Попутчик

Кадзуха всегда такой душевный, спокойный, прямо как детская колыбель. Одно лишь его присутствие радовало, одновременно сглаживая волны души. Порой он напоминал Итэра. Люмин была бесконечно благодарна ему за его открытость и доброту, но иногда в стрессовых и рисковых ситуациях он делает что-то безрассудное, отчего кажется что все его спокойствие — это всего лишь прикрытие для глупости. Но и эти мысли быстро уходили куда-то обратно в догадки, ибо слишком уж проницателен и умён оказался этот ронин. Люмин никогда не уставала от его кампании, в отличие от других. Часто она могла разговаривать с ним часами. Ничто не тяготило ее в эти времена. Но скоро придётся навещать Архонта Сумеру, оставив позади новых друзей, как она это делала до. Однако недавнее происшествие с проклятым мечом клана Каэдэхара заставил задуматься о будущем путешествии. Тогда Кадзуха пообещал ей: «— Я всегда буду рядом и приду на помощь, когда вы будете в этом нуждаться.» «— Спасибо тебе.» Конечно, такое Люмин уже где-то слышала… Но от Кадзухи это звучало как-то… особенно слезно? У Люмин аж глаза поплыли: он так был похож на брата! Возможно, взяв его с собой в путешествие, она сможет снова почувствовать то родственное тепло, те незабываемые эмоции, которые она испытывала рядом с Итэром. Стоит попробовать, ведь все равно Кадзуха — человек свободный, он следует за дуновением ветра. Так почему бы ему не поймать с ней попутный? На следующий же день девушка отправилась к Алькору, дабы «отпросить» Кадзуху у Бей Доу. К счастью корабль все ещё набирал припасы на пристани, даже весь экипаж был в сборе! — Ооо, это же Путешественница! — Бэй Доу громко поприветствовала незваную гостью, на секунду отрываясь от обязанностей капитана. Это привлекло внимание всего экипажа, в том числе Кадзухи, сидящего на наблюдательном посте. — С какими вестями на Алькор? Тебя подбросить до Ли Юэ? — Капитанша начала с козырей. Девушка часто просила подвезти их с Паймон до города контрактов. — Вообще-то Паймон тоже здесь! — Из-за спины девушки показалось злобное личико ее компаньонши, на что капитанша отреагировала громким смехом. — Конечно, конечно! И Паймон. — Капитан Бэй Доу, мы пришли к Кадзухе. — Все наговорились, теперь очередь Люмин вещать. — К Кадзухе? — В унисон переспросили и летающая девочка, и госпожа капитан, и даже парниша, сидевший наверху корабля и подслушивающий весь разговор. — Ну, проходите, только быстро! Мы скоро отчаливаем. — Бей Доу продолжила уже сама. Был дан зелёный свет на вход, осталось лишь найти виновника торжества. «А вот и он…» Люмин не пришлось взбираться на смотровой пост, она заметила спускающегося паренька ещё до того, как он подошёл к ней. — Привет, Люмин… и Паймон. Рад вас снова видеть. — Знакомый, спокойный голос радовал слух, а лучезарная улыбка, которой он одарил гостью, лишь ещё больше поднимала настроение. Лишь капитанша саркастично цыкнула, громко хихикнув и пробормотав что-то нечленораздельное, отчего Кадзуха замялся, слегка зардевшись. — Кхм… — Он прокашлялся. — Вам что-то нужно? — Парниша вопросительно вскинул брови, смотря в лицо Люмин. — Да, нам что-то нужно? — Громко повторила Паймон, сделав явный акцент на «нам». Видимо ей вообще ничего не нужно. — Да, нужно! — С легкой раздражённостью, адресованной маленькой консерве, ответила Путешественница. Над этой сценой парниша мягко похихикал и продолжил слушать. — Кадзуха, помнишь, что ты недавно пообещал мне? — Тут то лицо его сделалось серьезнее. — Помню, я обещал быть рядом и помочь в случае чего. — Он ответил быстро, будто всю жизнь говорил только эти слова. — Готов ли ты отправиться со мной на поиски брата? Совсем скоро я навещу Архонта Сумеру. — Люмин была готова услышать отказ, это ведь достаточно серьезно решение. «Наверняка тебе нужно время, чтобы подумать. Это тяжелый выбор, не каждый сможет вот так сра–» — Я пойду с тобой. — Почти без раздумий ответил тот. От столь быстро решения весь экипаж резко затих, в шоке повернувшись на тройку друзей.

