Попутный ветер

Этой ночью Джон не смог ни глазу сомкнуть. Его голова кружилась и болела от мыслей, которые перекрикивали друг друга. Даже любимый приём «пялиться в потолок, пока не уснёшь» не приносил никаких результатов. Спать не хотелось вообще. Тихий шум моря, бьющегося о стены корабля, так же не сильно способствовал быстрому погружению в мир грёз. С другой стороны, трудно услышать шум волн, когда в комнате храпит Морган. Юноша долго ворочался то к стене, то в центр комнаты. наконец, он решил встать и немного походить по комнате, поглазеть в иллюминат, где увидел отражение луны в море. Наверное, небо сегодня было чистое. Джон поудал, что хоть тут можно будет безпрепятсятвенно понаблюдать за звёздами. Иногда хочется поискать парочку созвездий. В городе их разглядеть невозможно из-за большого количества фонарей на дорогах. Спустя несколько минут Джон решился выйти на верхнюю палубу. Он оделся в свою повседневную одежду: белая рубашка, штаны на подтяжках, жилетка василькового цвета, которая так хорошо сочеталась с тёмными каштановыми волосами юноши и чёрные туфли. Джон вышел из каюты, медленно прикрыв за собой дверь, чтобы не разбудить своего соседа. Однако потом до него дошло, что такого моряка навряд ли разбудит обычный стук двери. Он скорее вскачет от выстрела пушки или лязга сабли. Наконец Джон направился по тёмному коридору, освещённому лишь небольшими иллюминатами с одной стороны стены. К сожалению, Джон слишком поздно вспомнил, что по дороге в каюту, он видел местного заключённого. Теперь он ощущал небольшую тревогу, но, как мог, старался её подавить, успокаивая себя тем, что решётки должны быть крепкими, и напасть преступник не сможет. Джон продвигался вперёд, практически ничего не видя из-за слабого лунного света. «Главное, идти прямо, никуда не сворачивая,» — повторял просебя Джон. Он даже прикоснулся к одной из стен, чтобы уж наверняка не сренуть куда-нибудь не туда. Вдруг перед его глазами что-то мелькнуло. Джон увидел небольшое шевеление в темноте. Юноша остановился и прислушался: помимо храпа Моргана, до его ушей долетели тихие звуки скрипа и лязга, от которых у парня быстрее забилось сердце. В глубине души он старался найти другое объяснение этим звукам. «Хоть бы это был обычный член экипажа, который просто проснулся ночью и теперь ходит по кораблю,» — думал Джон. — «А лязг… Возможно это всего-лишь его оружие.» Не смотря на свою тревогу, парень решил проверить свою догадку. Он шёл медленно, проверяя каждую дощечку, чтобы издавать меньше звуков и не быть обнаруженным. Постепенно он приближался к разгадке. Вскоре, находясь в довольно затемнённом участке, куда не падал свет, он увидел пустую камеру с отрытой дверью. Неподалёку от неё на корточках сидел тот, кто некогда был заперт там. Джон увидел, как заключённый что-то искал на полу и попытался чуть-чуть выглянуть, удовлетворяя своё любопытство. Наконец-то преступник нашёл какой-то круглый предмет. По размеру он напоминал тот мяч, которым заключённый играл ранее. «Побег ради игрушки?» — удивлённо подумал Джон, но быстро отмёл эту глупую идею. До юноши наконецто дошло, что он должен что-то сделать, иначе этот человек, за которым Джон прямо сейчас наблюдал, может кого-нибудь зарезать. У парня выступил холодный пот, дыхание участилось, а сердце забилось ещё сильнее чем прежде. На мгновение он застыл и не мог пошевелиться от страха. Через несколько секунд брюнет решил вернуться обратно в каюту и постараться разбудить Моргана. Но из-за своего состояния, Джон сделал резкое движение и случайно наступил на старую, очень скрипучую доску. Душа Джона упала в пятки, он вновь замер, боясь пошевелиться даже глазами, чтобы случайно не увидеть лицо преступника. К сожалению, было поздно. Джона услышали, и чёрная фигура не собиралась так просто отпускать человека, заставшего её в расплох. Бывший заключённый быстро подошёл к Джону, одной рукой обхватил его вокруг шеи, а второй поставил к глотке небольшой, но достаточно острый ножик. Единственное, что ещё можно было сказать о разбойнике — он ниже Джона, потому что брюнету пришлось согнуть колени и немного прогнуться назад, чтобы хоть как-то удержать равновесие. — Последние слова? — спросил хриплый голос, который пытался звучать грозно. — Пожалуйста… Не надо, — попросил Джон, схватившись за руку, обвивавшую его шею. — Я хочу жить… — Все хотят, но не всем можно. — Я никому не скажу! Обещаю! — взмолился брюнет, стараясь освободиться от захвата. — Где гарантии? — уже более играюче спросил голос, всё ещё стараясь напугать парня. Но Джона больше пугал нож. — Прошу…поверьте мне… На какое-то время преступник задумался. Не отпуская Джона, он убрал нож и сделал какое-то непонятное движение, после чего вынес свой вердикт: — Ладно, оставлю тебя в живых. — С-спасибо… — Но! — резко сказал нападающий. — Ты здесь не останешься. — В…в