду подходит много людей, с которыми она очень мило и дружелюбно ведёт беседы. После всех нудных и однотипных пар Гю вместе с Ван вышли из здания, собирались пойти по домам, как вдруг перед ними возникла Суа. Те оба кинули озадаченный взгляд на коротышку. – Гю, я украду у тебя Джи на день, понял? – нагло произнеся эту фразу, девушка схватила за запястье Ван и притянула к себе. – Подожди, куда? И зачем? – тут же начал спрашивать Чхве, не понимая, зачем вдруг Квонг понадобилась его подружка. – Куда надо, Бомгю. Тебе незачем знать, по какой причине я на сегодня забираю у тебя Минджи, – уже собираясь идти, Суа тут же выдала. – И даже не иди за нами, а то сразу по башке получишь. – специально стервозно ухмыльнувшись, девушка пошла в другую сторону от Бомгю, таща за собой Ван. Та в свою очередь ничего не понимала и толком не знала, что сказать в ответ девчонке, которая буквально похитила Минджи. – Куда мы идём? – спросила Мин, когда девушки отошли на достаточно большое расстояние. – В кафе. Не спрашивай ничего, просто пошли. Я тебе всё расскажу на месте, – отпустив руку девушки, весь их поход сопровождался молчанием.

***

В день прогулки Минджи сказала матери, что она пошла в библиотеку. Ей часто приходилось прибегать ко лжи, чтобы та отстала и отпустила туда, куда девушке действительно нужно. Ложь во благо? Безусловно, иначе жить постоянно в одних стенах рядом с этой поехавшей невыносимо. Выслушивать её бред о неблагодарности, о том, какую мерзкую дочь она родила, о том, что она ничего не добьётся в жизни, о том, какая «мамочка» бедная. Таких вбросов Минджи наслушалась на целый век вперёд. Голова начинала пухнуть, чуя лишь один терпкий запах похмелья. Казалось, Джи уже просто возненавидела эту дрянь и проклинала вовсе существование спиртных напитков. Она никогда не пробовала алкоголь и не собирается. Видя наглядный пример родной матери, здесь и речи быть не может о какой-либо выпивке. Но не попробуешь, не узнаешь? Ведь так? Поэтому, скорее всего, такое мнение сложилось ещё из-за неопытности и по первым впечатлениям, что ей показала Каыль (надеюсь, вы не забыли имя матери) на пару с дядьками, блуждающих не в трезвом состоянии по городу. «Отвратительные люди», – считала Ван. Сейчас же девушка думала, звонить или нет матери, чтобы та по приходу не набросилась на неё с прихожей, как собака сорвавшаяся с цепи. Может, в душе девушка и сожалела как-то, что ничего не предпринимает по отношению к родному человеку. Но что она может сделать? Отобрать алкоголь, чтобы та потом закатывала истерики и начинала орать на дочь из-за своей чёртовой зависимости? Единственный выход – сдать её в психушку. Но как отреагирует приёмный отец? Он до беспамятства одержим своей женой, о которой, оказывается, практически ничего не знает. Не знает, насколько она прогнила, из-за того, что не смогла отпустить прошлую любовь за столь долгие годы (вернее продолжает жить в прошлом, возвращаясь туда с помощью алкоголя). Не знает, как она срывается и ужасно орёт на кровную дочь, как может ударить её, оставляя багровые пятна, которые болезненно проходят спустя минимум неделю. Не знает, на какой тонкой струнке держится его представление, что в доме его ожидает «счастливая» семья. Вся жизнь Соджонга (имя приёмного отца, напоминаю) построена на обмане. Минджи не хочет, чтобы он знал об этом, так как этот человек, будучи незнакомым в раннем детстве, полностью заменял отца. Он заботился о Джи, как о родной дочери, когда представлялась возможность. Может, Соджонг и пахал всю жизнь, но он чётко знал для чего и для кого. Почти для кого. В связи с этим девушка просто решила оставить всё, как есть, и смириться с такой матерью. Так как буквально всё, что есть у Минджи, заслуга отца. Она считает его уже родным отцом. Она бы и в Академию не поступила и не встретила бы всех своих друзей без него... Но звонить Ван не стала и предупреждать о чём-то. «Пусть уже срывает голос сколько хочет», – именно так устало подумала Минджи. Девушки