На одну ночь

      Она смотрела в его глаза, наполненные... жалостью? Неужели это была жалость? Впервые в его взгляде появилось нечто иное — не привычное отвращение, не насмешливый прищур, которым он встречал этот мир. На миг ей показалось, что он жалеет её. Что-то дрогнуло в его чертах, но Трейси знала — это не изменит неизбежного. Её смерть была необходима ему. Она не злилась.       Он должен выжить. Она была его первой химерой. Она была его последним шансом.       Мысли медленно гасли, рассыпаясь в пустоте. В последний миг сознание выхватило воспоминание, яркое, тёплое, пахнущее никотином и чем-то сладким... ---       Она натянула его футболку — мягкую, чуть растянутую, пропитанную знакомым ароматом. Лёгкий оттенок сладкого смешивался с запахом табака. Он всегда курил, но запах дыма на нём никогда не был отталкивающим. Наоборот, он ассоциировался у неё с ночами, полными тишины и невозмутимым взглядом Тео, которым он изучал её, словно пытаясь разгадать загадку, созданную им же самим.       Трейси села на подоконник, забрав у него сигарету. Поднеся её к губам, она сделала первую затяжку, позволяя дыму заполнить лёгкие. Ощущение горечи и жара было неприятным, но она не подала виду. Просто выдохнула в ночь, наблюдая, как серые клубы растворяются в холодном воздухе.       Она перевела взгляд на Тео. Тот молча смотрел на неё, никак не комментируя её поступок. Его лицо оставалось непроницаемым, как и всегда. Тео никогда не давал себя прочитать — ни одним взглядом, ни одной случайной эмоцией. Его душа была заперта за тысячей замков, и казалось, никто не мог подобрать к ним ключ.       Кроме неё.       Трейси усмехнулась, сделав последнюю затяжку, затем открыла форточку и выбросила окурок. Свежий воздух ворвался в комнату, заставив её поёжиться. Она опустила стекло, запирая ночь по ту сторону.       Когда она снова посмотрела на Тео, на его губах играла ухмылка. Она склонила голову набок, внимательно его разглядывая.       — Что? — вопросительно подняла бровь.       — Ничего, — протянул он, наблюдая за ней с привычной ленцой. — Просто... ты ведь понимаешь, что это всего на одну ночь?       Трейси не отвела взгляда. Внутри что-то сжалось, но она заставила себя улыбнуться.       — Да, — коротко ответила она, затем выдержала паузу, словно решая, стоит ли продолжать. — Поэтому дай мне насладиться моментом.       Она спрыгнула с подоконника и вернулась на кровать. На этот раз она не ждала, пока он сделает первый шаг. Трейси проскользнула к нему, оказавшись сверху. Её пальцы прошлись по его груди, ощущая биение сердца под кожей. В её голове роились сотни мыслей, в которых уже не было смысла — о завтрашнем дне, о том, что будет после, о том, останется ли он таким же холодным, если её не станет.       Но сейчас это не имело значения.       Тео притянул её к себе, и в следующий миг их губы слились в поцелуе, наполненном жадностью и страстью, за которыми прятались сотни невысказанных слов.       В этот момент ей казалось, что ночь — вечна. Что часы замедлили ход, позволяя ей сохранить это воспоминание, врезать его в самое сердце. Как запах его кожи. Как вкус никотина на губах. Как тепло, которое исчезнет с рассветом. ---       Она взглянула на него в последний раз и... улыбнулась. В её глазах не было страха. Только смирение и что-то ещё — что-то, что заставило Тео замереть на секунду.       Её губы дрогнули, пытаясь сказать что-то — но воздуха уже не хватило. Он видел, как её дыхание прерывается, как угасает свет в её глазах.       — Трейси, я... — он хотел сказать больше, но слова застряли в горле.       Она уже не слышала. В её глазах остался только отблеск последнего чувства — тёплый, но уходящий, как свет далёкой звезды.       Трейси Стюарт умерла, но навсегда осталась живой в его душе.

***

      Тео не возвращался туда, где она умерла. Не мог. Его мысли не отпускали образ её последней улыбки, её дыхание, замирающее на его коже. Он должен был двигаться дальше, но с каждым шагом ему казалось, что он оставляет её позади — и это было невыносимо.       Он сидел на крыше здания, вглядываясь в огни города. Ветер играл с краями его куртки, но он едва это чувствовал. В руке тлела сигарета — привычный ритуал, но теперь он не приносил облегчения.              — Ты бы меня убила, если бы увидела, как я предаюсь самобичеванию, да? — пробормотал он в пустоту, затягиваясь.       В ответ — тишина. Тео закрыл глаза, вспоминая, как она когда-то забрала у него сигарету, сделала затяжку и бросила её в окно. Вспоминая её тепло рядом. Вспоминая её живой.       Её больше не было. Но он знал: внутри него что-то изменилось. Она оставила след, который уже не стереть.       Ветер снова подул сильнее. Тео выдохнул дым в ночь, закрывая глаза.       — Прощай, Трейси.