Влюблённый дьявол

В поезде повисла воинственная аура и гробовая тишина, все сосредоточились на девушках, которые, казалось бы, сейчас могли испепелить друг друга взглядами. Ости насмешливо смотрела на соперницу, которая бросила ей вызов в таком откровенном танце, ну а Мишель просто была уверена в себе и своей победе, что даже смысла не видела смеяться над противницей. Жизнь и так посмеялась над ней. Ости не замечала этого, она была на все двести пятьдесят процентов уверена в своём первенстве, считала, что равных ей здесь, на Небесах, точно нет. Не было… — Советую тебе отказаться от этой идеи и просто извиниться, — Ости не видела себе равных, никто не мог быть лучше неё, тем более в танце, предназначенном для демонов. Идеально подходил их страстной и горячей натуре. Конечно, дьяволица и не предполагала, что Мишель прекрасна во всех танцах, не даром же её выбрали хореографом молодёжной группы в университете. Девушке не составит труда станцевать стрип, но кое-какое волнение всё равно присутствовало, боялась, что слишком переоценила свои силы, ведь не знала, чего ожидать от Ости. — Будь умницей, Непризнанная, тебе со мной не тягаться, где ты, а где я. — Может ты так говоришь, потому что испугалась? — хоть Мишель и одолевали различные сомнения, она не собиралась отступать. Можно ведь было, конечно, отказаться, перевести всё в шутку и остаться навечно униженной этой ситуацией, но девушка выбрала другой вариант: рискнуть и с честью принять либо победу, либо поражение. Давать слабину в компании демонов было бы непростительно, если она сама хочет принять эту стороны. Тем более на них смотрит Брэндон, разве могла Мишель даль ему лишний повод для подколов? Или дело в другом? — Ты… — Ости оскорбилась, никто и никогда не смел так разговаривать с ней, тем более из четы Непризнанных. Больше всего бесило, что Люцифер. Вместо того, чтобы заступиться за неё, бросал многозначительные взгляды на Вики, думая, что никто этого не замечает. С появлением новеньких на Небесах всё пошло кувырком для тех девушек, которые мечтали оказаться в постели самых популярных демонов Ада. Ости этот факт бесил больше, чем кого-либо. Агата в своё время уже забрала у неё Александра, не может же она позволить истории повториться. Проиграть Непризнанным было бы слишком унизительно. — Я давала тебе возможность не опозориться, помни об этом великодушном жесте с моей стороны. — Вместо того, чтобы языком чесать, уже давно бы станцевала. Сделав вид, что не услышала очередную провокацию, Ости вышла на середину поезда, она собиралась танцевать для всех, показывая мастерство своего тела. Девушка двигалась в такт музыке и даже попадала в неё. Движения были горячими, кое-где даже страстными, но совершенно не связными и не плавными. Ости будто повторяла то, что видела в танце других, но совершенно не чувствовала своих собственных порывов тела. Не удивительно, что каждый во время её танца занимался своим делом. Естественно, демоны смотрели на выступление Ости, поддерживая и восхищаясь, но и то не всем было это интересно. И Мишель успокаивал этот факт. Агате не нравилось, что Александр так внимательно наблюдал за чужим танцем, поэтому девушка рискнула перевести его внимание на себя, позволив демону чуть больше, чем обычно. Нильсен, конечно, немного опешил, когда такая страстная дьяволица оседлала его, игриво глядя в глаза, но быстро сориентировался, воспользовавшись таким редким моментом. Наблюдая за Харрис, Алекс думал лишь о том, как прекрасна она, когда находится сверху. Раньше он не позволял ей этого, всегда оставаясь доминантом, но уже готов был пересмотреть свои принципы. Вики и Люцифер постоянно переглядывались, но заговорить друг с другом не решались. Она из-за гордости, он из-за статуса. На самом деле то, что произошло между ними на уроке Фенцио, по-своему повлияло на каждого. Девушке было жутко неловко и стыдно, а сын Сатаны никак не мог понять, почему в голове вообще зародилась подобная мысль. Уокер, конечно, была довольно симпатичной девушкой, будь она демоном, Люци ещё мог бы понять их маленькую шалость. Но Вики — Непризнанная, а он не связывается с таким, как она. В чём же дело? Брэндон был одним из тех, кто подумал, что взглянуть на подобный танец будет интересно, тем более Ости танцевала для всех. Однако, ему