Кошмар фантаста

      — Это всё сон, сон, — бормотал я себе под нос, не в силах поверить в происходящее. Но реальность не спешила развеиваться, ни после щипков, ни после прикусывания языка (случайного). Да и не снились мне никогда такие красочные и детальные сны. Тем не менее, остро хотелось забыться в кошмаре и проснуться дома, в своей постели.       — Что ты там лепечешь? — Ваоваи неаккуратно сгрузил меня на жесткий пол корабля.       — Надо проснуться, — убеждённо заявил я, смотря на него снизу вверх, как кролик на удава, отмечая всё новые детали. Особенно в глаза бросалась кобура с торчащей из нее рукоятью.       — Ага, обязательно проснёшься, после того как поговорим, — пообещал наёмник, блокируя проход, сменой пароля. — Ты мне веришь?       — Нет, — ответ вырвался быстрее, чем сообразил промолчать. А уж говорить ему, — я тебя слишком хорошо знаю, — точно не стоило.       — Даже так? Меджи, — обратился Ваоваи к корабельному искину, — сообщи мне, как только меня начнут искать. Пойдём!       Самостоятельно передвигаться я уже мог, видел белее менее сносно, но лучше бы не видел. Незнакомый доселе корабль стал узнаваем. Куда ведут те или иные проходы, где находятся каюты, пульт управления, гальюн, всё всплывало в памяти, будто перед глазами раскрыли схему карты. Вот только на воображаемом когда-то корабле не было сухого затхлого воздуха, пахнущего подпаленной резиной. Не было едва слышного жужжания за перегородкой стены, вызывавшего безотчетное желание держаться от неё подальше. Не было кое-как замотанных проводов и небрежно замазанных пятен ржавчины. Не было гнетущего ощущения в полумраке коридоров, от звуков собственных шагов. Будто вместо привлекательного макета, мне подсунули настоящий корабль. Не удивительно, от чего это наёмник постоянно ходил такой мрачный, с таким-то окружением.       Каюта, куда Ваоваи меня привел, предназначалась для редких гостей, но чаще служила, дополнительным местом для перевозки мелкого груза.       — Ну, рассказывай бионик, что ты обо мне знаешь? — для дополнительной стимуляции разговора, Ваоваи демонстративно вытащил из кобуры бластер и положил его рядом, а сам сел на койку.       — К-кто такой бионик? — ага, так я сразу всё и выложил. Если это действительно Ваор Ваоваи, его не остановят моральные ограничения, будет сожалеть и убивать. Совесть у него определенно есть, но где-то очень глубоко и настолько гибкая, что скрутится в узел и обернется вокруг себя три раза.       — Тебя только это интересует?       — Меня похитили? — мигом воспользовался я оговоркой.       — Ты специально увиливаешь от вопроса? — выплюнул он. Дуло бластера нацелилось на меня.       — Д-да! — голос дрогнул. — Зачем мне рассказывать о тебе то, что ты и так знаешь, если после этого ты меня всё равно собираешься устранить?       — Действительно, бионик. А я ещё сомневался в существовании диких. Повторяю в последний раз, знаешь ли ты что-либо обо мне, о чём больше не знает никто. От этого ответа зависит, умрешь ты сейчас, от моей руки и быстро, или потом, от рук моих врагов, но медленно.       Человек никогда не узнает, трус он или нет, пока не попадет в безвыходную ситуацию. Умереть сейчас или потом, ответ казалось бы, очевиден, ведь того, что «потом» может и не быть, или его можно избежать. Солгать, что знаешь слишком мало, и при этом выжить, чтобы в дальнейшем понять, как использовать отведенное время и знания? Но, в эти знания всё и упиралось. Я знал, что не смогу солгать, искин корабля обязательно доложит хозяину, что гость лжёт. Не зря он притащил меня именно на свой корабль, а не допросил там, на месте. Лгать, так как Ваоваи, чтобы даже искины ему верили, я не умею. А вот сказать правду, значит точно умереть. Возможно, я действительно слишком хорошо успел его узнать. Хотя и не понимал, каким образом стал обладателем этих знаний, поэтому и ляпнул первое, что пришло в голову, лишь бы продлить свою жизнь и ошеломить наёмника.       — На Гвиносисе, во время наводнения, ты спас котёнка, едва при этом, не погибнув, получил воспаление, а когда выздоровел, убил того, кто выбросил котёнка на улицу. Кажется, это был медбрат, — это если убрать подробности и причинно следственные связи.       Губы наёмника сомкнулись в тонкую полоску, глаза перестали меня буравить и опустились, разглядывая пол. Твердая рука, напротив, продолжала держать бластер и без сомнения не дрогнет, даже после выстрела. Вот только я ещё не всё сказал.       — Представь, что я обычный домашний зверёк.       Голос предательски затих, я ссутулившись зажмурился, ожидая бурной реакции.       — Ах ты, мелкий…       — Капитан, — вмешался искин, — наниматели выражают вам своё желание немедленно встретиться.       Ваоваи поиграл желваками, но, так и не озвучив своего мнения, спрятал бластер.       — Сообщи им, что я сейчас буду. И заблокируй вход в эту каюту, чтобы никто не смог ни зайти, ни выйти, кроме меня.       Как обычно, искин ничего не ответил, а просто взял и выполнил приказ. Как только Ваоваи вышел, я медленно опустился на колени, а то и вовсе растекся бы по полу, если бы он был немного чище. Будто воздух выпустили из легких, сердце опомнилось от ступора и забилось в попытке обогнать упущенное время. Победа это или всего лишь отсрочка, я ещё не знал.       — Мне кажется, во сне всё было бы намного проще.       Пожалуй, я не знал, что меня ждёт, но мог выяснить, вместо того чтобы томиться в неведении.       — Меджи, — позвал дрогнувшим голосом, не будучи уверенным, что искин отзовётся, — можешь показать, что происходит, используя внешние камеры корабля?       — Запуск трансляции с внешних камер невозможен. Вы не обладаете необходимым доступом.       — Мы обладаем, — набравшись смелости я, на секунду замешкался, стоит ли сейчас раскрывать, что знаю все пароли? Но решил, что стоит, сидеть в тишине, наедине со своими мыслями было невыносимо. К тому же эти знания не позволят угнать корабль, как и разобраться, почему я здесь оказался. Ведь людей похищают в двух случаях: ради выкупа и ради дальнейшей продажи. Судя по подслушанным разговорам, именно последний вариант меня и ждал. Я не мог поступить иначе, не мог не попытаться отстоять свою свободу. — Синяя птица.       — В доступе отказано, пароль устаревший.       Я в восторге заулыбался, будто сам программировал Меджи. Я знал, точно знал, что Искин корабля имел заковыристую систему против взлома, даже обладая правильными паролями, часть из них продолжала работать неправильно и выдавать фальшивую информацию. Как, например, включение самоуничтожения, со всеми сопутствующими сиренами и светомузыкой, или как сейчас, простой отказ, будто бы из-за внезапной смены пароля. Сложив все за и против, я решил, что быть балластом в глазах Ваоваи опрометчиво, полезность нужно доказывать делами. Поэтому взлом Меджи недопустим, а значит надо попробовать договориться. Если не с ним, то хотя бы с искином.       — Нет, Синяя птица, это текущий пароль. Я же не прошу тебя открыть мне двери, — хотя бы потому, что прямой приказ капитана не отменить знанием паролей. — Только посмотреть трансляцию с внешних камер. Капитан ведь этого не запрещал.       — Капитан в поле видимости внешних камер отсутствует.       Вот теперь думай, соврал ли коварный искин, чтобы от него отвязались, или же специально тянул время, пока Ваоваи действительно не ушёл.       — А если я сам попробую подключиться?       — Будет задействована текущая система самозащиты.       Я быстро убрал руки от индивидуального терминала. О существовании системы самозащиты, я как-то забыл.       — А доступ к корабельному архиву у меня есть? — если я сейчас ничем не займу мозг, то свихнусь, а так хоть почитаю что-нибудь. Заодно и выясню, доступен мне их язык или нет.       — Архив имеет отдельный пароль доступа, — ответил Меджи.       — Ага, я в курсе. Сирин.       — Доступ к архиву открыт, — перед экраном терминала высветилась голограмма длинного списка. — Какой раздел желаете изучить?       — Ух, ты, как их много, — восхитился я и тут же приуныл. Сам просмотр этих разделов может занять не один час. Нужно выбрать, что меня волнует на данный момент. Корабль, вселенная, планета, о…       — Что у тебя есть о биониках?       Судя по ещё одному развернутому списку, книг по данной теме не существовало. В основном были статьи, видео и схемы.       — Что это? — я ткнул пальцем, и схема развернулась на всю каюту. Хотя я уже и сам видел, что это конструкция какого-то механизма. Даже не очень большого. А рядом вообще маленький, ручной, с сопровождением характеристик, сравнительных способов обслуживания и применения.       — Бионоз, — ответил Меджи. — Аппарат, для искусственной стимуляции мозга у незащищенных и восприимчивых к ней людей. Радиус действия ограниченный и осуществляется в пределах одной системы. Бионоз заставляет людей подключаться к информационному полю и копировать данные. Объекты после этого становятся живыми носителями и находятся вне закона, так как подпадают под статью…       Я схватился за голову, будто к ней были прилеплены проводки.       — Очешуеть. Меджи, а нельзя это как-то исправить, вернуть обратно, отключиться?       — Процесс стимуляции необратим. Текущий вариант, поставить блокировку, или развить естественную защиту, как принято у жителей развитых планет. В противном случае, мозг перегрузится обилием информации, и наступят необратимые последствия. Это сокращённая общедоступная информация.       — Ваор мог и не напрягаться, — прошептал я, сраженный выводами. Перегрузится, значит, что же это объясняло, почему мне всё труднее давались уроки. Наверное, впору, всё-таки радоваться, что меня похитили, так появился хоть какой-то шанс. — И где можно поставить эту самую блокировку?       Спросил я без особого энтузиазма, конечно развитие какой-то там защиты предподчительнее, но можно предположить, что это займёт больше времени, поэтому никто не будет ради меня напрягаться. Схема сместилась, будто была частью чего-то большего. И показала отсек, очень напоминающий медицинский.       — Меджи, это ведь схема не корабля, — догадка развернулась перед внутренним взором, словно я её только что загрузил…или считал, как тот бионик. — Это схема станции. Откуда она у тебя? Меджи, ты, что взломал компьютер станции?       — Вопрос не корректен, доступ в систему станции был осуществлён через устройство типа МиРеам.       — Хочешь меня убедить, что искин станции вот так просто позволил тебе скачать данные с его базы?       — Вопрос непонятен, переформулируйте.       — Ничего я не буду переформулировать, ты меня и так прекрасно понял. Небось, выполнял приказ капитана.       По мере пререкания с искином, я размышлял над тем, как бы уговорить наёмника на процедуру этой самой блокировки или, на крайний случай, как туда добраться самому. Узкие шахты для ремонтных роботов вполне могли меня вместить. Нет, не вариант, если в шахте будет робот, я с ним точно не разминусь, тогда он сообщит о помехе и меня выковыряют. Надо устроить диверсию, чтобы ремонтников бросили на другой объект. А какой из приборов можно расковырять так, чтобы это не повлияло на общую работу станции и который очень для них ценен?       — Меджи, а где находится этот биоценоз, то есть бионоз? — похоже, у меня появилась цель.       Искин понятливо расположил на схеме все три объекта, будто проследил, за ходом моей мысли.       — Далековато. Слушай, а почему ты открыл мне доступ?       — Был произведен анализ действий и запросов, объект, именуемый биоником, не предоставляет опасности для капитана и корабля.       Ага, не предоставляет, пока находится под замком. И выпускать меня по видимому пока никто не собирается.       — Вообще-то, у меня есть имя, Егор.       — Не существенно. Персональное имя назначает капитан.       — Эй, с чего это?       — Был получен статус домашнего питомца. Имена домашним питомцам назначает хозяин.       Вот это влип.