Норои — город, в котором умирают вечно

В день собеседования Джису.

Сонхва проверял горы отчётов, что принес ему Намджун о доставке продуктов, их сроках годности, оплате. С помощью лишь одного Намджуна, которому нужно выполнять свои обязанности, без сестры и убив последнего администратора Сонхва откровенно тяжело справлялся с работой последние несколько месяцев. Не за горами момент, когда нагрянет проверка и все отчёты, вся документация должна быть безупречна, иначе "люди", которым семья Пак когда-то насолила обязательно этим воспользуются. Главную проблему, если быть честным с самим собой породило нежелание мужчины отказаться цели. Он рвался к ней не хуже танка, слабо реагируя на красные флаги, то и дело выставленные его сестрой, дабы остановить. Но всё тщетно, он продолжал пытаться, Розэ пыталась помешать, а люди умирали зря. И в конце концов, Розэ решила игнорировать свои обязанности так же, как она думала, Сонхва игнорирует свой семейный долг не портить жизнь единственной сестре. В дверь постучали. Сонхва произнёс "войдите", не громко, но его услышали. Дверь тут же открылась и лёгкой, но быстрой поступью в кабинет вошла рыжеволосая девушка. — Йеджи, я занят, — не отрывая глаз от документов без эмоционально произнес Пак. Внутри скапливая в себе злобу на Розэ за отлынивание от работы: шарахается не пойми где, а он один должен сохранять общее детище на плаву, при этом самому утопая в их общей работе. — Свяжись, пожалуйста, с Розэ. Скажи, что по ней соскучились её брат и работа и очень сильно её ждут. — Сделаю босс, — заламывая пальцы сказала Йеджи прикусив губу едва решаясь сдавленно сказать, зачем пришла, — к тебе пришли. И кажется это серьезно. Это Рюджин. Сонхва удивился и отложил документы. Мужчина настороженно посмотрел на Йеджи, у него появилась уйма вопросов, но вампирша была поражена не меньше чем он. — Зачем? — Сказала только «поговорить», — девушка скосила взгляд, избегая лишний раз смотреть в цепкие глаза начальника. — Я сразу предупредила, что возможно ты не сможешь её принять и сказала подождать на летнике. Сонхва оглядел девушку. При своем немного вызывающем виде, она всегда была такой робкой, стеснительной, но при этом вежливой, что важно для хостес. Это удивляло и умиляло всех: и клиентов, и коллег, даже с Розэ вампирше, не смотря на характер Пак, удалось подружиться. — Йеджи, всё хорошо, — мягко прервал ту Сонхва чувствуя её волнение, — ты молодец, ни о чём не переживай и возвращайся к работе. Я к ней выйду. — Не знаю, что она хочет, но выглядит уверенной. Будь осторожен. Хван кивнула и так же быстро, как появилась –ретировалась в коридор, мягко закрыв дверь. Сонхва, оставшись с предостережением Хван, провел ладонями по лицу. То как он будет вести себя с Рюджин зависит от того, зачем она приехала и о чём хочет поговорить. В своё время они сказали друг другу всё, что должны и всё что не стоило говорить. Это неожиданное возвращение было слишком странным, Сонхва предполагал, Рюджин явилась спустя столько лет, чтобы отговорить его от обращения в человека. С другой стороны, какая ей была бы польза? В теории, Чеён могла её найти и каким-то образом заставить. Могла бы, не будь в плохих отношениях с Рюджин и не будь Розана Чеён Пак столь гордой. Так или иначе, Сонхва был недоволен увидев Рюджин. Он понял это когда вышел на летник и они сразу увидели друг друга. Никто из них за эти годы, конечно не постарел: оба узнали друг друга. Вампирша поправила свои иссиня-черные волосы и улыбнулась мужчине, но ответных положительных чувств Сонхва почему-то не чувствовал. Здесь явно был какой-то подвох. — Оппа! — радостно воскликнула Рюджин, заключая мужчину в объятия. Столько эмоциональности было в этом приветствии. Сонхва опешил. — Здравствуй, Рюджин, — он хлопнул девушку по плечу, приподняв уголки губ. попытаться выдавить улыбку. Сонхва аккуратно откинул её руки, обнимавшие плечи и посадил девушку в кресло, а сам обогнул стол и сел напротив. Рюджин непринужденно закинула ногу на ногу. — Почему ты не предупредила о приезде? — Я здесь ненадолго, Сонхва. Нужно решить некоторые вопросы в мастерской. Улыбка не сходила с её лица, вопреки внимательному взгляду, принадлежащему Сонхва, который не получив нужного ответа, продолжал слушать молча. Рюджин вздохнула и придвинулась поближе. — Я разволновалась за тебя. Мне сказали, что