Тепличный ребенок

Работа продавца в маленьком магазине на окраине шахтерского городка, наличие которого на карте под большим вопросом, занятие крайне неинтересное. Часто еще и неблагородное. Единственное, что спасает этот книжный от полного разорения это то, что он вообще единственный и власти местного самоуправления, которые пытаются поддержать хоть какую-то видимость того, что все у них в городке хорошо и он развивается, поддерживают такой бизнес. Однако, благодаря действиям Москвы, шансов удержаться на плаву практически не осталось: все школы теперь получают учебники сами и сами же раздают ученикам, а значит то, на чем держался магазинчик - потеряло свою основу. Всё остальное можно взять в библиотеке или скачать в интернете. Парень сидел за стойкой и читал одну из книг. Он даже не пытался быть с товаром аккуратным. Такую литературу не покупают. Домохозяйкам нужны наивные романы, молодым девочкам - романтичные сопли, молодые мальчики особо не читают, детям - книжки-раскраски. Даже то, что выпускает местный "союз писателей", нужно только этому самому "союзу". И вновь парень с довольно ярко-красного цвета длинными волосами, которые были собраны в неровный хвост на затылке, сбился, потерял мысль произведения и строку, и пришлось заново перечитывать всю страницу. Не смог поступить в университет в другом городе, не смог приспособиться к ритму большого города и к жизни там, отслужил в армии, не стал поступать в местный колледж, и что в итоге? Двадцать три года, недействительные результаты единого государственного экзамена, ничего не осталось в голове от знаний пройденной школьной программы, пристрастие к курению и литературе, которая понятна далеко не всем, абсолютная незаинтересованность в продолжении своего рода и вообще в каких-либо платонических связях, а так же сам факт, что сидит на шее у матери, которая, впрочем, только рада всю жизнь тащить на себе своё чадо. Тьфу ты, опять сбился. Но перечитывать вновь настроения не было. Звонок дверного колокольчика, как оповещение о посетителе. Молодой человек не спеша закрывает книгу и откладывает её за стойку. Время утреннее, поэтому Михаил, как было написано на бейдже, удивленно приподнял правую бровь, наблюдая за вошедшим. Им оказался ребенок. Серая шапка, из-под которой торчали светло-русые волосы, какая-то дутая широкая куртка такого крайне яркого цвета, что даже любящий яркие вещи парень поморщился. Как этому чаду было не стыдно таким образом ходить? Хотя, если это девочка, то еще более-менее. Маленький город, где все друг друга знают, почти полностью исключал саму возможность того, что он хоть раз не видел этого ребенка. Только у каждого правила всегда есть исключение. Ребенок вместо того, чтобы пойти куда-то, некоторое время мялся на входе, затравленно оглядываясь. Затем он направился куда-то к стеллажам и скрылся там. Молодой человек вздохнул, встал и пошел в ту же сторону. Украдет чего-нибудь это несуразное дитя, а отдуваться ему. Мальчик читал аннотацию к какой-то книге из отдела художественной литературы. Не обычная фантастика уж точно, и на фэнтези тоже не похоже, но и не романчик. Вроде как, далекое от юмора. Ребенка передернуло. - Может, - тихий, но явно высокий мальчишеский голос, - вы перестанете на меня смотреть? - Не могу, это моя работа. Вдруг ты украдешь чего-нибудь, а я потом буду виноват, - ребенок поднял удивленный взгляд на продавца. Михаил для себя отметил, что губа у него разбита, и кровь размазана по щеке и подбородку, а так же лиловый синяк наливался возле глаза, и все с одной стороны. По видимому, у бьющего правая рука ведущая. - Тебе бы рожу вымыть, - без капли такта, но это действительно правда. Мальчик свел брови на переносице и отвел взгляд. - Иди домой, за книгой зайдешь в другой раз, - Михаил протянул руку, чтобы коснуться плеча мальчика и направить его к выходу, но тот резко отстранился. - Дома брат, - будто это что-то объясняет. Молодой человек вздохнул. По его предположению такое с ним сделал брат. Хотя, в этом случае он бы пошел в школу, а не в книжный, но Михаил откинул эти мысли - ему нет дела до какого-то мальчика. Несколько секунд молодой человек провел в раздумьях, затем вздохнул. - Тебе совсем некуда