уже сидели в кафе. Приятный запах кофе и различных десертов обволакивали всё помещение, заставляя живот урчать, проявляя своё желание покушать что-то вкусненькое. Всё что они заказали – два милкшейка. Пока они обе ждали заказ, Минджи посмотрела на Суа, взглядом спрашивая – «Так что?». Та лишь сложила руки на стол, поставив одну на локоть и опираясь головой на неё. – Я думаю, нам стоит узнать друг друга получше. Поболтать там. В общем сдружиться, – с мягкой улыбкой произнесла блондинка. Она только для этого похитила Минджи? – Хорошо... А о чём болтать? – спросила Ван, не находя в голове подходящего вопроса. – Ну, смотри. Давай просто расскажем о себе? Для начала. На прогулке мы не особо много болтали, так что давай устраним эту проблемку, – с такой же улыбкой продолжала девушка, видимо, она и вправду хочет сдружиться. – Тогда ты первая, – ответила Ван, улыбаясь в ответ. Квонг рассказала, что живёт вместе со старшим братом. Попала в Академию по совету Субина, так как та тоже увлекалась музыкой. Они оказались давними друзьями, и именно парень привёл девушку в компанию уже знакомых ребят, что объясняло такую раскрепощенность в общении. Раньше она жила в другом городе, всегда была жизнерадостным и весёлым человеком. Суа рассказала, как познакомилась впервые в Субином. Это произошло совершенно случайно. Они сидели в одном сообществе, которое являлось фэндомом не сильно популярной группы, и так в одном из чатов у них завязалась дискуссия. После Субин написал в личку Суа, где они и начали своё общение. Как им повезло, что они жили в одном городе и могли встретиться в живую. Квонг даже поделилась забавной историей, связанной с Чхве. Она рассказала, что когда они гуляли, Бин решил подшутить над школьниками. Над маленькой компанией из четырёх мальчиков, которые на вид ещё учились в начальной школе. Шутку Суа уже забыла, но зато она отчётливо помнит, как за парнем потом гонялась кучка мелких карликов. Когда она это вспомнила, сама невольно начинала хихикать. – Он ещё тот оболтус, хоть и кажется на первый взгляд интровертом, который шуток не понимает, – после Квонг прыснула, усмехаясь со своих же слов. Девушка взяла один из молочных коктейлей, что официант принёс во время рассказа. – Давай теперь ты рассказывай о себе. Мне уже не терпится узнать, как вы с Бомгю познакомились, – начиная пить содержимое, Квонг уставилась на Джи заинтересованным взглядом. А глаза так чётко отражали саму Ван и всё вокруг, что не засмотреться на них было слишком тяжело. Поэтому свой рассказ Минджи начала, смотря прямо в глазёнки блондинки. Ван рассказала, как они познакомились с Бомгю, и насколько это было абсурдно. Как он помог в общении и познакомил её с ребятами. Как он хорош в музыке, как может весело проводить время. Всё это девушка говорила открыто. Она сама не понимала, почему. Может, просто Суа так расположила к себе, что рассказать какую-то историю вовсе не вызывает неловкость? Или может, потому что Минджи давно никому не выговаривалась о том, что происходит у неё в жизни? Но то, как она без стеснения выдаёт всё своей новой подруге, говорит о том, что она чувствует себя комфортно в её компании. – Довольно необычно. Но я до поступления тоже не была знакома с остальными ребятами, кроме Субина, – попивая свой напиток из трубочки, улыбка с лица Квонг потихоньку начала спадать, а взгляд опустился, рассматривая теперь стол. – Знаешь... Я тебе даже в какой-то степени завидую..., – усмехнувшись, девушка сделала слабое подобие улыбки, на что Ван лишь кинула непонимающий взгляд. – Ты не подумай ничего странного, просто знаешь... Иногда так хорошо оставаться в тени, – тон блондинки сменился на более унылый и грустный, глаза снова поднялись на Мин, спрашивая взглядом разрешение. Ван лишь кивнула, после чего резко поменявшаяся в эмоциях Суа продолжила. – Хоть всем кажется, что у меня куча друзей – это не так. У меня нет той самой подружки, которой я бы могла рассказать что-то. Девушка продолжала свой