ты очень много работаешь, и я решила, что если ты и сможешь найти для нас время, то уж точно не в ближайшую неделю. И здесь она попала в точку. Рюджин положила ладонь на руку Сонхва. Пальчиками она мимолётно касалась кожи его широкой кисти. Поймав его удивлённый взгляд, девушка нежно сжала ладонь. — Работаешь на износ ещё будучи вампиром, — опечаленным голосом лепетала девица, — что же ты будешь делать, когда станешь человеком? — Ты пришла меня пожалеть или чтобы отговорить? — Сонхва усмехнулся, состроив самодовольную гримасу — Если так, то я не смею боле задерживать тебя. Сворачивай лавку невиданной добродетели и возвращайся к своим делам. Сонхва едва не сказал «и передай сестре тоже самое». Но четко утверждать: Розэ наступила на горло самой себе и всё же попросила её о помощи, он не брался. Пак хотел вытащить руку из под ладони Рюджин, но последняя не отпускала, наоборот с силой придавив к столешнице. В её прямом взгляде ни намека на веселье, а на лице – сухая серьёзность, так бывает когда человек не собирается отступать. — Я предлагаю начать всё заново. Она произнесла эти слова кратко, так словно вложила в них всю степенность, на которую способна и Сонхва может поклясться – этот момент он забудет не скоро. Сначала его удивление перешло все границы и он очень, очень долго всматривался в утонченное, миловидное личико. Если бы внешний вид соответствовал внутреннему миру человека, а черты лица напрямую отражали характер, то Рюджин с её мягкими и нежными губами, носиком и такими невинными глазками можно было считать небожительницей. Пожалуй, характер Йеджи ей пошел бы ей лучше. Сонхва так и застыл, не отрывая взгляда от девицы. Рюджин слегка улыбалась и свободной рукой заправила прядь волос за ухо. Воркуя: — Я понимаю это очень неожиданно, ты сейчас озабочен другим, но я буду жд... Речь Рюджин была прервана. Сонхва едва заметно прыснул от смеха. С каждой секундой его смех становился все громче, перерастая в открытый хохот от которого бледное лицо краснело, а сам он сгибался перед столом. —Слава…богу…не…стали…ничего… заказывать, — пыхтел Пак, не переставая смеяться, чем привлекал внимание посетителей. — А то подавился бы, — низко сказала она, с досадой глядя на мужчину пустым взглядом и плотно сомкнула губы. — О да, — закивал Пак, всё ещё хихикая.— Если ты хочешь начать всё заново и ждёшь от меня согласия, почему я должен отказаться от того, чего я хочу? Ведь я буду постепенно стареть, как все. Мы могли бы провести недолгую, но удивительную жизнь, какой ни у кого никогда не было. Рюджин насупилась. — Сейчас ты ничего не боишься, Хва! Но как ты думаешь, сколько вы с Розэ сможете управлять рестораном, став людьми? Сразу появятся те, кто захочет занять ваше место. Тот же Ёнджун, или, не дай бог, Уён! Если ты доживёшь до старости, значит прежде тебе придется годами зарабатывать на еду, работать на этих бездарей за копейки, чтобы обеспечить себе минимум, – Рюджин широко распахнула глаза и махнула рукой, вероятно указывая на призрачных «бездарей», — чтобы потом выйти на мизерную пенсию, которая едва ли покроет все расходы. Зачем тебе это? — Я уже слышал эти слова от сестры, Рюджин. Но не волнуйся, планы на свою человеческую жизнь у меня имеются. Сонхва, смотрел на Рюджин так злостно, словно хотел припечатать её в пол так, что в ближайшие часы она не смогла бы подняться на ноги. В глазах последней на секунду просиял испуг и Рюджин на секунду опустила глаза вниз. — И всё таки ради чего ты это делаешь? — не сдаваясь, но уже с нотками безнадёжности спросила Рюджин. Однако Сонхва молчал, не собираясь посвящать её ни в один из своих планов. — Хорошо, разве всё то, от чего ты отказываешься, всего, что добился того стоит? — Да. Рюджин ошарашенно откинулась назад в кресло и воцарилась тишина. Рюджин не знала, чем ещё можно его заинтересовать, ведь Сонхва так непреклонен! А Сонхва... Сонхва попросту не хотел с ней говорить. — Ничего не получится, Рюджин, — наконец сказал Сонхва холодным тоном, и так же прохладно глядя на девушку, бурлящую злостью, — любящие люди о таком не просят. Не испытывай моё терпение и уходи. Рюджин прямым взглядом упёрлась в Сонхва, но на лице того ни единого дрогнувшего мускула. Девушка озлобленно хмыкнула и схватив сумочку, резкими движениями почти выбежала из заведения. Сонхва задумчиво глядел ей в след.