не особо нравилось то, что делала дьяволица, не в его вкусе были все её движения, да и она сама тоже. Очень сложно передать страсть и желание через танец, Форд был ценителем такого искусства, он знал. Так вот на его взгляд у Ости выходило это из ряда вон плохо. Дьяволица закончила свой танец эффектно, почти полностью обнажившись на глазах у всех присутствующих, стыд никогда её не беспокоил. Большая часть демонов восторженно аплодировала и кричала, что это было восхитительно, волшебно, невероятно. Но Брэндон был с ними совершенно не согласен, он не увидел в этом выступлении то, что хотел. Ости ничем не смогла зацепить демона, и тот посчитал, что только зря потратил драгоценное время. Но, когда настала очередь Мишель, Форд напрягся, он наблюдал за тем, как уверенно она выходит в центр, оглядываясь на него, и внутри всё перевернулось. Брэндон возлагал большие надежды на её танец. — Мне нужен стул и… — у Непризнанной был свой подход к танцам, она предпочитала тщательно готовиться к ним, чтобы не быть неинтересной, как это случилось с Ости. Если выступает Мишель, все взгляды точно должны быть обращены на неё, иначе как можно считать себя превосходным хореографом? Девушка осмотрела поезд в поисках последнего, что ей необходимо для танца, и взгляд остановился на том самом парне, которого она первым встретила в этом поезде. Глазами. — Брэндон, зайка, иди ко мне… Брэндон удивлённо изогнул бровь, Мишель уже смогла заинтересовать его больше, чем Ости, хотя даже не сделала ни одного движения. А как сладко она назвала его зайкой, разве после такого тона можно проигнорировать просьбу? Он встал с насиженного места, чем очень удивил собравшихся вокруг дьяволиц, и подошёл к девушке. Ухмылка не покидала его симпатичное личико, Брэндон многого ожидал от выступления Мишель, оно уже обещало быть не таким, как предыдущее. Парень слышал, как колотится сердце девушки, но и его собственное заглушало звуки вокруг. — Ну, я здесь, лапуля, весь твой, — Брэндон расправил руки и усмехнулся, будто бы ждал от девушки объятий, это заставило её чуть заметно улыбнуться. Но Мишель решила действовать по-другому. Она слегка надавила на плечи демона, намекая, чтобы тот сел на стул, и, чёрт возьми, Форд сделал это. Брэндон беспрекословно слушался Мишель, было до чёртиков интересно, что она станет делать дальше, зачем ей посторонний человек в танце. Предвкушение заставляло тело покрываться мурашками, настолько заинтересован был в Непризнанной демон. — Что ты задумала, дьяволица? «О, тебе понравится, сладкий…» — Стрип — это откровенный вид танца, я бы даже сказала — интимный, — Мишель хитро улыбнулась, вводя Брэндона в замешательство. Ей нравилось, что может выглядеть загадочной, таинственной в глазах демона, той, кого хочется понять, разгадать. Девушка опустилась к уху парня, тот чувствовал, как горячее дыхание опаляет кожу, и это просто сводило с ума. Будь они одни, он бы уже давно терялся где-то в поцелуе с этой маленькой негодницей, но изо всех сил сдерживал себя на глазах других. Не ради своей репутации, ради Мишель. — Я буду танцевать его для тебя, Брэндон. Брэндон уже чувствовал, как возбуждение разливалось по напряжённому телу, становилось жарко…он полностью расслабился, отдаваясь ситуации. Заиграла музыка, и Мишель начала свой танец страсти и желания. Каждое движение девушки сопровождалось возгласами и восхищёнными комментариями, некоторые из них были даже слишком пошлыми, но она не обращала на всё это никакого внимания, сфокусировалась только на одном демоне, для которого танцевала. Мишель выгибалась кошечкой, сексуально касалась себя, не выходя за рамки, естественно. И всё это она делала, глядя Брэндону прямо в глаза. Танец и правда выходил очень интимным, слишком страстным, чтобы спокойно реагировать на него. Брэндон как ярый собственник хотел увести девушку отсюда, чтобы никто, кроме него, не видел, как Мишель расстёгивает на себе блузку. Но он не успел, девушка оседлала его, сексуально закусив губу, не прерывая при этом зрительный контакт. О, как же давно демон желал увидеть её такой. Форд хотел обнять Мишель, прикоснуться к каждому миллиметру манящего тела, но девушка завела его руки за спинку стула, заставляя всех напрячься. — Трогать нельзя, — Мишель хитро улыбнулась, глядя в игривые глаза