пойти? - отрицательно мотнул головой. - Даже в кафе не вариант? - мальчик задумался, но вновь так же мотнул. - Потому что нет денег, или кто-то знакомый там? - Оно возле школы только. - Но ведь есть еще одно? - услужливо напомнил Михаил. - Оно на ремонте, - тем же тоном ответил ребенок. Видимо, он отогрелся после улицы и вернул себе способность язвить. - Так иди в библиотеку, раз книги любишь, - пожал плечами молодой человек. Мальчик поджал губы, опуская взгляд. - Там мама работает, - и снова лучше не спрашивать. Варианты у молодого человека закончились. На улице действительно холодно и, видимо, идти здесь ему действительно некуда. Жалостью Михаил никогда не отличался, спокойно проходил мимо котят под дождем, потерявших сознание людей и тому подобное. Но избитый ребенок наталкивал на ностальгию. Михаил всегда был проблемным, только в его случае драка была честная, а как успел заметить молодой человек - костяшки пальцев мальчика не сбиты, значит, это односторонние побои. - Идём, - попытка положить руку на плечо вновь провалилась - мальчик упорно избегал прикосновений. Даже к куртке. Как же его зашугали. Молодой человек усмехнулся, затем наклонился к посетителю и, забрав у него из рук книгу, посмотрел на обложку. Правая бровь изогнулась, и парень перевел изумленный взгляд на ребенка. То, что он увлекается столь серьезной литературой, было неожиданно. Затем книгу поставил обратно и повел ребенка за стойку. Там была дверь и небольшой коридор, идти направо и там будет полупустой склад вместе с документацией и небольшим рабочим столом, за которым иногда возникает владелец этого магазинчика, заполняет бумаги, а с ним приезжает товар, который распределяет уже сам единственный работник Михаил. Налево - небольшая кухня с диваном и дверь в туалет с раковиной. Именно туда указал идти ребенку молодой человек. - Раздевайся, можешь вещи бросить туда, - указал на старый потертый диван. И пока мальчик направился куда сказали, Михаил пошел в туалет и включил воду. Поймав, как ему показалось, теплую температуру, обернулся, чтобы позвать ребенка и выругался, обнаружив, что он стоит прямо в дверях. Бледный, чуть ли не зеленый. Хотя, с глазами это вполне совмещалось. - До зеркала достанешь? - вышел и пропустил мальчика к раковине. - Я не такой низкий, - несколько обиженно, что ли. - Как тебя зовут? - прислонился к дверному косяку, наблюдая за тем, как ребенок, кривясь от прикосновений к раненным местам, смывал кровь. Да, долго будет побаливать. - Марк, - вода окрасилась в красный цвет. Мальчик на несколько секунд завис, наблюдая за тем, как поток уносил всё в глубины канализации. Тишина нисколько не напрягала Михаила, он лишь продолжал рассматривать ту часть лица, которая не была покрыта не самыми приятными синяками. Он, видимо, старше, чем показался на первый взгляд. Во всяком случае, резкость в чертах лица присутствует. - А я Михаил, - все же представился после некоторого промежутка молодой человек, даже не улыбаясь. Зазвонил колокольчик на входе и парень обернулся. - Как закончишь, выключай воду и иди к дивану, - а сам пошел смотреть, кого там нелегкая принесла. Покупатель, очень нудный, который спрашивал определенного автора, определенного издания, определенного года, определенную книгу. А ведь на вид милая девушка, которая работает в офисе напротив и любит весь обед проводить в книжном. Явно не из большой любви к книгам. Но Михаил продолжал ей по-доброму улыбаться. Он даже забыл о мальчике, который все еще находился где-то опасно близко к его запасам еды и документации. Прощание вышло скомканным и, к сожалению Михаила, его вечер субботы теперь был занят. Теперь до часа можно точно никаких покупателей не ждать и парень направился обратно. Марк послушно и тихо сидел на диване, даже руки положил на колени, а спину держал прямо. Михаил вздохнул, подошел к ребенку и присел напротив него, вглядываясь в уставшее лицо. Круги под глазами, лопнувшие сосуды, синяки и простуда - восхитительное состояние. Неожиданно для себя Михаил заметил, что его так же изучающе рассматривают болотного цвета глаза. Вязкие, словно стеклянные. Парень даже почувствовал, как этот взгляд прошелся по его крючковатому крупному носу. - Ладно, - парень встал и