В любой ситуации - пей.

[1]

      «Блять. Сука. Пиздец.»       Подобные мысли с огромной скоростью сменяют друг друга, не укладываясь целиком в голове сидящей, тихо перебирающей черезчур густые пряди, лежащие на плечах. «Леди» проводит в одном положении уже около получаса, ноги начинают затекать и слегка подрагивать. Каблуки сейчас явно лишние, от них только ступни болят да мозги кипят. С этим предположением уже хочется отбросить туфли в сторону, но навязчивое осознание того, что теперь она здесь далеко не одна, сохраняет остатки здравого смысла. Так что, тяжело вздохнув и последний раз заводя часть волос за ухо, Гона просто откидывается на спинку стула, кладя руки по обе стороны от себя. Чуть прикрыв глаза, бросает взгляд на окно, в котором как обычно ничегошеньки не видать. Однако, это явно не смущает деву, направляющую туда пустой взгляд, полный разочарования в этом грёбанном мирке и всех его обитателях.       Просидев так ещё с час, она не выдерживает. Пытается резко встать, но в глазах начинают появляться искры и понимание, что это, должно быть, плохая идея. Снова опускается на прежнее место, ждёт окончания дискотеки в зрении, и, думая о том, чтобы в этот раз встать медленно, наступает на те же грабли. Теперь выжидает уже в стоячем положении, параллельно распрямляя ноги вместе с коленными суставами. Простояв секунд десять, теряет терпение и, не взирая на покалывание в голове, несколько раз переставляет ноги в направлении ближайшего шкафа. Кухонного шкафа.       Дошагав до цели, хочет наклониться, дабы достать что-то с нижней полки, но быстро меняет решение. Ногой поддевает створку ещё одного шкафа неподалёку, распахивая его с соответствующим противным скрипом. Садится на колени поближе к открытой дверце и копошится внутри, отодвигая множество склянок и пакетов. Добирается до цели и вскрикивает от счастья. Опомнившись, затыкает рот ладонью. Острые ногти мгновенно впиваются в щеку, чуть не раздирая чувствительные ткани. Из глотки вновь едва не вырывается крик, вовремя присечённый подсознанием. С тяжёлым вдохом она убирает руку с лица, сразу же протягивая её внутрь шкафчика, и вытаскивая оттуда что-то более значимое. При подробном рассмотрении становиться понятно, что это вино. А точнее, портвейн.       С радостным выражением лица, будто ещё совсем недавно не сидела, размышляя о способах переселения, девушка достаёт из того же шкафа небольшую стеклянную рюмку и направляется к столу. Отодвигает единственный стоящий стул, небрежно ставит бутылку с рюмкой рядом, и снова садится, укладывая ногу на ногу. Помотав глазами по дверям и ближайшим окнам, она пытается ногтем поддеть пробку в стеклянном горлышке, однако та даже не думает поддаваться. Хмыкая, и размышляя о том, как приятно будет поле всех этих мучений выпить чего-то стоящего, пробует извлечь затычку уже всеми пальцами правой руки. Не выходит. Начинают появляться сомнения о действенности рук в данной проблеме. Зрачки проходятся по кухонному столу, в поисках подходящей замены. В поле зрения попадает острый нож, которым Гона как раз порезалась вчера, пытаясь разделить хлеб на части. Пройдясь за прибором и обратно, в ход идёт лезвие. Как ни странно, это срабатывает. Кончик ножа застревает в плотной поверхности, и при попытках вытащить его, пробка просто отлетает вместе с ним в дальний угол, несколько раз ударившись об пол с довольно громкими звуками. За пропажей идти не хочется, да и понадобится она не в скором времени, из-за чего брюнетка решила просто забить на это.       Повернувшись к стоящей на краю бутылке, она видит несколько красных капель на поверхности стола. Видимо, пролилось немного. Проводя пальцем по линии жидкости, слизывает с кожи немного, привыкая к странноватому вкусу. Полностью облизывает палец, и берёт в руки бутылку, оказавшуюся до краёв наполненной алым веществом. Пододвинув рюмку поближе, резко наполняет его почти до краёв. Видимо, это было ошибкой. Тихо выругавшись, рука опускает бутыль в прежнее положение, решая потом закрутить горлышко. Длинные пальцы обволакивают середину стекла, приподнимая его на уровне лица. Дева незнамо зачем всматривается в глубину вина, словно надеясь увидеть там что-то. Наконец, ей это надоедает. Бокал проделывает секундный путь к губам и вскоре оказывается опустошён почти наполовину. Она явно не умеет расчитывать приемлемое количество. Чуть ли не уронив ёмкость на стол, закашливается и решает слегка умерить пыл. Во второй раз обжигающий напиток был допит минут за пять.       Когда на подходе третья рюмка, Гона думает о своём новом «соседе». Интересно, где он сейчас. Пытаясь отогнать эти мысли не к месту, глотает маленькую часть из находившегося в руке, перед тем как заметить фигуру, тихо стоящую в дверном прёме. Сюда бы подошло выражение «Вспомнишь гов… вот и оно», но пожалуй воздержусь. Чисто из вежливости девушка думает, что надо бы предложить выпить и ему, всей душой надеясь на отказ. — Я знаю, что ты здесь, — говорит, пытаясь казаться как можно более спокойной — Будешь?       При последнем слове головой указывает на портвейн. Ответ следует незамедлительно — Я не пью.       Брюнетка на секунду отворачивается, слыша шум позади себя, но, ничего не обнаружив, поворачивает голову обратно. «Напарника» и след простыл.       С этого момента Гона зареклась мыслью споить своего нового знакомого, и чем скорее, тем лучше.

