Убьёшь для меня?

1.

* * *

— Извините, что без предупреждения, — Уилл, как всегда, не смотрел в глаза, истощённо потерев переносицу, на которой тяжело лежали старые очки. — Я прервал вас? — на кухне чувствовались приятнейшие мясные ароматы, подтверждающие ответ. — Не волнуйся, Уилл, — привычно перекатив буквы на языке, Ганнибал смаковал произнесённое имя. — Ты всегда можешь предложить мне свою помощь взамен. — Я ведь не умею готовить, — профайлер задумался. — Но буду рад помочь… — истомлённо добавил Уильям, убирая внезапно налившиеся свинцом руки в карманы. — Очень хорошо, — Лектер приблизился. — Думаю, я смогу научить тебя. Ты выглядишь особенно уставшим сегодня, — доктор всматривался в сумрак лица Грэма. — Что произошло?

2.

* * *

Тёплое дыхание ощущается на шее. Он всего лишь помогает мне нарезать грюйер. Рука Ганнибала, стоявшего сзади, легко поддерживает локоть Уилла. Доктор Лектер отошёл за приправами: мускатный орех, соль, красный перец и ещё множество пока неизвестных профайлеру названий. Румянец осел на щеках, руки нервно подрагивали. Он не любил физический контакт. Именно так, но не с Ганнибалом. Уилл привык, что не ощущает дискомфорта, находясь рядом с ним. Последний, в свою очередь, с каждой встречей делает личные границы всё уже и уже. Уильям начал чувствовать на себе пристально-прожигающий взгляд психиатра. — Всё правильно, — отметил доктор Лектер. — Перемешай, пожалуйста, — Ганнибал указал жестом на стоящую рядом миску, при этом мягко улыбнувшись. Он всегда рад компании Уилла, тем более, когда нашёл новый социально приемлемый предлог для их постоянных встреч: Грэм посещал его не только ради психиатрических приёмом, но и в более домашней обстановке, ради того, чтобы брать уроки готовки. Оба знали, что их истинной целью не являлось ничего из вышеперечисленного. Доктор с удовлетворением подчёркивал, что Грэм теперь не боится зрительного контакта, во всяком случае с ним, не дёргается из-за физического. Разговоры часто сопровождали их на кухне, но молчать вдвоём было так же комфортно. — Остался десерт, — тёплым голосом оповестил Ганнибал. Уилл светло улыбнулся в ответ. Красное полусухое вино украсило сегодняшний вечер.

3.

* * *

Небольшое покалывание, ощущаемое рецепторами кожи талии, привычно заставило Уилла немного отойти. Очередное согревающее прикосновение. Он уже не помнит, сколько таких было за последнюю неделю. Не было смысла считать дальше, ведь сбился он примерно на двадцатом. Сейчас что-то изменилось. Доктор Лектер не отходит от профайлера. Может социальные навыки последнего настолько плохи, что он неправильно понял Ганнибала? Глаза Уилла встречают расширенные зрачки, когда воздух стал искриться из-за напряжения, задержавшегося в нём. Давление, которое росло и набирало массу с момента их первой встречи, сейчас достигло вершины. Уильяма отвлекли от создания десерта «Mizumono». Грэм беспокойно выдохнул. Нефть в глазах тягуче разливается, уничтожая всё на своём пути. Уилл колеблется. Он принял решение. Выбор влечёт за собой лёгкие касания губ о губы, перерастающие в большее. Они пробуют друг друга на вкус. Ганнибал становится настойчивее, видимо, желая, чтобы каждый сантиметр его тела касался Уилла Грэма. Резкими движениями они переходят наверх. Желание Лектера исполнилось: каждая клетка тела соединилась с горячей кожей профайлера. Впрочем, это их общая мечта.

* * *

— Уилл, это Джек. Где ты? — Скоро буду, — неохотно Грэм открывает глаза. С ещё меньшим рвением ему приходится отодвинуться от проснувшегося Лектера. Впервые за несколько лет он спал без кошмаров, без судорожного пробуждения. С удовольствием нажимая 'завершить разговор', профайлер поворачивается к ласковой улыбке Ганнибала. — Джек просил, чтобы ты приехал. — Он сказал это тебе? — нежно усмехаясь, заметил психиатр. Джек решил воздержаться от лишних вопросов, заметив, что они приехали вместе. Беверли оглядела Уилла с позабавленно-радостным восторгом при виде уверенно нескрываемых меток. Зеллер и Прайс коротко переглянулись, копируя настроение девушки.

4.

* * *

— Я знаю, кто ты, — тихо, но чётко сказал Уилл. Он подумал, что это не лучший момент для зрительного контакта, поэтому рассматривал руки и нож, мягко лежащий в них. Нет, не оружие. Он всего лишь нарезал нужные продукты, те, на которые указал Ганнибал. Грэм мог разрушить Лектера при желании, но знал, какой властью обладает над ним. Слова, произнесённые с невероятной осмысленностью, действия, мельчайше продуманные ранее создавали иллюзию уверенности. Профайлер смочил губы. После долгой паузы, полной размышлений, Лектер слегка наклонил голову. — Убил ли бы ты для меня, Уилл? — Ганнибал, с несвойственной для него тревожностью, следил за малейшими изменениями в фигуре стоявшего напротив. На секунду остановившись, Грэм продолжил своё дело: осталось очистить зелень, а после её требуется мелко нарезать. Он уже знал, что скажет. Хотел дождаться момента, когда немного успокоится, когда кровь не будет глухо стучать в висках, точно повторяя ритм сердца. Его согласие означало принятие своеобразного обета, название которого, вероятно, гласило бы 'мужья-убийцы'. Но ведь Уилл Грэм не против. — Да.

5.

* * *

Свёрток с мясом лежал на кухонном столе. В этот раз его принёс профайлер. — Уилл, мы вместе его приготовим. Сделаем ломо сальтадо, — Ганнибал передал нож. — Нарежь имбирь, вкус станет более выразительным, — Грэм рассматривал своё отражение на лезвии, внимательно следил за глазами. После нескольких новых работ Чесапикского Потрошителя, Уильям решил, что настала его очередь. Каким удовольствием было скрывать истинный мотив от Джека: ухаживание. Правда, 'человек-сердце', как грубо обозвала его пресса, заставил обнажить начальству очевидное. Любовь убийцы стояла прямо перед ним: протяни руку — дотянешься. Воображение давало возможность мышце сокращаться, отдаваясь Уиллу полностью. Не первое убийство Грэма, но самое осознанное. В руке жертвы, как символ, лежали зёрна граната. Крови вокруг было слишком много, даже для, как установили криминалисты, артериального кровотечения. Мрачная красота. На голове человека была свадебная ткань, вероятно, слишком чёткий намёк. Также в отчёте значилось, что на горелой коже отсутствует часть бедра. — У мяса интересный вкус. Отдаёт медью, — весело проговорил Ганнибал. — Окромя гуманных соображений, для лучшего вкуса животному стоит быть спокойным перед бойней. Это животное на вкус испугано. — Какой же вкус у испуганности? — Уилл поднял голову, рассматривая огоньки в глазах напротив. Морщинки возле рта ясно давали знать о позабавленности и полном удовлетворении доктора Лектера. — Кислый, — Ганнибал серьёзно посмотрел на профайлера. — Мясу горько от того, что оно мертво. Оба взяли в руки бокалы с тёмно-красным напитком. — Таков наш замысел.