🩸🔮🩸

День смерти Йеджи.

Сонхва с Намджуном разбирали документацию, когда в кабинет вошла Розэ. Вампирша заявила, что уезжает и подвезёт Джису до дома. Сонхва озадаченно почесал затылок и сощурил глаза. Его взгляд, недоверия полный раздражал Розэ. Весь их вид выводил её, она негодовала почему Сонхва ей не доверяет, сопровождая свои возмущения активными взмахами рук, ругательствами и к концу монолога заверила, что не собирается переезжать Джису колесами своей машины и подстраивать несчастный случай на дороге не намерена. Машину жалко. В ответ Сонхва разошёлся в чтении лекций заставляющих закатывать глаза, говоря о своих надеждах на то, что Розэ не подведёт ту тонкую родственную близость своими радикальными поступками. Близость, которую они несмотря на все конфликты пытаются сохранить. Розэ ответила язвительно, снова закатила глаза, но простилась с младшим братом достаточно дружелюбно. Когда дверь за Пак закрылась, Сонхва спросил у Намджуна, что он думает о Ёнджуне, Ким ответил, что хоть Ёнджун не очень этично, но часть правды сказал. Сонхва действительно игнорирует нежелание Розэ становиться человеком. Намджун предположил, что Ёнджун решил таким образом стравить брата и сестру, зная что их отношения переживают тяжёлый период. К концу их разговора дверь после короткого стука открылась вновь, но теперь явилась Джису со стопкой документов. Ещё одной. Сонхва осмотрел её с ног до головы. Джиму выглядела такой уставшей, будто стоит ей присесть и она сразу уснет. — На сегодня это всё, — вздохнула она опустив документы на стол. — Господин Пак, могу я идти домой? Сонхва придвинул бумаги к себе, пролистал по краям и прикусил губу. Раз Йеджи сегодня нет, кто-то должен её заменить на летнике, но Джису в таком состоянии свалится или на поднос какому-то официанту или со стула на гостя. Сонхва одобрительно кивнул. Как ни крути, а работа была выполнена блестяще. Пак перевел взгляд на шеф-повара. — Намджун вызови Феликса, пусть заменит. Джису поклонилась и направилась к двери. Намджун же устало положил голову на ладони и задумчиво вздохнул. — За все его переработки, ему определено нужно поднять зарплату. — Я подумаю над этим. Когда Джису ушла, Намджун сделал два звонка: Феликсу с просьбой заменить на входе и Йеджи. Только вот Йеджи, всё так же была недоступна. Намджун не на шутку разволновался. Нервно качал ногой постукивая бортиком телефона об столешницу, а Сонхва то и дело бросал на него тревожные взгляды, но ничего не говорил, хмыкая время от времени и смиренно опуская глаза на бумаги. Намджун и Йеджи познакомились около пятидесяти лет назад, когда девушка приехала в Норои из Чонджу. Через 10 лет после знакомства он обратил её. Она была потерявшейся в мире сиротой, маленькой девочкой чьи родители погибли, одна одинешенька в жестоком мире. Намджун забрал её к себе, они поладили и вскоре Йеджи согласилась обратить её. Сначала Ким не говорил о своих чувствах к Хван, но когда Йеджи обратилась, а Розэ взяла её в ресторан на должность хостес, Сонхва начал замечать его ревнивые взгляды, когда иной посетитель окажет девушке знак внимания. Он начал ухаживать за Йеджи и в скоре у них завязался роман. Они полюбили друг друга, но всё же иногда возникали проблемы, как Сонхва казалось – из-за разницы в возрасте. Большинство вампиров скажет, что двести с лишним