демона, а тот готов был отдать всё, только бы она всегда так ему улыбалась. Девушка ощущала, как между ними каждый раз пробегает искра, и то желание, что возникает после, просто сводило с ума. Им обоим хотелось куда больше, чем обычные переглядывания, но получить всё и сразу было бы не так интересно. — Потерпи чуть-чуть и получишь свою награду, согласен? — Ты меня до ручки решила довести, лапуля? Мишель проигнорировала вопрос парня, потому что ответ и так был очевиднее некуда, и продолжила свой танец. Девушка не покинула колени демона, продолжая своё выступление не вставая. Это очень возбуждало, Брэндон в принципе почти сразу смирился с тем, что стояка ему не избежать, поэтому просто наслаждался, глядя как Мишель выгибается на нём. Как же соблазнительно она выглядела сейчас, самая настоящая дьяволица, хоть и личико ангельское. Внутри скрывалась чертовски огненная особа. Хотелось взять и…взять. Брэндон был уверен, что это определённо проверка на прочность и стойкость для него, только вот Мишель не учла, что он далеко не пай-мальчик, терпение — не лучшая его черта. Но и девушка, как говорится, не пальцем деланая, знала, на что шла, значит была готова к любым последствиям, которые предстояло бы решить. Она вдруг положила свои ладони на шею демона, ощущая, как корит его тело, переполненное желанием. Мишель заглянула в затуманенные возбуждением глаза, и сама почувствовала некую тяжесть внизу живота. — Готов получить свой приз? — по началу Мишель даже и не думала как-то поощрять демона за участие в этом споре на её стороне, но танец так сильно завёл её, что хотелось куда больше шалостей. Все думаю, что все эти переглядывание, шёпот на ушко, соблазнение — часть танца, но это так лишь отчасти. На самом деле девушке хотелось видеть на себе взгляд Брэндона, полный желания, ощущая, как оно незримо передаётся и ей. Она хотела его и еле сдерживалась, чтобы не поддаться соблазну, наплевав на принципы. — Ещё бы, я столько страдал ради этого… — Так не понравился мой танец? — Брось, лапуля, ты ведь прекрасно понимаешь, что я имею ввиду, — Брэндон слегка приподнялся, делая вид, что пытается усесться поудобнее, но на самом деле сделал это, чтобы Мишель почувствовала его возбуждение, поняла, как сильно демон хочет её прямо здесь и сейчас, сдерживая собственные порывы. Мишель снова закусила губу, тело слишком остро реагировало на этого мужчину, было жутко неудобно от того, что контроль пропадал практически мгновенно, стоило ему вытворить что-то подобное. Девушка чувствовала, что её терпению приходит конец. — Чувствуешь, как мне понравился твой танец? Мишель не сдержалась и впилась страстным поцелуем в губы парня, а тот сразу же подхватил её напор, не позволяя больше застать себя врасплох. Все вокруг довольно захлопали и закричали, на этот раз танец смотрел весь поезд, даже ангелы, казавшиеся святошами. Но Мишель и Брэндона происходящее вокруг совершенно не волновало, они самозабвенно целовались, отдаваясь друг другу без остатка. Со стороны могло показаться, что это финальная часть танца, что так и было задумано, но девушка не собиралась заканчивать выступление таким образом. Просто какое-то внутреннее, очень настойчивое чувство подтолкнуло её вперёд, к сладким и желанным губам демона. А остановиться уже было невозможно. Девушка отстранилась, желая вновь заглянуть парню в глаза, прочитать там его чувства, эмоции, увидеть реакцию, но не успела. Брэндон теперь уже сам вовлёк её в страстный, горячий поцелуй, он не мог остановиться, теперь, когда дорвался до желаемого, это было бы глупо упустить. Руки демона были везде, абсолютно на каждом участке тела Непризнанной, будто их было не две, а двести. Мишель тяжело дышала, когда поцелуи переходили к шее и спускались ниже. Она понимала, что пора было уже остановить демона, но хватало силы воли прервать сладостную пытку. — Брэндон… — Мишель почувствовала, как парень только сильнее прижал её к себе, чтобы она почувствовала, что делает с ним. Девушка понимала, что от такой близости только сильнее пьянеет, ведь оставаться спокойной в такой ситуации было просто невозможно. Однако, хотелось чувствовать себя полностью его только наедине, никак не на глазах десятков демонов и ангелов. — На нас все смотрят…остановись. — Стесняешься? Серьёзно? — Брэндон усмехнулся, он