***

— Поверить не могу, что ты это так сразу сказал… — Люмин все воспроизводила в голове воспоминания того дня, ну никак не укладывался в голове столь безрассудный ответ! — Ммм? — Слова девушки оторвали Кадзуху от игры на листке. Сегодня было дождливо, парню пришлось надеть бамбуковую шляпу, а девушке держать зонт наготове. Одна лишь Паймон все также беззаботно спала на коленках ее лучшей подруги. — О чем ты? — В тот день, когда я спрашивала тебя о совместном путешествии… Ты так быстро дал ответ. Бей Доу потом долго отходила от этого, ей казалось ты предал Алькор! — Ха-ха-ха, предал Алькор — громко сказано! — Пришлось говорить полушепотом, Паймон же спит. — Просто… — Кадзуха странно помолчал, это не похоже на него. — Я уже давно все решил. — О чем ты? — Такое поведение парня немного нервировало, и что с ним происходит? — Люмин… — От того как он сказал ее имя, все тело покрылось мурашками. Это было так тепло и так интимно… Никто ещё не произносил ее имя так, даже Итэр. Кадзуха привстал с колен и начал аккуратно и тихо сокращать расстояние между ними. Сердце у обоих быстро забилось, перебивая даже шум дождя, а бледные холодные щёки вдруг вспыхнули. Он был уже совсем близко… Ещё буквально пара сантиметров и они смогут чувствовать дыхание друг друга на губах. Пятиться назад для Люмин было некуда, но и просто отвернуться она не могла, что-то ее останавливало. Неожиданное тормошение ездовой повозки спасло девушку: они наехали на большую кочку, отчего пассажиры слегка подпрыгнул на месте, опустившись назад не в самой ловкой позе. Бамбуковая шляпа упала с головы парня прямо на спящую фейку. Девочка проснулась, уставившись в лицо Люмин. — Ты чего это такая красная? — С явным подозрением в голосе спросила маленькая девочка. Но Люмин не успела ответить, ее перебил голос охающего старичка, что позволил путешественникам ехать в его повозке: — Ох, ох, ох, молодёжь, вы извините! Наехал случайно, ой, Архонты, случайно! Вы там целы? Мы скоро приедем. — Кажется за ехавших с ним попутчиков он волновался даже больше, чем за свой товар или повозку… — Все хорошо, дядюшка, спасибо. — Кадзуха начал успокаивать дедушку, усевшись на своё место. — Скажите, как подъедите к первому перевалу, нам чуть раньше выходить.