каком смысле? — с испугом спросил Джон. — Отправишься со мной. — Н-нет… — Тогда выбирай: жизнь или смерть. — Х-хорошо… Я согласен пойти с тобой… — Джону было тяжело говорить, он практически задыхался от захвата. — Верное решение, — одобряюще ответил голос, но уже не пытаясь измениться под хриплый и грубый. Теперь голос стал более мягким, похожий на женский. — Не брыкайся, иначе ножом пырну. Мы сейчас выходим и подходим в левому борту, понял? — Понял, — тихо ответил Джон. Хватка, которой его держали за шею, немного ослабла, но не на столько, чтобы парень мог пезпрепятственно выбраться. К спине, в районе пояса, приставили всё тот же нож. Джон потихоньку приближался к лестнице, по которой было особо трудно продвигаться, учитывая разницу в росте. Юноша старался следовать всем требованиям угрожавшего ему преступника, лишь бы выжить. «Вот и полюбовался звёздами…» — подумал Джон, как только они вышли на палубу. Повидимому, все на корабле давно спали, потому что нигде не висело ни одного фонаря. Наконец-то от тела Джона убрали нож, после чего разбойник сделал движение, от которого юноше пришлось побольше прогнуться. — Отлично, — произнёс голос, который уже окончательно стал женским. — Приготовься падать. — Ч-что?! — не успел Джон договорить, как тут же полетел вниз. Сам момент падения в тот же миг вылетел из головы брюнета. В итоге его воспоминание выглядело так: сначала он смотрел на палубу, а потом резко увидел небо, часть которого была скрыта кораблём. — А ну слезай, — сказал разбойник, толкая Джона. Парень тут же перевернулся. Подняв глаза, он увидел, что лежит на мешках, наполненных чем-то мягким, перед ним сидят ещё две фигуры (видимо, сообщники беглеца). Сам беглец тут же поднялся и подошёл к тем людям: — Скучали по мне? — Конечно! — ответила одна из фигур, протягивая руку. — А это кто? — спросила вторая, указывая на Джона. — Наш заложник, — с лёгкостью в голосе ответила разбойница. — Лекарь. «Откуда она знает?!» — подумал Джон, приподнимаясь и садясь на мешки. — Ну, знакомиться будем позже, — сказала беглянка. — Крок, присмотри за нашим гостем, а мы погребём! — Слушаюсь! — ответила первая фигура, после чего пересела прямо к Джону. — Не боись, я не кусаюсь. Самое обидное, что Джон практически не видел лиц своих похитителей. Ему пришлось смирно сидеть на одном месте под строгим взглядом некоего Крока. Наконец, они выплыли на место, куда доходил лунный свет. Только тогда Джон смог разглядеть своих похитителей. Девушка со странного цвета волосами, длина которых доходила ей до плеч. С виду она казалась достаточно подкаченной, наверное, от постоянных сражений. На ей была белая лёгкая рубашка и тёмно-синие широкие штаны. Ещё одна странность, помимо волос, заключалась в отсуствии обуви. На её ногах даже чулков не было. Джон чувстсовал большой стыд от увиденного, в основном от того, что он продолжал смотреть на это. Так что его взгляд был переведён на нового надзирателя. Только теперь Джон понял, почему ему было трудно разглядеть Крока — у того была очень тёмная кожа. Из одежды на нём были только тельняшка, да подпоясаные белые штаны. Чёрные волосы Крока торчали во все стороны и были убраны банданой, а на его ушах и нижней губе бестели круглые серьги. Второй сообщник беглянки выглядел более презентабельно: длинная рубаха, поверх которой был надет красный камзол с золотыми украшениями, всё ещё широкие бордовые штаны, белые чулки и чёрные элегантные башмаки. Его талию подчёркивал чёрный пояс, на котором висел катлас. В ушах у этого «джентельмена» так же были серьги, украшенные большими драгоценными камнями, которые было трудновато рассмотреть из-за длинных светлых волос. Единственный его изъян заключался в повязке на правом глазу. Всю дорогу Джон не проронил ни слова, да его толком и не расспрашивали. Постепенно он стал успокаиваться, сердцебиение замедлялось, а отдышка почти пропала. Парень даже стал медленно глядеть по сторонам, но продолжал действовать осторожно, дабы не накликать беду. Хоть теперь он может нормально посмотреть куда-то вдаль и даже немного понаблюдать за звёздами. На удивление море было тихое и ровное. Казалось, что это земля, которая просто отражает всё вокруг. В какой то момент Джону захотелось потрогать тёмную водяную гладь, но быстро передумал. Лучше не двигаться лишний раз, а то кто знает, что придёт в голову этим злодеям. Вскоре они прибыли к какому-то кораблю, палуба на котором была освещена так, что можно было рассмотреть всех членов местной команды. Двое из них, заметив людку, тут же принесли верёвочную лестницу и скинули её конец. — Дамы вперёд, — сказал «джентельмен» и подал руку девушке. Та засмеялась, протянула ему свою руку и, со словами «Благодарю, сеньор!», полезла на корабль. Вслед за ней полез «джентельмен». — Теперь ты, — послышался голос Крока. Джон, не хотя, подчинился и полез.