рассказ в таком же чутка унылом тоне. Она сказала, что на деле быть общительной, иметь много знакомых не так хорошо, как может показаться. В такие моменты люди часто начинают пользоваться добротой, поступая эгоистично в своих целях. Суа поделилась, что в школе так происходило всегда. Банально та же самая домашка, которую просил списать практически весь класс. Отказать было стыдно, так как отношение людей сразу поменялось бы. Минджи могла её понять. Единственное, что отличало их – ситуации. Если одной пользовались, то над другой издевались. Но историю из школы о Ван Квонг не знала, поэтому можно сказать, её зависть была слепой, потому что она не знала всей правды. Что происходит дома, что было в школе, что происходит сейчас в голове Джи. Узнать о том, как живётся довольно популярной в группе девочке, у которой казалось бы всё идеально, было хорошим опытом. Можно истолковать важные вещи для себя, что лучше быть не супер общительной, но и не супер замкнутой. Золотая середина – настоящее сокровище. – Что ж... Я рада, что смогла выговориться, – её улыбка стала оживлённой. Видимо, девушке и вправду полегчало, потому что она снова с той же добротой и теплом смотрела на Минджи. Ещё немного поболтав, девушки решили разойтись. Конечно, Суа спрашивала о семье, что было в школе у Джи. Но Ван солгала. Сказала, что всё в порядке: что в школе она хорошо общалась с одноклассниками, что в семье проблем нет и вообще у них прекрасные отношения. Но когда Ван так говорила, то изнутри она будто вырезала ножом сама себе слишком болезненную рану. Да, в какой-то степени это из-за лжи, но куда сильнее ударило то, что Мин представила идеальную семью, безупречную жизнь в школе, просто чтобы её не начали жалеть или не подумали всякого. Когда люди начинают сочувствовать, это вызывает неловкость, сразу становится некомфортно, поэтому Минджи видела выход в том, чтобы лгать. Лгать и создавать вокруг себя замечательный мирок без изъянов. Сама она понимала, как быстро переходит черту. Как завралась.

***

Идя по припорошённой дороге и наблюдая закат, девушка слушала музыку. Даже за такой короткий срок стало не привычно возвращаться одной домой. Всё-таки тот мишка даёт много энергии, так как сейчас Минджи лишь устало передвигала ногами, каждый шаг давался тяжело, голову вело то ли от музыки, то ли от такого насыщенного дня. Хотя все дни стали насыщенными за такой короткий промежуток времени. Лицо не выражало как таковых эмоций, оно просто выглядело скучающим. В голову нагло начали лезть мысли о матери. Что та скажет? Как отреагирует на то, что её дочь ни слова не сказала о том, что куда-то ушла? На пару звонков, что заставляли вибрировать телефон в кармане, девушка не отвечала. Она даже не понимает, рада ли сегодняшнему походу в кафе, рада ли разговору с Суа. Поэтому внутри как-то всё само опустошилось. О чём теперь думать? Зайдя в дом, как Минджи и думала, снова запах алкоголя. Она сняла наушники перед тем, как войти, поэтому прекрасно слышала, как в телевизоре дикторским баритоном что-то тихо вещал телеведущий. Ван закрыла дверь, как услышала уже знакомый, хриплый голос матери. – И где ты была? – на удивление спокойно спросила мать без каких-либо эмоций. Она сидела на своём любимом диванчике, на котором постоянном напивалась до беспамятства, но смотря на стол и на количество банок пива, похоже эта женщина ещё не успела потерять рассудок и отдаться полностью действию алкоголя. Каыль холодно зыркнула на Минджи, пронзая будто лезвием тело насквозь. По коже пробежала неприятная волна мурашек. Младшая Ван тихо сглотнула, проигнорировав вопрос матери и смотря на неё спокойным взглядом. Вернее, девушка пыталась смотреть таковым, хотя всё же не совсем получилось. – Хватит тупо смотреть на меня. Совсем отупела за это время? Я тебя спросила. Где. Ты. Была? – её голос нагнетал атмосферу в доме. Всё вокруг будто начало расплываться, оставляя в центре изображение матери и её отрешённый взгляд, который поглощал