Ящик с сюрпризами

Ринчин злился. Само по себе это явление редкое и настолько удивительное, что увидь его кто сейчас, решит, что это его брат-близнец. Он ведь всегда был спокойным, понимающим и миролюбивым. Однако сейчас Ринчин сидел на полу, зарывшись руками в волосы от отчаяния и безысходности. Он устал. Устал быть просто хорошим другом, который всегда примчится на помощь, утешит и примет таким, какой ты есть. Он всегда улыбался на слова «Вот он был таким, как ты». А после говорил: «Главное, чтобы ты был счастлив». Он уже устал себя обманывать, строить из себя не пойми кого. Он больше не добрый, улыбчивый и всепрощающий друг. Сейчас он до слез в глазах и дрожащих рук и голоса злой Ринчин, который устал быть жилеткой для слез. Сколько можно уже себя обманывать? Верно, даже чаша терпения Ринчина может переполниться. Сейчас же эту самую чашу прорвало и он швыряет вещи с полок, стола и тумбочек на пол, разбивая и ломая все, что под руку попадается. Но не мог же он просто так впасть в такое состояние, верно? Все началось несколько дней назад, когда Айхан снова приехал к нему в гости. Они, как и всегда сидели на его диване. Айхан почти лежал на нем и тихо дышал, вызывая улыбку друга. Ринчин любил такие моменты. Они всегда были полны спокойствия, заботы и какого-то необъяснимо нежного трепета. Эти моменты были просто прекрасны. Но всегда их омрачала одна фраза. «Вот бы он был таким, как ты». Однако в этот раз Ринчин уже не смог ответить «Главное, чтобы ты был счастлив». «Ты когда-нибудь прекратишь говорить мне это?». Вот что тогда спросил Ринчин, глядя в глаза пораженному Айхану. Тот мелко вздрогнул и не смог ответить сразу. «В чем дело?», сказал тогда он, боясь лишний раз пошевелиться. Айхан был в каком-то непонятном состоянии, которое качалось между страхом и ступором. «Дело во мне. Думаешь ли ты о моих чувствах, когда говоришь мне эти слова из раза в раз?», отчеканил Ринчин, сжимая ладони в кулаки. Он очень не хотел срывать на друге свою злость. Очень. «Я…я…», пробормотал в то мгновение Айхан, сразу замолкая. Похоже, он начал понимать, чем же дело. «Просто уходи. Уходи прямо сейчас, пожалуйста.», попросил Ринчин, отстраняя от себя Айхана. Ринчин вовсе не думал в тот момент, что это может разрушить их дружбу, которой они оба дорожили. Он вообще тогда не соображал. В голове была лишь одна мысль — остаться одному и уже тогда дать волю своим чувствам и эмоциям. Айхан медленно встал с дивана и, поправив немного сбившуюся одежду, вышел из комнаты. Ринчин видел, на его глазах сверкали слезы. Только уже Ринчин не хотел их убрать платком. Он хотел как можно скорее разбить что-нибудь или разрыдаться как ребёнок. Сейчас Ринчин стоял у зеркала и пытался хоть как-то успокоить себя, буквально ковшами выливая ледяную воду на голову. Слёзы уже кончились, злость вышла вместе с ними, оставляя после себя тупую боль. Она была словно раскалённый нож, который резал его изнутри. И главная проблема заключалась в том, что этот нож ему не вытащить. А самое смешное это то, что его воткнул в него самый близкий человек, который и не желает его избавлять от этой боли. Он только глубже его вонзает, сам того не понимая.