***

Путешественники вылезли из повозки, любезно подав дедушке немного моры, за поездку, а после распрощались с милым старикашкой. На улице все ещё шёл дождь, пришлось достать зонт. Люмин и ее спутница спокойно помещались под ним, а Кадзухе, кажется, хватало и бамбуковой шляпы, но глядя на его промокшие плечи Люмин становилось обидно за друга, поэтому она аккуратно притянула его к себе под зонт, схватив за подол мокрого рукава. Парень не ожидал этого, ибо и под шляпой ему было вполне комфортно, посему случайно, больно толкнул Паймон. — Ау!!! Итак места мало, а ты ещё толкаться решил?! — Противно взвизгнула маленькая девочка. — Извини, Пайм- — Он случайно! Паймон, может тут тесно потому, что кое кто своё отъевшееся пузо выпятил?! — Люмин встала на защиту друга. Как никак Кадзуха задел Паймон по ее вине. Весь этот сыр-бор вызвал у ронина смех. — Ха-ха, ладно, давайте продолжим путь. — Парень мягко положил руку на плечо девушки, заглядывая ей в глаза. Кожа Путешественницы показалась ему очень нежной и такой приятной… Идти им было недолго, но если бы не дождь — они уже нашли бы место, где можно переждать ночь и устроить привал. Сейчас Кадзуха был как никогда близко к Люмин, это лишь ещё больше подогревало весь тот рой мыслей, что не давал ей покоя с момента в повозке. Они могли спокойно касаться друг друга, чувствовать мягкую кожу, тепло тел и холодные капли дождя, что, будто, остужали обстановку под зонтом. «Наверное, я просто не так поняла. Мы ведь хорошие друзья или даже как брат с сестрой! Вот именно. Лучше просто забыть об этом» Единственный, кто «просто забыть об этом» не мог — так это сам Кадзуха. В последнее время он вёл себя особенно странно, словно был в горячке, но дошло до него совсем недавно. Столь типичные для персоны его возраста слова недавно так внезапно поразили его голову: «Наверное, я влюбился. Я влюбился в Люмин». Он помнит этот день как вчера. Они тогда ещё были в Инадзуме, случайно столкнулись в порту: Она — искала место чтобы порыбачить, а он — был хорош в этом. Единственный минус — отсутствие удочки. Пришлось ходить по берегу с задранной одеждой, неловко хватаясь за скользкую добычу. Им было весело, Кадзуха был готов провозиться там весь день, а ведь на улице лишь загорался рассвет. И вот в тот самый момент, когда после очередного неудачного рывка Кадзуха, смеясь, выпрямился, посмотрел на Люмин, столь красивую, блестящую под желтыми лучами солнца, незаменимую и такую родную — он понял это. Осознание как-то само пришло к нему. Она, улыбаясь, стояла по колено в воде и смотрела на него, протягивая какую-то мелочь, что случайно заплыла прямо в ладонь. Он лишь протянул руки ей навстречу, принимая эту несчастную рыбку: чувствовал холодные от воды ладошки, ее заботливый, немного игривый, но такой тёплый медовый взгляд. Тогда-то эти слова и прозвучали в его голове. Это было незадолго до их очередной встречи и дальнейшего приключения с татаригами и мечом. С тех самых пор отчего-то все его стихи стали не только о свободе морского ветерка, но и о буре, что бушевала в его душе, о любви, что колючим песком била об его сердце. Нередко от этих чувств он терялся даже на Алькоре. Бэй Доу сразу заметила это, но помочь никак не могла. Любовь — дело сугубо личное. А теперь они тут. Идут под зонтом, почти прижавшись друг к другу, и чем ближе Кадзуха был к Люмин, тем сильнее разгоралось пламя в его душе, мыслях и сердце. Посреди дороги, прямо на горизонте, показалось маленькое селение: деревня, не более, но и этого было более чем достаточно. В самом центре еще были люди, несмотря на отвратительную погоду и поздний час. Какая-то милая старушка откликнулась на просьбу о ночевке и даже была готова накормить путников, на что те вежливо отмахнулись. Дом бабушки оказался очень старым и потрепанным, но главное, что места хватало на всех. Пока все трое располагали вещи, на улице уже утих дождь, теперь небо покрывали яркие звёзды. — Паймон хочет есть. Люмин, давай перекусим? — Паймон как всегда, в самый неподходящий момент. — Потерпи до завтра, у меня закончились закуски. — О, нет! Паймон вот-вот умрет с голоду, Люмин. Последний раз мы ели лишь в обед… Паймон та-а-ак голодна! — Не переставала капризничать маленькая фея.

