Музыка света и танец сумерек

      Они встречались, когда зажигались первые фонари. Сумерки окутывали город, скрывая случайных знакомых друг от друга. Они никогда не договаривались о встрече заранее, зная, что оба готовы отдать себя этим тайным свиданиям лишь в вечер четверга, и то когда стояла приятная погода.       Им обоим было тесно в стенах кафе или ресторанов, и потому встречи всегда случались в парке. Она приходила чуть позже и искала его по мелодии, что пролетала между деревьев. Когда-то именно так они встретились, познакомились и негласно решили проводить вечера вместе.       Неспешную и в то же время задорную манеру исполнения партнёра она научилась различать быстро. Улавливала, стоило только пройти по знакомой аллее парка. Казалось, что в музыке он выражает всё, что чувствует в этот момент, когда медленно и неохотно уходит день, полный суеты и пустых разговоров, и просыпаются тайны, скрытые среди сумеречных теней и пятен света от фонарей.       И девушка летела к этой музыке, подобно мотыльку, что вот-вот готов разбиться о стеклянный купол светильника. Сама не замечала, как начинала идти в ритм с незатейливой мелодией. Это повторилось и сегодня.       Заметив своего партнёра, она ненадолго замерла, подмечая наклон головы, сосредоточенный взгляд и стремительный бег пальцев по струнам. Гитарист сидел в свете фонаря на скамейке и будто не замечал ничего вокруг, полностью отдав себя музыке. Вот пальцы на несколько мгновений замерли. Глухой удар ладонью по корпусу — и мелодия повторилась снова.       Решив больше не ждать, она неслышно подошла ближе, и он тут же поднял взгляд.       — Привет.       — Здравствуй. Я ждал тебя.       Знакомые тихие интонации голоса сплетались воедино с мелодией. Стараясь не разрушить это единение, она села рядом, сложив руки на коленях, как воспитанная леди. И всё же понимала, что снова не может только слушать. Душа просила соединиться с мелодией, и этому желанию трудно было противиться. Легко поднявшись, девушка отошла к границе света от фонаря.       Мелодия прервалась на секунду — замереть. Удар пальцами по корпусу гитары — принять позу. Гитарист слегка улыбнулся и дёрнул струны. Быстро побежали пальцы, и в такт музыке она стала танцевать, то делая шаг в сторону света, то на несколько секунд скрываясь в сумерках так, что был заметен лишь её силуэт. Движения никогда не повторялись, девушка просто плыла по течению и меняла шаги так, как подсказывало ей сердце. На короткий миг могла пересечься взглядом с партнёром, после чего её неизбежно тянуло в тень. Словно она не хотела, чтобы кто-то видел, как обнажается её душа в этих движениях. Как простая мелодия заставляет открыться не для всего мира, но хотя бы для себя.       Пауза в мелодии — замереть на грани. Продолжение — снова кружиться, не оставаясь надолго ни на одной из сторон. Девушка понимала, что не смогла бы достичь подобного, слушая ту же мелодию дома из динамиков. Стук её каблуков уносился в небо, следуя за нотами от струн, и она сама была готова оторваться и раствориться в темнеющем небе, но редкие взгляды гитариста удерживали её на земле, и танец между светом и тенью продолжался.       Она обычно уставала быстрее, но возвращалась на скамейку с улыбкой и рассеянным взглядом. Но ведь от музыки нельзя опьянеть? Возможно.       Тогда что заставляло её чувствовать себя так легко?       Она и сама не могла ответить. Может, это была безграничная свобода и тишина парка, что разрывалась одной лишь мелодией. Может, стремительный диалог взглядов музыканта в тёплом свете фонаря и танцовщицы, одетой в сумерки надвигающейся ночи.       Говоря честно, она и не искала ответа на свой вопрос. Просто наслаждалась моментом, жила в нём и оставалась частичкой души в новом тёплом вечере. А когда затихали струны, на секунду замирала, чтобы запомнить звенящую тишину.       Он убирал гитару в футляр и с лёгким поклоном исчезал в ночи. Она ещё какое-то время сидела, словно надеялась, что он вернётся, но потом также тихо уходила в другую сторону.       До следующего вечера, где сольются музыка света и танец сумерек.