Величайшая сила - простить самого себя

В комнате горела лишь одна лампа, стоящая около застеленной кровати. Мягкий свет обволакивал пространство и располагал к себе атмосферой. За окном не слышно ни единого звука, словно подкрадывающаяся ночь, наполняла разум тревогой. Лучи закатного солнца уже давно померкли на фоне вечерних сумерок, лепестки вишневого дерева плавно опускались на землю, создавая великолепную картину. Взошедший лунный диск решил осветить деревню ярким свечением, а звёзды помогли дополнить глубокое синее полотно всего лишь своим присутствием. - Всё в порядке, милая? - внезапно разрезал тишину мужской голос. - Да, эта ночь удивительна своей красотой, - изумрудные глаза наблюдали за улицей, впитывая в себя каждую мелочь. Женская фигура стояла возле подоконника, облокачиваясь бедрами об него. Итачи совсем тихо подошел к розоволосой, обнимая ту со спины. Руки невесомо коснулись талии, а нос вдыхал, исходящий приятный аромат от тела. Час назад они вернулись с пристани, успели сходить в душ и переодеться. Всё это время они думали лишь о том, как этот день повлияет на их будущее. Согласие выйти замуж явно даст подпитку разным сплетням в Конохе, но никто не собирается даже обращать внимание на мимолетное внимание к своим персонам. Главное, что им вместе хорошо, а остальное не так уж и важно. Хотя, Итачи всё таки задумался о том, как отреагирует Саске на такую новость. «Наверняка обидится, что не рассказал ему раньше» - со вздохом подумал черноволосый. - Знаешь, я обещал кое кому, что сегодня мои принципы канут в Лету, - мужские пальцы перебирали рёбра, совсем немного касаясь. Услышав подобное у себя возле уха, Сакура моментально покрылась румянцем, тонкий узел возбуждения стал постепенно зарождаться, накаляя обстановку. - Молчишь значит? - усмешка вырвалась изо рта, - Приступим тогда к действию. Воздуха резко стало меньше, потому что мужские губы накрыли чужие. Итачи быстрым движением развернул к себе Сакуру, довольствуясь такой приятной, открывшейся картиной. Глаза цвета сочной травы пылали смущением, но на их дне можно было разглядеть проблески возбуждения. Учиха нежно приобнял ту за талию, а губы уже во всю смаковали уста напротив. Язык резво пробрался в девичий рот, исследуя каждый его уголок. Очертил зубы, плавно переходя движениями к нёбу, хотелось впитать её всю в себя. Поглотить без остатка, чтобы всё естество пылало от переполняющих эмоций. Сакура еле держалась на ногах, слава богу Итачи её придерживал, не давая осесть на пол. Голова шла кругом, женские пальцы вцепились в широкие плечи, а губы неустанно издавали звук причмокивания. Языки сплелись между собой, пытаясь забрать власть себе, соревнуясь. Хотелось большего… Словно почувствовав желание своей возлюбленной, Итачи резким движением поднял за ягодицы женское тело и медленным шагом понес к кровати. «Терпение - благодетель» - этому учили с детства, но выдержка в течении двух лет начала давать жесткие трещины, просто рвалась на глазах. Плавно опустив Сакуру на постель, старший Учиха не переставал целовать, смаковать её мягкие губы, словно дорвался до чего-то запретного и безумно сладкого. Руки стали нежными движениями гладить женские бедра, обтянутые лишь короткими шортиками. Пальцы впились в тонкую кожу, оставляя небольшие после себя следы, послышался тихий вздох. Горячие поцелуи перешли на шею, мужской язык проводил линию по пульсирующей венке, а зубы в момент сомкнулись на кусочке кожи, заставляя девушку вскрикнуть. - Если я сделаю больно, то говори мне, принцесса, - шепот казалось прошелся по всему женскому телу, опаляя своим дыханием. Лишь кивнув на это, Сакура дрожала под весом черноволосого. Его действия затуманивали разум, помутневший рассудок кричал о том, как желал уже ощутить в себе мужчину, но требуется немного времени. Харуно дотронулась руками к спине Учихи, проводя ноготками сверху вниз. Эффект оказался прекрасным, ведь чёрные омуты вмиг обратили свой взор на изумруд. - Сделаешь так ещё и я не смогу сдерживаться, - предупредил шиноби, сильнее сжимая тело под собой. Тут же он почувствовал как сие действие повторилось уже с большим напором. - Я тебя понял, дорогая, - голос резко стал на два тона ниже, а живот уже невероятно скручивало лишь от одного его взгляда. Итачи начал снимать женские шортики, всё больше открывая своему взору скрытые участки бархатной кожи. Скинув их, он принялся за майку. Когда и с ней стало покончено, то ему представился прелестный вид на подтянутую фигуру. Кружевное белье сидело, как влитое на Сакуре, подчёркивая