как никто другой понимал сейчас, что Мишель на самом деле не хочет останавливать его, она хочет продолжить, хочет оказаться в его умелых руках. О, если бы девушка просто сдалась ему, демон был бы внимателен к ней и её желаниям, даже мог бы быть нежным, если бы она захотела этого. Никого и никогда ещё Брэндон так яростно не желал заполучить в свою коллекцию, Мишель станет самым особенным экспонатом в ней. — Ты только что танцевала при всех стрип, уверена, что смущена чужими взглядами? — Я танцевала не для всех…для тебя… Только после этих слов Брэндон понял, что девушка имеет ввиду, и она была права, пора успокаиваться. Их поцелуи действительно, скорее всего, зашли бы намного дальше, и брать её здесь — на глазах толпы — слишком унизительное решение с его стороны. Мишель заслуживала лучшего, это понимал даже он, демон, чужие чувства для которого всегда были чужды. С появлением Мишель на Небесах что-то в нём сломалось, и демон никак не мог привести себя в прежнее состояние. — В следующий раз ты так просто не сбежишь от меня, лапуля, — Брэндон в последний раз коснулся губ Мишель, но сделал этот так нежно, что тело девушки задрожало, призывая не останавливаться, наплевав на всех. Но так нельзя. Демон ласково погладил девушку по волосам, ухмыльнувшись, он понимал, что сейчас, возможно, накрылся лучший секс в его жизни, но не отчаялся. Форд знал, что рано или поздно получит её, и пусть это случится в более подходящем месте. — И тогда я сделаю с тобой всё, что захочу, а желания у меня безграничны, Мишель. Зал ликовал, Ости что-то кричала в порывах ярости, а Брэндон и Мишель никак не могли налюбоваться друг другом. Ясно было лишь одно: победа безоговорочно досталась Непризнанной. Но она смогла ещё и вырвать джекпот, о котором даже не воображала.

***

Агата ушла с вечеринки раньше всех, сказав девочкам, что очень плохо себя чувствует. На самом деле она ушла из-за банальной ревности, было чертовски неприятно смотреть, как к Александру липнут другие дьяволицы. Самое паршивое в том, что он был совсем не против этого, выглядел довольный, словно кот, объевшийся сметаной. Харрис была по природе своей рьяным собственником, как и все демоны, поэтому не желала делить Алекса с другими девушками, только вот он настойчиво этого не замечал. Смотреть на него в объятиях других было просто невыносимо. Говорят, что демоны могут пережить самую сильную боль, но это не значит, что они её не чувствуют. «Даже не заметил, что я ушла…» Агата посчитала, платье ей уже не нужно, ведь она не собиралась никуда больше выходить сегодня, поэтому приняла решение переодеться во что-то более удобное. Девушка подошла к шкафу, скинув одежду с плеч, оставаясь в одном только кружевном белье. Она слегка замешкалась, заглянув в зеркало, внимание привлекло собственное отражение в нём. Харрис вдруг задумалась, что в ней не так, почему сегодня Александр предпочёл ей других? Агата пару раз повернулась бочком, фигурка у неё была что надо, а больше всего радовал плоский животик. Но этого явно оказалось мало, чтобы удержать рядом с собой страстного, свободолюбивого демона. — Прекрасна, как, впрочем, и всегда, — до боли знакомый голос заставил Агату обернуться, почувствовав какое-то странное ощущение в области сердца, оно так бешено стучало, что, казалось, выпрыгнет из груди. Александр стоял при входе, опершись на дверной косяк и довольно ухмыляясь. — Я потерял тебя, золотко, ты так быстро ушла, что я даже заметить не успел. — Конечно, ты ведь был так занят, чтобы заметить это, — Агата не упустила возможности съязвить, а видеть, как меняется лицо Александра — сущее удовольствие. Парень ловко преодолел расстояние между ними, стараясь поймать бегающий взгляд дьяволицы. Когда Харрис ревновала его, была всегда такой милашкой, но сегодня ощущалось в ней что-то иное, её будто подменили. Нильсен прекрасно понимал, что это из-за тех дьяволиц, но не понимал, на каком основании она высказывает ему все свои претензии. — Хватит пялиться на меня, проваливай, я собираюсь спать. — Знаешь, Агата, ты права, эти бестии и правда были очень ненасытными, меня едва на всех хватило, — грубость со стороны девушки сподвигла демона ответить ей тем же, подливая масла в огонь, то есть в её ревность. Харрис не показывала своих истинных чувств, но она