Любовь и магия

В ту секунду, когда полковник увидела призраков в ее ушах зазвенело и появилась какая-то лёгкость во всём теле. Потом вдруг всё поплыло перед глазами, вначале медленно, затем — с небывалой скоростью. Затем она открыла глаза как после глубокого сна. Вокруг — темнота и холод. Над головой — каменные своды пещеры. На ней длинное белое платье и белая фата невесты с фотосессии для календаря, где она — Январь. Галина отряхнула платье и оглянулась: вокруг нее — серый потрескавшийся камень, покрытый зеленоватым мхом. Впереди — мерцающий свет. Мало что понимая, Рогозина двинулась вперёд, к свету. Свет то пропадал, то снова появлялся, он оказался гораздо дальше, чем казалось. Когда полковник, наконец, дошла до цели, он увидела, что это костер горит посреди большой пещеры, освещенной кроме него еще и несколькими факелами. В центре около костра стоял мужчина в черной мантии мага, а вокруг него человек десять — девушки и женщины, молодые и не очень, все в свадебных платьях… Они негромко разговаривали, но слов Галина разобрать не могла. Она подошла еще ближе. Слова по-прежнему были неразборчивыми, лишь вблизи мужчина показался полковнику смутно знакомым, но его лицо было скрыто низко надвинутым капюшоном мантии. Зато Рогозина смогла внимательно рассмотреть девушек и некоторых даже узнала — кого знала лично, кого видела раньше на фотографиях. Вот хорошо знакомые Лена Шустова и Вика Громова, а вот первая жена Игоря и Люда — однокурсница или просто знакомая его сына Павла, а рядом, кажется, его же бывший классный руководитель — Нина Сергеевна… Все женщины были очень привлекательны. Каждая по-своему. Оглядываясь, полковник наткнулась взглядом на еще одно знакомое лицо. Симпатичная рыжеволосая девушка с большими печальными глазами, Александра, которая только что погибла, упав с крыши… «Да как же она здесь, она ведь мертвая, — вдруг поняла Галина, — они все призраки, они не настоящие!» Рогозина чувствовала, что лучше бежать, пока не поздно, но почему-то продолжала идти вперед, пока вдруг не остановилась. Теперь она просто не могла сойти с места и сказать хоть слово. Вдруг она услышала музыку. Музыка была незнакомой и очень странной. Ритм был неправильным. Девушки взяли друг друга за руки, образовав круг, в который включили и полковника. Елена Шустова, вставшая слева, вложила свою ладонь в руку Галины, а Вика Громова сделала тоже самое с другой стороны. Затем мужчина запел, мелодично и медленно, на непонятном для Рогозиной языке. Девушки двинулись, закружили хороводом вокруг костра, увлекая ее за собой. В конце каждого куплета они воздевали руки кверху и так же резко опускали их с началом нового. Темп с каждым движением нарастал. Песнопение становилось быстрее и громче, шаги шире. Вскоре они уже кружили в бешеном ритме вокруг костра. Казалось, они не замечали ничего вокруг. Галина вообще не понимала, что происходит, ей хотелось расцепить руки и убежать, но что-то все время останавливало. Костер внезапно вспыхнул, взвился вверх яркими языками пламени, из которых появилась бесплотная, но четко видимая мужская фигура. Сначала черты её были неясными, затем она становилась все более отчетливой. Наконец фигура превратилась в живого человека — Игоря Шустова. — Выбирай себе невесту! — произнес первую понятную фразу неизвестный в мантии. — Выбирай, — услышал Рогозина чей-то голос над самым ухом. — Выбирай, — повторили все девушки разом, чуть замедляя шаг. Игорь стоял, казалось, растерявшись от такого изобилия и не зная, как выбрать из такой массы потенциальных невест. — А если я никого не выберу? — спросил он. — Тогда тебе достанется та, на кого укажу я, — спокойно пояснил мужчина в мантии. От костра вдруг повалил густой дым, видно было как он обволакивал Шустова, забивался ему в ноздри и рот, не давая дышать. Игорь закашлялся, из глаз покатились крупные слезы. Капитан судорожно вертелся, всматриваясь в этот хоровод, пытаясь выбрать кого-то… Красавцы проходили мимо него, и почти каждая шептала: «выбери меня!» Наконец он вроде определился и сделал шаг к рыжеволосой Сашеньке, но вдруг чуть заметно покачал головой и отступил назад. Он снова зашелся в кашле, а когда смог вздохнуть произнес, указывая на Рогозину: — Галина! Я выбираю ее. Все прекратилось так же неожиданно, как и началось. Огонь немедленно стих, уменьшившись до прежних размеров. Дым, шедший от него, пропал. Девушки остановились так резко, что Галина чуть было не упала. — Ха, я знала, — воскликнула Лена, похоже, нисколько не расстроившись. — Я так и знала, что он выберет ее. — Тише. Он выбрал, — сказал мужчина в мантии. — Не самый лучший выбор, но начнем же ритуал. Подойдите ко мне и возьмитесь за руки. — Какой еще ритуал? — непонимающе спросил Игорь. — И почему, я должен тебя слушаться? Мужчина в мантии, выкрикнув в ответ несколько ругательств, словно разъяренный бык, бросился на Шустова, готовый, по-видимому, его задушить. Игорь мужественно встретил нападение, и между ними завязалась ожесточенная драка. Неизвестный маг старался схватить его за горло, но Шустов счастливо избегал этого, с остервенением нанося удары по груди и лицу неизвестного… Внезапно Игорь сдернул с его головы капюшон. Открывшееся бледное лицо с правильными тонкими чертами заставило Галину Рогозину замереть. Это был Илья Полозов… Девушки, казалось, равнодушно смотрели на эту драку. И только при ловких ударах одного из противников они издавали одобрительные восклицания… Драка продолжалась минуту, другую, а победа казалась еще далекою… Вдруг Полозов неожиданным прыжком очутился сзади Шустова, дав ему подножку, повалил наземь и с налитыми кровью глазами, весь бледный, стал душить своими цепкими сильными руками Игоря за горло. Дело становилось серьезным… Шустов захрипел. Тогда из круга выскочила Сашенька и бросилась на помощь капитану. Она с трудом освободила его горло от рук Полозова и, схватив Илью за шиворот, принялась оттаскивать его и крича с нескрываемым презрением: — Это подло так нападать! Не тронь Игоря. И вообще ты же обещал отдать его мне! Забыл, диббук проклятый? Полозов, с искаженным злобою лицом, взглянул на неожиданную защитницу: — Чего вмешиваешься, рыжая? Я хочу задушить его как он задушил меня… — Он тебя убил? — неожиданно для себя самой, произнесла вслух Рогозина, вдруг обретя дар речи. — А то ты не знала? — ядовито переспросил Илья. Полковник не ответила, почувствовав, как после возвращения ей голоса, рвутся невидимые узы, державшие ее на месте. Галина подбежала к Шустову. Когда она постаралась нащупать пульс, он немедленно очнулся, сел прямо, глядя на нее словно во сне. — Жив, — счастливо выдохнула полковник. — Пойдем, надо вывести тебя наружу. Она взяла очнувшегося Игоря за руку, помогла подняться, и, поспешно подобрала подол, повела капитана к выходу, на свежий воздух, прочь из этого жуткого места. — Бегите, бегите хоть на край света, но мы еще встретимся! — прозвучали вслед им голоса Ильи и Сашеньки. Пока они шли у Рогозиной сильно разболелась голова, даже создалось такое впечатление, что их выталкивают, гонят из пещеры. Когда они наконец выбрались наружу, Галина прикрыла глаза, прислонившись к стене около входа в пещеру.