небольшую грудь и округлые бёдра. Изголодавшийся взгляд ониксовых глаз заставил Харуно проглотить тугой ком в горле, покраснеть с головы до пят и покрыться мурашками. Он пробирал до костей. Итачи еще никогда так не смотрел на неё, с вожделением и огромным желанием, плескающимся на задворках черного омута. Куноичи вспоминает лишь отдаленно такой похожий взгляд, когда сидела на полу и мягко вбирала в рот его плоть, нежно посасывая. Тогда он впервые намотал розовые локоны на кулак и довольно грубо толкался, смотря на нее сверху вниз. С мыслей её вывел неожиданный укус возле ключицы. - Смотри на меня, малыш, - обратился Итачи к ней, опускаясь ближе и задевая бретели лифчика зубами, поочередно их снимая, - Белье смотрится на тебе великолепно, но я посмотрю на него в следующий раз. Когда с верхом было покончено, то женские соски от контраста в комнате напряглись и торчали, привлекая к себе взгляд. Хоть Итачи и видел не один раз грудь девушки, но сейчас был действительно смущающим тот факт, что теперь это не фантазии с продолжением, а самая настоящая реальность. Пробуя на вкус один сосок, пальцы правой руки начали другой мягко прокручивать, щипать и оттягивать. Проведя языком и захватывая между зубов бусину, Учиха услышал сверху первый сорвавшийся женский стон. Его тешил тот факт, что сейчас он доставляет удовольствие своей невесте, доводит до дрожи одними поцелуями. Сакура в этот момент была готова сгореть заживо из-за таких поступательных движений от черноволосого. В животе пылало горячим пламенем, обжигая лёгкие. Шиноби начал легкими покусываниями спускаться ниже, оставляя после себя мокрые следы на коже. Дойдя до кромки трусиков, он лицезрел приятное зрелище в виде мокрого пятнышка на белье. Довольно ухмыльнувшись, Итачи снял ненужную сейчас ткань со стройных ног, наблюдая за алеющим лицом Сакуры, которая всё это время не спускала глаз с него. - Ты прекрасна, - прям возле лона заговорил мужчина, а после провел языком прямо по клитору. Харуно не сдержала блаженный стон, опуская голову на подушку. Чёрная макушка между разведённых ног явно путала мысли, возбуждение накрывало с головой. Тут её подбородка коснулись мужские пальцы, а глаза распахнулись. - Я же сказал смотреть на меня, милая, - напомнил старший Учиха, его лицо уже оказалось прямо напротив её, но вот рука блуждающая по промежности, творила внизу настоящую чертовщину, - Умница, ты уже такая мокрая. Розоволосая никогда бы в жизни не могла подумать, что Итачи окажется любителем грязных разговоров во время секса, но он это делал настолько профессионально, что ноги сами разводились перед ним, пропуская длинные пальцы в себя. Вошло всего лишь два, но даже этого хватило ощутить приятное жжение внутри. Смазка начала обволакивать конечность, а хлюпающий звук становился громче. Черноволосый раздвигал внутри стенки постепенно и довольно медленно, чтобы не навредить, за это Харуно ему очень благодарна, но… - Быстрее, - это дало зеленый свет кипящему желанию, после чего толчки пальцев усилились. Однако большой палец руки начал мягко поглаживать набухший клитор, потирая с нежностью и аккуратностью. Движения отличались от тех, что были внутри. Этот контраст оказался на удивление приятным, доводя почти до пика, стонущую куноичи. Пока пальцы трахали внизу, губы возлюбленных терзали друг друга, слегка прикусывая и оттягивая. В один момент всё прекратилось, а тепло тела сверху резко пропало. Сакура лишь на мгновение закрыла веки… Взглянув на Итачи своим опьяненным взором, она потеряла себя в его ониксовых, затягивающих в омут, глазах. Он внимательно следил за каждым её движением, собственное напряжение внизу ощущалось слишком отчетливо, поэтому не теряя ни минуты, он освободил себя от оков. Разведенные ноги приглашали к себе, а часто вздымающаяся грудь лишь подливала масла в огонь. По телу были видны небольшие отметины от укусов. «Кажется я немного перестарался» - на мгновение проскользнула мысль в голове мужчины. Пристроившись к истекающему лону, Учиха приобнял розоволосую, подкладывая свои руки ей под спину, чтобы она полностью чувствовалась им со всех сторон. - Расслабься и больно не будет, солнышко, - пытался успокоить куноичи, не отводя глаз от её, а затем резко вошел, чтобы не растягивать неприятное ощущение внутри. Сакура мгновенно зажмурила глаза, боясь почувствовать боль внизу, но из-за огромного количества естественной смазки, полного расслабления рядом со своим любимым мужчиной, войти удалось безболезненно. Ощущения странные, но не приносили особого дискомфорта