[2]

      Случай, как ни странно, предоставился довольно скоро, дня через три-четыре.       «Дива в красном», как это обычно бывает, от скуки, прогуливалась по обшарпанным коридорам того, что некогда звалось замком. Сейчас это даже руинами сложно назвать, скорее… Металл, держащийся на молитвах его обитателей. Каблуки отбивали ритм по кое-где обвалившимся кускам каменного пола, и порой отпинывали хлам, валяющийся на дороге. Под хламом подразумевались осколки битого неубранного стекла, довольно массивные куски арматуры в известке и, в приоритете, жуковидные дегенераты, валяющиеся на пути.       Встряхнув густой шевелюрой, порядком мешающей в некоторых моментах, брюнетка решительным шагом направилась к кухне. Изворотливые коридоры порядком надоедают, когда из одной части руин тебе нужно со скоростью света попасть в другую.       А, собственно, кто такая Света? Ладно, забыли. Довольно скучно просто идти, сложив руки в замок перед собой, дабы не рыскали где попало.       Ну, и чтобы лак был виден.       Так жарко сегодня, надо внести в список планов на день залезть в холодильник и провести там час.       В голову лезли мысли, не имеющие абсолютно ничего общего с происходящим. Это очень мешает сосредоточиться, особенно когда тебе нужно думать о чём-то определённом. На горизонте появляется лестница, признак того, что где-то рядом кухня. Повезло. Ступеньки трещат и шатаются, чувство что они на добром слове держатся. Гона попыталась как можно быстрее перебежать через пролёт лестничной клетки, ступая на твёрдый камень пола.       Ну, не такой твёрдый как на первом этаже. Но не так страшно как у окон.       Видя на близлежащей стене дверь на кухню, девушка изо всех сил постаралась оставить мысли «не к месту» за порогом у лестницы. Напуская на себя невозмутимый вид и стараясь держать вечно-элитную осанку, потянула за ручку двери с довольно скрипящими суставами, и с тихим скрипом чуть ли не распахнула её сквозняком. Стараясь не выглядеть глупо в глазах сидевшего рядом, вопросительно смотрящего прямо на неё, дверь была захлопнута так же резко, как и открыта. Отворачиваясь от нежелательных взглядов, она быстрым шагом прошествовала к холодильнику, в этот раз открывая его только наполовину. Взяв первое попавшееся на глаза, столь же стремительно закрыла холодную дверцу, не нуждаясь в очередных упреках. После поглядела на руку, в которой покоилась бутыль. Странная бутыль.       Экспертиза, представляющая собой детальный осмотр со всех сторон ничего не показала. На склянке не было ни надписи, ни этикетки, ни даже намёка на содержимое. И в бутылке была пробка. Ну очень похожая на ту, что затерялась в последствии борьбы ножом за вскрытие. Хотя все пробки, в принципе, одинаковые. Всё это время Гона старалась делать вид, что ситуация под контролем и она абсолютно точно знает, что внутри, но похоже, это не очень удалось. Путём не долгосрочного шевеления извилинами было принято решение узнать содержимое методом пробы. О том, что там может храниться яд, мы, конечно же, не подумали. Взяв первый попавшийся на глаза стакан, девчонка предприняла отчаянные попытки извлечения препятствия путём рукоприкладства. Хотя тщетно прокручивающие туда-сюда руки сложно назвать тяжкими телесными, штраф в виде наступания на прежние грабли и проливания малой части содержимого бутыли на пол всё же был получен.       Вдоволь нарадовавшись возможностью не делать лишних шагов за ножом или дополнительной парой рук, дегенератка всё же додумалась налить неопознанную жидкость в стакан, попутно едва не обрызгивая всё вокруг. Поставив бутыль обратно на стол, и закрутив в этот раз никуда не улетевшую затычку на прежнее место, у девушки начали появляться сомнения насчёт безопасности данного метода. Пошевелив извилинами во второй раз, было принято решение дать пробу тем, кого не жалко. А если это окажется бухло, то цель намбер ван будет выполнена без особых усилий, два в одном, определенно надо пробовать.       Сделав выводы, Гона, спрятав стакан за спину, подошла к мирно сидящему на кресле парню, который кинул на неё вопросительный взгляд уже который раз за день, не понимая, почему эта странная ходячая проблема до сих пор от него не отвязалась. Заметив непонимание со стороны «подопытного», дева протянула ему бокал с шипящей жидкостью со словами: — Попробуй. Не пожалеешь.       Последнему эта чрезмерная «доброта» показалась слегка подозрительной, но и от угощения отказываться как-то тоже… Невежливо, что-ли. Подумав, что наверняка об этом пожалеет, он взял наполненный стакан, едва коснувшись пальцев собеседницы своими. Её ногти всё равно успели слегка задеть руку, оставив красный след после себя. Не придавая этому особого значения, парень уже собирался попробовать, но… — Стоп. — М? — вопросительный взгляд поднялся теперь уже на него. — Ты чувствуешь запах от этой хрени? — Какой запах? Я ничего не чувствую. — Не притворяйся глупенькой. Я сразу понял, что это Ликёр.       От такого заявления брюнетка мягко говоря, опешила. Что-ж, очередной план-капкан не сработал. Но не время расстраиваться.