с трудом сдерживала накопившиеся слёзы, слова Александра словно ножом по сердцу прошлись. Он и так разбивал его своим безразличием к её чувствам, а сейчас совсем позабыл про такт, рубя правду матку прямо в лоб. — Давно я не ощущал такой усталости. — Если ты пришёл поговорить о своих шлюхах, то выйди вон, мне это не интересно! — Агата уже не могла спокойно разговаривать, срываясь на крик. Она сжала руки в кулаки, длинные ногти впивались в кожу, но эта боль была не сравнима с той, что испытывало влюблённое девичье сердце. Харрис не могла посягать на чужую свободу, но и мириться с подобным не собиралась. Раз за разом она проводила ночи вместе с ним, Александр всегда выбирал её, и девушка думала, что это что-то значит, что она особенная для него. Ошибаться было очень больно. — Что встал, иди, тебя явно уже кто-то ждёт сегодня, не стоит заставлять девушку скучать. — Да что с тобой не так, Агата? В чём твоя проблема? — Александр, который обычно всегда оставался спокойным, усмиряя пыл Харрис, сегодня сам закипал покруче лавовых рек в Аду. Он просто не узнавал девушку, которую выбрал когда-то за её прекрасную внешность, стальной характер и привлекающую сексуальность. Сейчас Агата была похожа на какую-то мегеру, пилящую его за хороший отдых. — Если ревнуешь, наберись смелости признать это и сказать. — Да кому ты сдался! Просто сегодня я поняла, какой безмозглой дурой была всё это время, наивно прыгала к тебе в постель, думая, что… — Что ты думала Агата? Что особенная, раз я отдал предпочтение тебе? — Александр был взбешен, даже не дал девушке договорить, хотя по факту сам произнёс то, что она хотела сказать. Только вот Харрис чувствовала, что не к добру всё это, великолепная интуиция подсказывала, что ничем хорошим эта стычка не закончится. Раньше они с Алексом никогда не ссорились так серьёзно, да, были какие-то незначительные споры, но то, что происходило сейчас, просто разбивало Агате сердце. Так не должно было. — Ты такая же, как и все, спустись на землю. Задрала себе цену, только потому что чаще других спала со мной? Тогда ты и правда наивная дура, Агата. Послышался характерный звук пощёчины, это оповещало о том, что у Агаты, вероятно, закончилось терпение слушать все эти унизительные речи. С первых фраз она поняла, что ничего не значит для Александра, так зачем теперь сдерживать себя? Нильсен явно хотел снова сказать что-то колкое, но девушка предотвратила поток новых оскорблений, снова ударив демона, но теперь гораздо увереннее, чем в первый раз. Алекс был в ярости и никак не пытался скрыть этого. Ну, а с другой стороны, какому уважающему себя демону понравится такое хамское поведение в отношение себя любимого. Александр схватил девушку за руку, притягивая к себе, по его лицу можно было предположить, что он собирался ударить в ответ. Но Нильсен — мужчина, он не позволил бы себе подобного, даже если бы Агата залепила ему тысячу пощёчин. Вместо этого, как настоящий демон, он впился в губы Харрис страстным поцелуем, усмиряя её, да и свой пыл. И в итоге дьяволица сорвалась, стягивая с Алекса в руках, хоть и была уверена, что больше никогда не притронется к нему в этом плане. Раз за разом она ведётся на этого дьявола, забывая о гордости. — Сексуальное бельишко, для меня выбирала? — Обойдёшься, придурок! Александр усмехнулся в своей привычной манере, подхватил девушку на руки и опустился вместе с ней на мягкую постель. Холодная простыня очень отчётливо контрастировала с разгоряченным телом Агаты, но ей было совершенно всё равно, хотелось поскорее оказаться во власти Нильсена, несмотря на то, каким козлом он выставил себя минутой ранее. Харрис снова наивно тянулась к нему за поцелуем, удовлетворённо постанывая, получив желаемое. Скрывать своё желание было ни к чему, когда Александр дарил ей такие горячие, страстные поцелуи. Девушка была уверена, что больше не ощутит вкус его губ, поэтому теперь вовсю наслаждалась им. Агата чувствовала, как его властная, грубая ладонь прошлась по внутренней стороне бедра, с каждым миллиметром усиливая и без того бешеное возбуждение. Харрис вздрагивала, выгибалась под страстным демоном, а он, пользуясь моментом, ловил губами все открытые участки прекрасного тела. Поцелуи настойчиво переходили на манящую своей нежностью шею, оставляя там следы своего