куноичи. Итачи остановился и не двигался пару минут, смотря на лицо розоволосой, которая дрожала в его руках. Она была великолепна посреди ночи и лунного света, падающего на их тела. Двигаться хотелось немыслимо, но нужно дождаться лишь её согласия. И он его дождался. Девушка обняла руками Учиху и двинула на встречу бёдрами. Толкнувшись в первый раз, ощущения были невероятными, а сжимающие стенки внутри так сдавливали, вырывая гортанный рык у черноволосого. Сакура лежала под мужским телом, целуя попеременно щеки, крепкую шею, а после провела шершавым языком по кадыку, возбуждая еще больше. Хотелось довести до точки кипения, чтобы фейерверк, переполняющих чувств, ощущался ярче, громче. Толчок. Член входит глубже, одна рука шиноби держится на кровати, а другая мягко сжала грудь, играясь пальцами с соском. Хриплый стон вырвался изо рта куноичи. - Малышка, ты так сжимаешься, когда я вхожу в тебя, - заговорил Итачи, грубо толкаясь в лоно, - Может тебя заводят грязные разговоры? После этого Учиха чувствует, как по его спине проводят ноготками, а блаженные стоны становятся громче. Руки перешли на талию, сжимая её немного больновато, а сам он начал грязно и мокро целовать припухшие вишневые губы девушки, ловя ртом женские вздохи. Резко движения прекратились, а черные омуты неотрывно смотрели в затемненный изумруд. Поймав взгляд непонимания, Итачи лишь взял стройные ножки выше и положил их себе на широкие плечи, меняя угол проникновения. Войдя плавно и до упора, член скользил по влажным стенкам, создавая хлюпающие звуки. Медленный толчок, грубые ладони сжали ягодицы, оставляя синие отметины после себя. - Ты…- вздох, - с-слишком, - выдох, - медленный, черт возьми, - заговорила наконец-то Сакура, смотря прямо в темные глаза, не обращая внимания на жуткое смущение. Пылающий жар внутри согревал, бурлящий накал эмоций кипел, рассудок мутнел с каждой секундой всё быстрее. - Да? - незамедлительно ответил Учиха, слегка усмехнувшись, - Так попроси меня, милая, - нагибаясь к ней так, чтобы укусить мочку уха. Женские ноги всё еще находились на плечах партнера, а каждое движение отдавалось диким желанием побыстрее почувствовать разрядку. Юркий язык скользнул вдоль уха, оставляя после мокрый след. Подув на него, черноволосый заметил малую дрожь в теле под собой. Именно этого он и хотел. - Я не начну двигаться пока не попросишь, - строгим тоном предупредил Итачи, скользя руками по стройному телу, а затем остановились около лебединой шеи. Большой палец правой руки дотронулся до губ розоволосой, - Ну так что, малыш? Не выдержав такой пытки, Сакура на одном дыхании выпалила жаркое: «трахни ты меня уже, Итачи». Два раза просить не пришлось, поэтому резкие грубые толчки возобновились с особым остервенением. Хватка ладони на шее стала немного крепче, а мужская плоть входила хаотично, выбивая из гортани умоляющие стоны. - Господи, ты меня сводишь с ума, - целуя в горячие уста, признался черноволосый. Толчок, еще один грубый, и еще за ним несколько. Шлепки тел отдавались по всей комнате, в воздухе витал запах секса, а звуки смазки, стекающей с промежности на простынь, аж в ушах звенели. Сакура стонала все громче, стенки принимали член настолько глубоко, насколько могли. Рот был практически всегда открыт из-за сбившегося дыхания, но мокрые поцелуи возобновляли влажность. Финальные толчки ощущались ярче всего, плоть входила и выходила довольно грубо, ноги на плечах уже затекли и сводило судорогой. - Кончай, милая, - услышала она возле своего уха тихий шепот. И как по щелчку пальцев, Харуно содрогнулась в оргазме, чувствуя блаженную эйфорию. Член еще несколько раз вошел в лоно и резко вышел, а полупрозрачные капли оказались на животике розоволосой. Итачи уже опирался на локти, а стройные ноги медленно опустил в изначальное положение. Его глаза во всю рассматривали лицо возлюбленной, которая сейчас пыталась отдышаться. Испарина на лбу, небольшая отдышка, мокрая спина и бедра - всё это отдавалось теплом внутри, ведь наконец-то они перешли на новую ступень отношений. - Я люблю тебя, принцесса, - улыбаясь своей нежной улыбкой, проговорил Учиха. - И я тебя очень люблю, - уже разлепив свои веки, ответила Сакура, поглаживая мужские руки возле себя. Постелив новое постельное белье, убрав все последствия бурного вечера, приняв совместный душ, возлюбленные решили лечь в кровать отдохнуть. Сегодняшний день их эмоционально и физически очень вымотал, в хорошем смысле слова. Поэтому только их макушки коснулись мягких подушек, как царство Морфея мгновенно забрало к себе.

