Такие себе друзья

Антон открывает дверь и благодарит всех всевышних. Дело в том что вверху дверей не было звоночка, а у барной стойки на стуле сидела девушка залипая в телефоне, явно не обратив внимание на пришедшего гостя, что означало что Антон не проявит интерес к своей персоне и Жене будет незачем оборачиваться. Антон был рад, что хоть и на 20-30 секунд, но он продлил свою безнаказанность. Он приближался к столику, надеясь что его простят как для первого раза. Когда он сел за столик и сказал «привет...» Женя оторвался он экрана телефона и своего молочного коктейля и строго посмотрел на Антона. У Милса будто в мультике начал стекать пот от висков и по щекам, нуу, либо это только он так видел... Антон, завязывай с мультиками. Женя был серьёзен, как и упоминалось выше, но в душе он был в жестом недоумении. Что? Почему Антон опоздал? Неужели он хочет поцелуя?...мм, странно... Неожиданно для Милса Волк поменялся в лице. На нём появилась дружеская улыбка. Милс Кел тоже изменился в лице. Из слегка румяной кожи с отведёнными глазами на пол, которые время от времени перебирались посмотреть на Женю, на его лице появилась гримаса лёгкого шока. Женя не злиться? Неужели это означает прощение и отсутсвие поцелуя ? Думаю да! — как дела? — мило произнёс Волк — А? А, да всё хорошо) а у тебя? — тоже начал мило говорить и улыбаться Милс Далее был непринуждённый разговор. Парни болтали о погоде, недавно просмотренных видео в тик ток, сфоткались с небольшой группой фанаток и вели себя так, будто их записывает камера. Когда уже начало темнеть Женя перевёл тему, со старой. — ты доел? Пошли? — невзначай спрашивал пушистый своего собеседника, глядя на поднос с картонной подставкой, на которой раньше красовался кусочек торта. — да, а ты? — да) Парни взяли пластиковые пластины и лёгким шагом пошли находить мусорку. Выбросив картонные стаканчики и подставки для тортиков они, не понятно из-за чего смеясь, вышли из кафе. Парням было в разные стороны, так что радостный Антон (ну как иначе, он же покушал) поскакал в свою сторону. Вдруг он услышал сзади голос: — ты куда? Пошли ко мне. — сказал Волк — что? Мы не собирались продолжать у тебя дома, договор был только на кафе — в недоумении сказал Милс — да, но ты должен мне поцелуй, забыл? — всё так же спокойно произнёс пушистый И тут до Антона дошло. Он не прощён... увидев шок своего «друга», Женя сказал: — ты думал я настолько больной изврат чтобы заставлять тебя целовать меня прямо там так ещё и на глазах у людей и фанаток? Ничего не сказав, Милс грустно пошёл в другую сторону, пройдя мимо волка и смотря в пол. — Проходи — сказал Женя, когда парни пришли в квартиру и разулись. — мне кажется что чем быстрее начнём, тем быстрее закончим, так что... — Милс начал тянуться к Жене. — подожди, подожди! — слегка вскрикнув, отступил назад пушистый. — я... не готов... вообще я не ожидал что ты опоздаешь... давай хоть чаю выпьем... — ты хочешь сказать что боишься? — с слегка насмешкой сказал Антон. — может и так. Кто знает что ты вытворишь... — отозвался Женя. Парни в тишине выпили чай, который заварил хозяин квартиры. Они переместились в комнату, на кровать для удобства — ну что? Теперь можно? — уже с лёгким недовольством сказал Милс Кел. — угу... — отвёл взгляд Волк. Антон пододвинулся и посмотрел в глаза Жене. Он побаивался сделать что-то неправильно или по-гейски, по этому никак не мог приступить, отводя глаза в пол. Женя же в этот момент, думал о том что что-то уж слишком сильно давит в его ширинку. Поняв то что «друг» никак не может приступить он начал первым. Он соприкоснулся своими губами чужих и ввёл язык в чужой рот. Антон был обескуражен, но на поцелуй ответил. Милс подвинулся ещё ближе и обнял Волка за талию. Пушистый сделал то же самое, но после этого ввёл свои руки под футболку «друга». Антон в состоянии смятения и лёгкой эйфории не сразу понял что руки Волка под футболкой и уже на груди. Как только он это заметил, он резко разорвал поцелуй и высунул руки Волка из под своей футболки. — Мы договаривались только на поцелуй, чёртов изврат. — вскрикнул Милс, подпрыгнув с кровати. Он быстро обулся и вышел, громко хлопнув железной входной дверью. Женя оставался на кровати с опущенной головой. — блядь — произнёс пушистый, поняв, что из-за этого парня у него опять крепкий и твёрдый стояк. Хочу сказать, дорогой читатель, что не только у Жени был стояк)