Неслучившаяся правда

Ещё даже не встало солнце, когда Йохачидолит открыла глаза ото сна. Самоцвет не могла понять, почему она проснулась так рано. Она приподнялась на кровати, и в окно увидела, что до рассвета уже недолго. Решение посмотреть сегодня восход солнца родилось само собой, спонтанно. Просыпаться в такое время не было привычкой Йохачи, и всё же она встала и принялась одеваться. Скромно убранная комната не пестрила деталями, похожая на большинство таких же. Обувшись и взяв меч, семь с половиной тихо вышла в общую залу, а затем спустилась на первый этаж. Издалека можно было увидеть Лиддикоатит в лазарете, которая уснула прямо на окне. Похоже, ещё никто не проснулся, даже из тех, кто отвечает за собрания и патрули. Медузы мирно плескались в пруду и деревянных чашах, расставленных по школе. Йохачи ступила в мокрую траву, начав движение по направлению на восток острова. Скошенное Займище как всегда веяло чем-то мрачным, пока самоцвет неспешно шла по острову в сторону Мыса Пустого. Утренний бриз теребил оранжевые волосы, прибивая пряди к лицу Йохачидолит, но прибивая мягко, провоцируя тихий звон. Вдруг семь с половиной заметила блеск на Близнецах. Она заметила его совершенно случайно, потому что специально найти его было бы сложно, ведь он практически сливался с жёлто-розовой зарёй. "— Пейнит," — почти сразу пронеслось в голове Йохачи. "Наверняка это она, её поразительная выносливость без солнечного света позволяет ей гулять даже ночью. Но что она сейчас делает здесь?" Йохачидолит отстановилась, задумавшись. Она уже думала идти своей дорогой, чтобы не мешать, когда поняла, что гипотетическая Пейнит движется в её сторону. Семь с половиной направилась навстречу. Солнце как раз начало подниматься, уже осветив часть школы и часть волос самой патрульной. Сближаясь с гипотетической Пейнит, Йохачидолит заметила, что рядом с той идёт ещё один самоцвет, но издалека было сложно сказать однозначно. Наконец самоцветы сблизились, Йохачи улыбнулась: это действительно была Пейнит, а вместе с ней Ферротааффеит. Тёмно-зелёные волосы с серыми тенями почти не сверкали. Ферр поздоровался с патрульной: — Доброе утро, Йохачи. — Доброе утро, Ферр. — А мы вот с Пей решили немного прогуляться ночью... Казалось, Тааф вот-вот зевнёт, но он сохранял спокойствие. Её лицо отражало смесь лёгкого смущения и возвышенного отречения от принципов общины, и в следствии чего самодостаточности. — Доброе утро, Йохачидолит, — твёрдо и почти хмуро поздоровалась Пейнит. Её магмовые волосы словно горели изнутри по мере того как солнце освещало их всё больше и больше. — Доброе утро, Пей. Они молчали некоторое время. — Вышла посмотреть рассвет? — спросил девятка. — Да, с чего-то проснулась раньше, и вот я здесь, — слегка улыбнувшись, ответила Йохачи. — Восход солнца совсем не такой же, как закат, — Ферр звучал немного загадочно. Восьмёрка в свою очередь продолжала молчать. Она недолго смотрела на Ферр и Йохачи, прежде чем кивнуть первому и направится в сторону школы. Тааф кивнул Пей в ответ, и проводил её взглядом. Тем временем солнце уже почти полностью освещало самоцветов, лишь щиколотки в траве были в прохладе, но и на то осталось недолго. — Пейнит действительно удивительная, — наконец прервал вновь молчание Ферр. — Да, достаточно энергии в теле несмотря на дефицит света ночью. — Что? — с лёгким удивлением спросил Ферротаафеит патрульную, повернув голову к ней. — Что..? — Йохачи не могла понять, что она сказала не так. — Я... о другом. — А... Ты всегда говоришь о другом, — с нотами понимания и меланхолии добавила семь с половиной. — Она практически не нуждается в социуме, так отстранена, самодостаточна... Йохачидолит многозначительно посмотрела на девятку. — Да, это полезно, она может патрулировать даже одна, поэтому мы назначили её зимней патрульной, когда забрали Данбурит. Ферр тихо вздохнул и повернулась к солнцу. — Хорошо, что она с нами. В последние тысячелетия родилось много хрупких самоцветов. Тем, кто остался на постах, приходится работать на несколько фронтов. Ещё и это разделение на новые пары, введённое Линарит. Йохачи опустила взгляд в траву. Ей казались действия нынешней старосты эффективными, и то, что Ферр ставил под сомнение авторитет Линарит, порождало внутри неё эмоциональный конфликт. — Это разделение эффективно. Тааф снова тихо вздохнул и повернулся обратно к оранжево-волосой. — Я не спорю. Но психическая обстановка оставляет желать лучшего. Семь с половиной не отвечала. Отдалённо она понимала, о чём говорил девятка, но она находила психологический фактор незначительным. По её опыту эмоции чаще всё портили. Она не смела перечить старшему, но внутри она готова была треснуть от несогласования. — Я понимаю, но нас уже не пятеро на острове, мы можем позволить себе эмоции. Они важны, — добавила Ферр. — Трое. Нас было трое. — То, что Куприт и Ктенасит не могли помочь нам в бою, не значит, что они не были рядом, — Ферротааффеит подошёл ближе к Йохачидолит и аккуратно положил руку на её плечо, едва ощутимо сжимая. — Ты одна была там для меня, Роза была слишком подавлена, чтобы заботиться обо мне, — тихим и подавленным голосом проговорила Йохачи. Когда же это всё кончится? Они стояли так какое-то время. Мысли ученицы путались и терялись в эфире чувств, мнение Линарит и мнение Ферротааффеит столкнулись внутри неё, породив парадокс отношения к эмоциям. За столько лет она так его и не проработала? Не удивительно, ведь она не обращалась с этим к Лиддикоатит. Солнце начинало подниматься выше над горизонтом, пока они стояли посреди луга. У них ещё было время до того, когда самоцветы выйдут в патруль, но Йохачи очевидно не хотела чтобы Тааф её отпускала, не готовая расстаться с чувством спокойствия и защищённости, которое приносил ей наставник. Но она знала, что сегодня, как и всегда, она должна будет подавать пример младшим самоцветам как образцовый воин, и она не должна быть слабой перед ними. Она вздохнула и наконец убрала руку Ферротааффеит со своего плеча. — Нам пора идти.