***

Деревня Скрытого Листа

Госпиталь был покрыт тишиной, ведь многие пациенты уже отдыхали в своих палатах, а некоторые сели у окна, чтобы наблюдать вечерние салюты. Небо окрасилось в бледно-синие оттенки с кусочками пурпура. Сумерки наступали своими большими лапами на огненный закат. В комнате слышно было лишь тиканье часов, гуляющий ветер между занавесками и дыхание мужчины. Седоволосый санин вспоминал дневной приход своего любимого ученика.

Flashback

Дверь в палату быстро распахнулась, а в проеме оказалась блондинистая голова. - Старик-извращенец, ты уже отоспался? - со всей резвостью спросил Узумаки, заходя в комнату и, садясь на стул рядом с кроватью. Осмотрев его от макушки до пят, Джирайя отметил про себя, что паренек вырос за это время. Возмужал что-ли, но привычки остались те же, что не могло не радовать. - Да, отоспался на несколько лет вперед, - отшутился отшельник, - Ты как, Наруто? - У меня все хорошо, тренируемся с Саске каждый день, бабуля Цунаде отправляет на миссии, иногда ворчит, но это у нее всегда, - начал тараторить без умолку блондинчик, смотря на учителя искристыми голубыми глазами. Внимательно слушая «пламенную» речь Узумаки, санин сам не понял как начал искренне улыбаться и даже на мгновение забыл о тревожащих мыслей, посещающие его уже пару дней. «Всё-таки у него есть волшебная способность помогать людям» - задумался Джирайя. Проговорив еще около получаса, Наруто поспешил покинуть палату, чтобы дать отдохнуть учителю. На прощание он крепко его обнял и прошептал тихое: «спасибо, что ты остался жив». А после мгновенно исчез из комнаты.

The end flashback

Вырвало седовласого мужчину из воспоминаний, стук в дверь и цокот каблуков, зашедших в палату. Сенджу немного устало прошла в глубь комнаты и присела рядом. - Как ты себя чувствуешь? - задала она вопрос, потирая свою шею правой рукой. Оповестив о своем самочувствии, они решили посмотреть на фейерверки в саду госпиталя. Цунаде взяла коляску в углу палаты и подвезла к постели пациента. С её помощью вышло довольно быстро и легко, не смотря на напряжение, витающее в воздухе. - Я знаю, тебе трудно к такому привыкнуть, как и мне, - разрезала своим голосом тишину, и продолжила, - Но давай на этот вечер забудем о всех проблемах и просто насладимся красивым видом неба? Кивнув на такое предложение, Джирайя умостился в коляске и блаженно закрыл глаза, чувствуя приятный исходящий аромат от женщины, в которую влюблен с самого детства. Выехав во двор госпиталя, никого снаружи не оказалось, кроме их двоих. Удивительно и странно. Сенджу остановилась возле коричневой деревянной лавочки и присела на неё. Подняв кофейные глаза наверх, можно было лицезреть прекрасное окрашенное небо глубоких оттенков, а виднеющиеся мириады звезд лишь добавляли некого шарма. - По времени скоро должны начать, - тихо заговорила женщина, опуская взгляд на друга. Его лицо было поднято к полотну сверху, оно оказалось расслабленно, и выглядело умиротворенно, словно никаких бед никогда и не существовало. Запечатлеть бы этот момент у себя в голове до конца жизни… Бах. Яркие огни загорелись в небе, окрашивая его прекрасными тонами. Облака отсутствовали в этот вечер, что несомненно было только на руку сему празднеству. Вдалеке можно услышать жителей деревни, звуки восторга от происходящего, но если прислушаться еще больше, то можно услышать биение сердца. Четкое, размеренное и до безумия громкое. Хотелось отдаться моменту.. Через минут пять фейерверки стихли, а звезды всё больше стали выделяться на фоне темного небосвода. Деревня погрузилась на окраинах в тишину, а вот в центре народу было уйму. Дети с родителями гуляли по парку, ниндзя собирались большими компаниями в небольших забегаловках - праздник цветения сакуры проходит с радостью на лицах людей. Цунаде и Джирайя просто молчали, им было комфортно друг с другом сидеть в тишине. Нелепых шуток со стороны мужчины сейчас не слышно, ворчание женщины спряталось где-то в глубинах души. Волшебный вечер начал подходить к концу, на улице становилось все прохладнее, теперь нужно поскорее возвращаться в палату. Еще немного посидев в саду, думав каждый о своем, друзья побрели в госпиталь с улыбками на лице. Этот чудесный день запомнится многим людям на долго.