пребывания, которые через некоторое время станут намного ярче. Внезапно парень отстранился, приподнялся, доставая из брюк ремень, от чего Агата напряглась всем телом. «Неужели решил выполнить своё обещание?» — Алекс… — Агате было совершенно всё равно, как он возьмёт её, хочет привязать к кровати? Ну и ладно, пусть. Она так сильно хотела почувствовать Нильсена в себе, что уже готова была умолять об этом. Александр ловко обездвижил девушку с помощью своего ремня, но продолжать не спешил, любовался. Хотелось запечатлеть такую будоражащую сознание картину в памяти, ведь ему может больше так крупно не повезти. Харрис не из тех, кто любит отдавать кому-то первенство, в постели тем более. — Алекс, пожалуйста… Александр просто не мог сдержаться, когда она так сексуально просит его, раздвинув шикарные ножки. Он продолжил целовать её тонкую шею, спускаясь постепенно к ключицам. Вдоволь насладившись этими участками тела, демон перешёл на животик, оставляя там пору мокрых поцелуев, за ним шла внутренняя сторона бедра, манящая к более откровенным ласкам. Агата задыхалась, она готова была сейчас забыть абсолютно все свои обиды, только бы всегда быть рядом с ним. Но Нильсен внезапно прекратил, Харрис самозабвенно ждала продолжение, но его не было. — Спокойной ночи, лилия, — фраза Александра мгновенно отрезвила Агату, будто ничего и не произошло между ними прямо сейчас. Девушка смерила демона своим гневным взглядом, а тот рассмеялся, даже будучи такой беспомощной у неё хватало наглости вести себя по-хамски. Нильсен наклонился и нежно чмокнул девушку в губы, пройдясь по ним языком. Он пытался запомнить вкус её пухлых губ, потому что вряд ли сможет насладиться ими в ближайшее время, Агата выглядела слишком обозлённой, явно надолго запомнит его выходку. — Знаешь, что, Нильсен? — Агата снова вернулась в то состояние, которое было во время ссоры, опять почувствовала к этому парню лютую ненависть. Девушка была уверена, что готова забыть свои прошлые обиды, но это было уже слишком. Александр смотрел на неё с вызовом, с насмешкой, дьяволица терпеть не могла к себе такого отношения. Она сейчас была настолько беспомощна и унижена, что хотелось расплакаться, но Харрис не позволила бы Алексу увидеть свои слёзы, не сейчас, когда он только этого и добивался. — Я ненавижу тебя! Развяжи меня немедленно! — Ты сегодня была плохой девочкой, Агата, самой настоящей сукой, так что заслужила быть наказанной, — Александр нежно укусил Агату за носик, прямо как тогда, в поезде, и от этого становилось только обиднее, не хотелось вспоминать ничего, что могло бы быть связано с ним. Девушка пристально следила за каждым движением парня, казалось даже, что её глаза стали ярко-фиолетовыми от ярости. Демон поднял с пола свою рубашку и издевательски помахал связанной Харрис рукой. — Кстати, не забудь потом занести ремень и поведать мне о своих ощущениях этой прекрасной ночью. — Пошёл ты!

***

— Что между вами произошло? — Вики до сих пор не верила своим глазам, первое, что она увидела, оказавшись в комнате: привязанную к изголовью кровати Агату, не оставляющую попытки выбраться из оков мужского ремня. Девушке пришлось постараться, чтобы освободить подругу, но многое ей было непонятно. Уокер решила задать все свои вопросы, несмотря на явное негодование Харрис, она точно была не в духе и вряд ли готова была отвечать сейчас. — Вы поругались? — Ничего между нами не было! — Агата злилась, потирая натёртые ремнём запястья, на них даже кое-где сочилась кровь. Это всё результат неудачных попыток освободиться. Видел сам Дьявол, Харрис готова была расплакаться прямо сейчас, но не хотела, чтобы кто-то видел её такой беспомощной. Опять. — Поговорим попозже, ладно? Я хочу пройтись, — подруги не стали удерживать Агату, они понимали, что что-то сто процентов произошло и прежде, чем дьяволица расскажет об этом, ей стоит побыть одной и привести мысли в порядок. Почти у самых дверей девушка остановилась и добавила, глядя на Мишель. — Если Александр придёт за своим ремнём, удави его им. — Будет сделано, босс, — Мишель шутливо отдала подруге честь, пытаясь хоть немного поднять её боевой дух, и отчасти у той получилось. Агата улыбнулась, но это выглядело как-то вымученно, и она всё равно ушла, желая побыть один на один со своими мыслями.