спокойствие Джи быстрее с каждой секундой. – В кафе. Пила кофе. Мне нельзя этого делать? – тихо начала Минджи, но стараясь говорить спокойнее. – Почему тогда не сказала? Я тебе звонила. Я же прекрасно знаю, что ты видела мои звонки. Не надоело поднимать меня на нервы? – спившийся голос вовсе стал хриплым и низким. Голос из телевизора стал уже не таким чётким в ушах дочери. Просто шум. Голова и так ходила кругом, но, видимо, без боли в ней, Минджи отсюда не уйдёт. Она упрямо продолжала молчать. – Хватит молчать. Рот вроде на месте, язык никто не отрезал. Ты, так и будешь выносить мне мозг? Ты даже ответить не удосужишься? – женщина начала вставать с дивана, чутка покачнувшись. Но когда она начала подходить к Минджи, то её шаги стали более ровными и не такими тяжёлыми. Каыль шла более чем уверено. Внутри Мин всё бурлило, точка кипения начинала приближаться к своему пику, резонируя слух. Этот полный ненависти взгляд, что не сходил ни на секунду с её лица, лишь подгонял тревогу, которая слишком быстро начинала отдаваться в мозг, пульсируя и нагоняя головную боль. Эти слова привезли с собой беспокойство, дикое беспокойство. Когда мать подошла совсем близко, то снова начала нести свои бредни, повышая тон и превращая их в крик. – Неужели такой уверенной в себе стала? Интересно, когда это. Поимей хоть каплю уважения! – начала кричать мать. – За что меня тебя уважать? За то, что постоянно говоришь, какая я хреновая дочь? За то что постоянно выпиваешь до беспамятства?! За что мне тебя уважать?! – вот он – пик. Минджи уже не смогла выдержать и сдержаться. Но раз уже начало поставлено, то нужно выговориться до конца. – Ты никогда меня не поддерживала. Да, может, ты меня и родила, но я тебя не просила этого делать! Может, ты и растила меня первые несколько лет, но что потом? Потом ты просто опустилась. Ты просто не можешь отпустить прошлое. Отпустить прошлое, которое прошло настолько давно, что ты могла начать просто новую жизнь. Понимаешь? Я думаю, нет. Ты живёшь просто не в настоящем времени. Ты до такой степени скатилась, что тебя своей родной мамой называть стыдно! – глаза уже были мокрые, но слезы не шли. Девушка будто сама себя сейчас облила холодной водой, только осознав, что она сказала. Она кричала. Но увидев растерявшееся лицо матери, Минджи наконец стало легче контролировать эмоции и не допускать того, чтобы зареветь или испугаться. – Если ты не забыла, то у тебя есть муж. Любящий муж! Он в отличие от тебя сделал куда больше! А ты ничего. Совершенно ничего. Я тебя даже своей матерью называть не хочу! Последние слова, словно кипяток сейчас подействовали на обоих. Минджи успокоила свой поток мыслей и возмущений. Она бы могла сказать куда больше, но этого ей уже было вполне достаточно. В доме повисла тишина, разбавленная телевизором. Иронично, но сейчас заиграл комичный смех, который слух смог распознать. Мать смотрела удивлённо и потеряно на дочь, что просто выжидала ответ. Они обе смотрели друг другу в глаза. – Делай тогда, что хочешь, я устала от твоих выходок. Отныне считай, что мы два разных человека, – это были последние слова, которые Каыль произнесла совершенно спокойно, после чего пошла обратно на диван. Младшая Ван же просто проводила тело женщины взглядом, пока та не села на диван. Затем Минджи просто пошла быстрым шагом в комнату, и как только она ступила за порог комнаты, стеклянная дорожка сама появилась на щеке. Закрыв дверь, взгляд был прикован к полу. Мозг пытался осознать, точно ли это сейчас произошло. Причина слез, даже самой Минджи не понятна. Её будто сейчас машина облила лужей. Мысли просто не собирались, ни в единое слово, не говоря уже о предложениях. Сама не понимая, почему, девушка начала реветь, падая на колени. Сегодняшняя ложь, ссора. Все новые знакомства. Всё это теперь казалось чем-то ничтожным, тем, чего сама девушка не заслужила. Она сама себя проклинала и винила. Хотела, чтобы она сравнялась с той самой лужей, по которой проехалась машина.