потянулся. Не умел он общаться с детьми и с подростками нового поколения тоже. - Давно ты здесь? - молодой человек пересел на диван, рядом с мальчиком, но Марк чуть отодвинулся в противоположную сторону. - Ну, здесь сижу почти час, наверное, - пожал плечами. Михаил с недоумением посмотрел на подростка, затем почесал свой затылок. - Нет, я имел ввиду как давно ты в этом захолустье? - перефразировал свой вопрос. Марк чуть поджал губы, словно понимая, как ступил. - Второй год. - А, тогда не удивительно, что я тебя в первый раз вижу, - широко улыбнулся, чтобы хоть как-то развеять смущение мальчика. - Вообще, мне необходимо постоянно в зале находиться, а тебя одного я здесь оставить не могу, не положено. Так, - резко прервал свою мысль. - Сколько тебе лет? - Четырнадцать. "Совсем ребенок," - пронеслось в мыслях Михаила, но вспоминая о том, как он реагировал на подобные заявления в свою сторону в таком же возрасте, решил не высказывать это. - Ладно, пойдет, - молодой человек встал и потянулся. Он подошел к холодильнику, достал оттуда бутылку с газировкой и выпил с горла, затем протянул её к Марку. - Будешь? - мальчик кивнул, встал, подошел к Михаилу и, взяв бутылку из его рук, стал пить, не стерев с горлышка слюну, а сам молодой человек прикрыл дверь холодильника и прижался к ней спиной. Пока Марк пил, он начал объяснять то, чем нужно заняться: - Значит так, - ленивый взгляд в сторону мальчика. - Нужно составить список книг, которые стоят на полках, а потом их перераспределить. Я как раз собирался этим заняться, но тут пришел ты. - Вы были мало похожи на того, кто собирался вообще что либо делать, - пожал плечами Марк, возвращая бутылку молодому человеку. Лицо Михаила изменилось, скривившись; с головой выдавая то, что ребенок был прав. Закрыв бутылку, он пошел к холодильнику, вернул емкость туда и протянул руку, чтобы потрепать нового знакомого по голове, но он уклонился, и не просто уклонился, а сделал шаг назад, запутался в своих ногах. От полного падения его спасла стена, и ребенок закрыл голову руками. Мальчика трясла мелкая дрожь и было видно, что от язвительности не осталось ничего. Михаил удивленно смотрел на него, затем подошел, присел на корточки напротив. - Ты чего? - мальчик осторожно приоткрыл глаза. Забитый зверек, именно такая ассоциация возникла в голове молодого человека. Маленький доверчивый щенок, которого избили однажды и теперь он прячется. Не умеет лаять и кусаться, лишь прятаться. - Не трогайте меня, пожалуйста, - совсем тихий слабый голос. Глаза наливались слезами. На входе раздался звук колокольчика. Михаил бросил взгляд на мальчика, но затем встал и, не говоря ни слова, пошел к покупателю. Доброжелательная общительная женщина, которая с недавнего времени работает в местном доме детского творчества. Она переехала сюда как раз два года назад и обожала говорить об успехах своих двух сыновей. Успехи, правда, сомнительные. Она заходила больше на "поговорить", но сейчас она пришла со списком книг, которые нужны библиотеке. Дежурная улыбка Михаила чуть дрогнула, это то, чем он должен был заниматься все утро, составлять список книг и их количество. Но вместо этого он потратил много времени на чтение, а потом на этого мальчика, Марка. Ну и на Наталью. И ничего не сделал. Видимо, весь вечер придется провести здесь за перебором книг. Сроки обозначили, завтра с утра нужно все это принести. Когда женщина ушла, молодой человек обреченно вздохнул и взял список необходимых книг. Да, нужно заставить этого ребенка работать на благо общества в лице Михаила. По возвращению его ждал неприятный сюрприз в виде открытого окна и комнаты без намека на наличие в ней Марка. Книжный магазин находился на первом этаже, так что было не сложно догадаться, что дитя убежало через окно. Точнее, намек был. Вырванный из тетради мятый лист с надписью, сделанной корявым почерком и черной ручкой: "Простите за доставленное неудобство". Михаил вздохнул и закрыл окно. Молодого человека передернуло от холода. Он скомкал записку и выкинул её в мусорное ведро. Звери такие непостоянные, когда неприрученные. Михаил решил выкинуть из своей головы этого русоволосого мальчика. Сейчас есть дела поважнее, то, за что ему платят - книги.