***

Головная боль была просто жуткой. Галину слегка подташнивало, и сильно кружилась голова. Открыв глаза, она долгое время пребывала словно в тумане и не могла сфокусировать взгляд. Когда же полковнику это хоть немного удалось, она начала оглядываться. С удивлением она обнаружила что находится морге ФЭС и лежит на железной койке прямо в одежде. Чуть поодаль рядом со столом стояла Валентина Антонова и проводила какие‑то манипуляции. — Очнулась?! — оглянулась она. — Это хорошо!.. А я как раз вскрытие этой Александры закончила. Там без сюрпризов — смерть от травм полученных в результате падения… Ребята с ее техникой занимаются: телефоном, ноутбуком… Женщина улыбнулась, медленно подошла и присела на стул рядом с полковником. — Где Шустов? Что с ним? — с трудом произнесла Галина. — Тоже здесь, пока еще не проснулся, — ответила подруга, указывая на другую кушетку неподалеку. Но поговорить еще они не успели. На столе Антоновой зазвонил телефон. Ее срочно вызывал генерал Султанов по неотложному вопросу. — Извини, Галя, надо срочно по вскрытию отчитаться. Пока ты была без сознания, генерал занял твой кабинет и всех тут строит, — сказала извиняющимся тоном Валя. — Не думаю, что это надолго. Скоро вернусь. — Я никуда отсюда не денусь, — кивнула Галина, прикрывая глаза. Рогозина попыталась сосредоточиться и основательно поразмыслить, чтобы разобраться в собственной памяти. Во всем том, что случилось и что привиделось. Почему столько невероятных и местами противоречивых воспоминаний? Галина хотела понять, где истинные воспоминания, а где ложные. В задумчивости, почти потерявшись в лабиринтах своих мыслей, она перестала замечать окружающее, глаза смотрели внутрь себя… В своем сновидении Галина опять оказалась около пещеры рядом с Игорем, она позвала его по имени и вдруг, сквозь сон услышала его голос, который тоже ее окликнул. Пещера внезапно исчезла, она пошевелилась и открыла глаза. Полковник посмотрела на окликнувшего ее Шустова. Тот, видимо только что очнувшись, лежал на спине, повернувшись к ней лицом и смотрел на нее, буквально впился в нее взглядом безумных зеленых глаз. Рогозина от неожиданности тоже повернулась на кушетке в его сторону. Ее пронзила странная дрожь. С Игорем что-то творилось сейчас, и кажется, она понимала, что именно. Два бледных человека лежали друг напротив друга и молча смотрели в глаза, боясь отвести взгляды. Впоследствии они не могли сказать, сколько это длилось, одно мгновение или целую вечность. Во взгляде Игоря она прочитала что то, о чем она сейчас думала и гадала, капитан уже знает. Ему известно и о том, что случилось сейчас в ее видении, все до последнего момента. Но откуда? "Он тоже там был", - усмехнувшись, поняла она… Наконец, Галина отмерла первой, с трудом поднявшись на ноги, она подошла к нему, проведя пальцами по его лицу. Шустов поймал ее руку и прижал к своим губам. — Как думаешь они еще вернутся? — спросил он. — Да, — кивнула женщина. — Чтобы еще раз и еще раз встать у нас на пути. Но теперь мы узнаем их, мы всюду узнаем их…