о поцелуях.

      нежные поцелуи.       обычно они обмениваются такими на прощание: любящими, тёплыми и медленными. в такие священные моменты юноши либо держатся за руки, крепко сплетая пальцы, либо обнимают друг друга — ни за что не желают отпускать, терять ощущение излюбленных губ. но время поджимает, и стивен явно не одобрит очередное опоздание сына. поэтому баттерс прикусывает нижнюю губу маккормика в знак предупреждения и отстраняется, счастливо выдыхая. напоследок кенни соприкоснётся своим лбом с чужим, прошепчет прямо в губы тупую шутку и сразу после неё заветное признание.       стотч младший ответит тем же, а после нехотя отпустит мозолистую ладонь и пошагает домой, любуясь вечерним порозовевшим небом.       страстные поцелуи.       тогда баттерса прижимают к стене, и он всей спиной ощущает неприятную твёрдость кирпичей, но сдавленно стонет от уверенных ласк: маккормик щекотливо пробегается пальцами по чужим рёбрам, так дразняще давит на возбуждённый член леопольда подставленным коленом.       поцелуй пылкий и требовательный. юркий язык кеннета свободно скользит по зубам, дёснам, касается внутренней стороны щеки, но ровно до тех пор, пока язык баттерса не вступает с ним в разгорячённую борьбу. маккормик судорожно выдыхает, крепче прижимая стотча к себе, на что последний реагирует более чем хорошо: с негромким писком он руками зарывается в жёлтые волосы, сжимает их, тянет, и хочет большего, ища страстного трения.       комнату заполняют тихие причмокивания, пока юноши, не разрывая поцелуй, медленными, осторожными шагами пробираются к кровати. когда жёсткость за спиной леопольда сменяется мягкостью матраса, единственное, что связывает влажные уста — тонкая ниточка слюны. маккормик, нависающий над раскрасневшимся парнем, смотрит в его глаза с огромным желанием, похотью, но самое главное — с любовью. взгляд баттерса точно такой же, когда он обнимает возлюбленного за шею, притягивает к себе и чмокает в уголок губ.       за этим следует ещё много поцелуев: нежных и успокаивающих, страстных и влажных, лёгких, рассыпанных по всему телу… но это немного другая история.       сонные поцелуи.       короткие и ленивые, какие они дарят друг другу при встрече на остановке перед уроками. мороз безжалостно обжигает, щипает холодом щёки, но как же согревает теплота чужих губ…       и ещё редко, конечно, но порой баттерс целует кенни сразу после пробуждения: уже не на холоде, а в тёплой постели, обрамлённой предрассветными лучами. тогда маккормик, всё ещё овеянный сном, кратко и вяло отвечает на поцелуй, а по его окончанию крепко обнимает стотча, утыкается носом в столь родное плечо, бормочет что-то и совсем не желает просыпаться.       леопольд, хихикая, нежно перебирает и без того растрёпанные жёлтые волосы, надеясь, что когда-нибудь, когда они свалят из этого дрянного города, такие моменты станут их извечным утренним ритуалом.       краткие поцелуи.       лёгкие, невинные и даже милые чмоки куда угодно: в щёки, в кончик носа, в лоб –всё это своеобразное пожелание удачи и напоминание о любви и привязанности.       порой такие поцелуи нежным шквалом обрушиваются на каждый сантиметр тела леопольда. в основном тогда, когда он, полностью раздетый, морщится от болезненного растяжения. стотч находит успокоение в чужой нежности, фокусируется на щекочущем касании шероховатых губ, скользящих по солоноватой от пота коже, пока кеннет осторожно входит внутрь.       эти поцелуи одни из самых простейших, но баттерс вносит и в них особый смысл. маккормик, разумеется, тоже.       солёные поцелуи.       это те поцелуи, которые баттерс ненавидит и любит больше всего, ведь они самые искренние, откровенные и любящие, наполненные слезами. неважно, кто из них плачет и почему: улыбаясь окружающим, они дарят свои слёзы друг другу, как священный атрибут доверия.       окутанные лунным светом, юноши безмолвно сидят на кровати — лишь редкие всхлипывания отзываются в ночи. слёзы безостановочно сыплются по щекам маккормика, и леопольд, переполненный сожалением, нежно вытирает каждую каплю, покрывает поцелуями всё лицо, искажённое печалью, случайно слизывает солоноватую влагу со своих губ и пытается подобрать нужные слова поддержки.       ободряющая фраза не находится, и стотч притягивает кеннета к себе для утешительных объятий. маккормик хватается за возлюбленного, как за спасательный круг, позволяет эмоциям и приглушённым рыданиям выйти наружу. и баттерс тоже цепляется за него, ласково кружа ладонью по спине, шепча на ухо классическое: «всё будет хорошо».       через некоторое время маккормик слегка отстраняется, чтобы разделить свою боль в поцелуе. нуждающийся, любовный и ласковый поцелуй солён на вкус, но горек в памяти.

но они справятся. обязательно справятся.

      в конце концов, поцелуев у наших влюблённых более сотни: горьких от ноток табака; как бы смешно не звучало, воздушных, посылаемых через весь класс, пока учитель отвлечён объяснением материала; пьяных, полных глупости и кислого привкуса пива…       но так или иначе под аккомпанемент бешено бьющихся сердец любой поцелуй этих юношей превращается в значимый, по-разному волнующий момент. и что кенни, что баттерс обязательно запечатлят каждый из них в своей памяти.