***

Упорству этого ребёнка можно позавидовать… или кто она вообще такая? К несчастью у бабушки не оказалось печи в доме, а та, что стоит на улице топилась неприлично долго, посему было принято решение разжечь костёр, поодаль от дома. Слава Архонтам, Кадзуха согласился помочь! Сейчас он казался обычным, таким как и всегда. По крайней мере так казалось. Хворост для костра искать не было смысла, бабушка дала немного дров и подложку, чтобы дать дереву разгореться. Была очень атмосферная ночь. В такую бы делиться всеми историями, что только есть в запасе, но они здесь только ради еды. Сесть было некуда, пришлось позаимствовать у бабули стулья. Дай ей, Архонт, здоровья! — Паймон, если ты так голодна, то сходи за посудой, заодно все нужное прихвати. — Люмин просто было лень вставать с тёплого стула, ночь была холодной, жалко снова нагревать мягкое место. — Уже лечу!. И вот они вдвоём, у костра, под звёздным небом. Это не первая их такая посиделка, но сегодня диалог отчего-то не строился. Раз Кадзуха не начнёт говорить, то это сделает Люмин: — Красивый огонь… — Угу — Как думаешь, Итэр найдётся в Сумеру? — Надеюсь, что да. В любом случае я буду рядом, чтобы поддержать тебя — Спасибо тебе. — После слов благодарности они немного помолчали, но потом Люмин продолжила: — Знаешь, это так глупо… Мне казалось ты изменился, начал вести себя как-то странно и подозрительно. Я подумывала, что ты приболел или, что ты теперь работаешь на Фатуи. Ха-ха, ну и идиотизм, скажи? — Нужно было излить все переживания Кадзухе. Ведь он всегда поймёт ее, не так ли? Но встретил девушку лишь волнительный взгляд. — Ты правда так думаешь? — Сердце вновь забилось чаще, прямо как сегодня днём в повозке. — Э, ну… вообще — Люмин тупо увела взгляд, кажется, ей не стоило этого говорить. — Люмин… Люмин, по правде говоря — Голос снова показался девушке как тогда: очень близким и интимным, ближе чем самый родной ей. Это заставляло снова поднять глаза на парня. — По правде говоря мне нехорошо… Теперь Люмин начала волноваться — Тебе нездоровится, у тебя температура? — Она внезапно вскочила, как ошпаренная, стала трогать лоб юноши, отчего тот лишь зарделся. — Нет, не в этом плане. Мне легче показать. Из-за внезапно странного жеста со стороны Люмин, они снова были достаточно близко друг к другу. Тогда-то, Кадзуха, поддавшись порыву чувств быстро сократил дистанцию между ними, заключая девушку в очень глубокий, томный поцелуй. Она даже не успела ахнуть, лишь чуть-чуть приоткрыла рот, давая Кадзухе войти. Он елозил своим языком где-то внутри, не дожидаясь ответа, страшнее всего сейчас было получить пощёчину, такого бы он не пережил. Но Люмин ответила на поцелуй, слегка постанывая в губы парню. Это пробирало до костей. Никогда ещё победа не была так сладка на вкус. Кадзуха мягко опустил свои руки на талию девушки, чуть-чуть сжимая ее бока от нетерпения и недостатка воздуха, та же опустила свои ладошки ему на плечи. На секунду они отстранились, дабы отдышаться и вдоволь насмотреться друг другу в глаза. Никогда ещё Кадзуха не видел этого вязкого, тяжелого тона во взгляде Люмин. Это сводило с ума. Эмоции распирали, хотелось большего, хотелось ещё. — Ты такая красивая… Он снова прильнул к ней, заключая в новый поцелуй. Руки его внезапно сдвинулись к спине Люмин, а сама девушка теперь оказалась прижата к нему всем телом. — О, Архонты!!! — Внезапный детский крик прозвучал прямо над головами парочки. Паймон, что было мочи дернула Кадзуху за шарф, оттаскивая того от своей подруги. — Нельзя, не ешь ее! Люмин, беги и зови на помощь! Паймон задержит его! Что ты встала как вкопанная?!

***

Паймон ещё долгое время не могла отойти от произошедшего