[3]

      Читающей что-либо девушку можно было увидеть довольно редко. Она не очень любила тратить время на «бессмысленные вещи», в список которых по её мнению входило абсолютно всё, требующее времени для полного понимания, но, как ни странно, книги, содержащие какую-либо информацию в этот топ явно не входили. Даже наоборот, порой для осуществления чего-либо приходилось изучать гору страниц и абзацев, о зачастую важных мелочах. Вот и сейчас, сидя на твердоватом диване, «главный авторитет сия мира» утыкалась глазами, хотя чего уж мелочиться, всем лицом, в несчастную страницу очередной замены википедии, не понимая практически ничего, но не сбираясь сдаваться. Вникнуть в один единственный, первый абзац она пыталась уже около трёх-четырёх минут. Глаза снова и снова пробегали по всего лишь трём строчкам, содержавшим однако больше воды и неопределённых буквосочетаний, чем страдалица видела за всю свою недолгую жизнь. А видела она немало.       В конце концов, не выдержав смысловой нагрузки, вскипевшая просто швырнула несчастный картон в переплёте в самый дальний угол комнаты. Первая же выпрямилась в сидячем положении, обхватив себя же руками, создавая своеобразное подобие обьятий. После такого мозгового штурма они точно были тем, чего ей сейчас не хватало. Просидев так некоторое время, захотелось выпить чего-нибудь. Например, кофе. Вздохнув о «тщетности бытия», она смиренно потащилась исполнять волю организма. Пройдя до тумбы, хотела включить кофеварку. Вспомнила, что её нет. Выругалась. Вспомнила, что молотый кофе всё же есть. Обрадовалась.       Сидя всё на том же многострадальном диване, большими глотками хлебала горячий напиток из не менее горячего стакана. Не менее горячими, обожжёнными руками. Кто ж знал, что ложка тоже останется такой нагретой? Уже по привычке сложив ноги друг на друга и покачивая лежащей наверху, иногда подправляя спадающие туфли, она, решив дать второй шанс несостоявшемуся источнику информации, придерживала страницы пальцами левой руки, правой держа стакан с кофе. Глаза уже порядком устали от постоянного напряжения, так что, долистав до страницы седьмой, книжонка была благополучно возвращена на место в углу. Взгляд опустился на часы. Пять минут первого.       И где он только шляется       Её сожитель должен был вернуться с полчаса назад. Обычно он возвращался даже раньше чем следовало, так что это было немного странно. Не сказать, чтобы она волновалась, но одной зависать здесь явно не хотелось. Кофе уже было допито, и встал вопрос о дальнейшем времяпровождении. Ответ нашёлся довольно быстро.       Пьяницей девушка, конечно, не была. Просто любила иногда залить свои мысли или проблемы старым-добрым алкоголем. Нельзя сказать, что ей очень уж нравился вкус всего этого «нестандартного» питья, но вот ощущения после него были запоминающиеся. И головная боль с утра, когда нажралась в хлам. Так что, с успокаивающими мыслями о том, что к вечно пьющим людям она точно не относится, брюнетка, вновь устроившись на диване, тихо-мирно отпивала понемногу из наполовину пустого стакана. Уже подумывая о том, чтобы выйти прогуляться, она переклала ноги так, чтобы покоившаяся вверху устроилась теперь снизу. Одновременно со скрипом открывающейся двери, которую уже давно надо было смазать или вообще убрать. — Что-то ты долго сегодня, — ещё глоток, и «сногсшибательная» идея — А может… — Никакого бухла.       Грубо, зато прямо. Что-ж, не расслабляемся.

[!]

— Серьёзно? — Да. — Вот прям точно-точно? — Да. — Я точно не ослыша- — Просто налей и отвянь от меня.       Это было ошибкой. — Чел, когда я говорила «немного», это означало немного. Четыре стакана — далеко не немного. - … — Чего ты молчишь? Уже в хламину? Не удивлена.       После заключения должен был последовать неопределённый жест рукой, но ладонь грубо перехватили, вернув на прежнее место на столе. — Не злись. Ты слишком милая, когда так делаешь.       Этот день определённо был самым странным в её жизни. Без малейших сомнений.