лет — это не так уж и много, отношения заводят бывает заводят те, кто друг другу в прапрадеды и праправнучки годятся и всех всё устраивает. Бывает так, что люди абсолютно с разных планет дополняют друг друга. Изучают различия своего партнёра. Учатся и учат, становясь самыми близкими друг другу. Но отношения Намджуна и Йеджи не всегда складывались таким образом. Намджун взрослый не только физически, он разумом очень рано созрел. Ему было всего тридцать, когда бремя воспитания Розэ и Сонхва пало на его плечи пару веков назад. Намджун серьёзен, знает чего хочет, но при этом обладает достаточным терпением – это делает его неторопливым, чего всегда не хватало Пакам и не хватает Йеджи. Возможно ему не хватало остроты темперамента и поэтому он выбрал в даму сердца любопытную, не пытающуюся уйти он конфликтов, но как Сонхва казалось, незрелую Йеджи. Девушка сама по себе яркая, но ей всё интересно. Ей гулять хочется ночами на пролет по заведениям где музыка лучше тем, что громче играет и много танцевать. На этой почве в свое время они подружились с Розэ, а вот Намджун, любящий коротать вечера за книгами, совсем не одобрял хобби своей девушки. Они — та пара, которая часто ссорится с криками, битыми тарелками и Сонхва уверен: не живи они в Норои, где всем в принципе плевать, кто чем занимается ночами — полицейская сирена играла бы под окнами их дома ежедневно. Зато применения происходят так же зрелищно. Однажды Сонхва должен был проводить встречу в своем кабинете. Войдя в туда, они вместе с партнёрами застали сцену: Намджун сидел с раздвинутыми ногами на диване, а у его ног на коленях стояла Йеджи. Встречу пришлось перенести, а партнёрам ещё долго объяснять, что на самом деле это всего лишь недоразумение. После этого Сонхва влепил обоим по строгому выговору и наорал так, что уши закладывало, даже Розэ уступит учитывая всю её эмоциональность. Хотя от неё тоже досталось… дивану. Пак старшая была очень брезгливая и не могла больше сидеть, даже смотреть на диван, на котором сексуально удовлетворялись их шеф-повар и хостес. Одним словом: из-за этой ситуации хотелось вытащить себе глаза, а после навсегда вычеркнуть из памяти. И никто не знал, кому больше Сонхва хотел бы это сделать: себе или партнёрам. Эти отношения делали Намджуна не собой и Сонхва знал, что однажды они закончат плохо. Тем не менее Пак не влезал в их отношения, да и Намджун его бы не слушал. Поэтому оставалось только сидеть и изредка, украдкой поглядывать на задумчивого Намджуна. — Я пожалуй тоже поеду домой, — наконец сказал Намджун, поднимаясь со стула и складывая телефон в карман. — К Йеджи? — со скрытой насмешкой спросил Сонхва и закатил глаза. — Меня окружают одни лодыри. Когда приедешь, передай от меня привет, и чтобы завтра объяснительная лежала у меня на столе. Без опозданий. — Айгу~уу, я волнуюсь, — взвыл Ким, жалобно глядя на Пака, — весь день она берет трубку, ни мне, ни Джису. Со всеми решила в тотальный игнор сыграть — Задай ей взбучку, как приедешь, — скучающе на прощание вздохнул Пак, покачиваясь в мягком кресле. Намджун ушел. Сонхва наконец-то сможет спокойно поработать! Так он думал, пока через пятнадцать минут ему не позвонил бьющийся в истерике Намджун.

🩸🔮🩸

Розэ завела мотор и машина двинулась по дороге, набирая скорость. Сердце Розэ билось, казалось так же быстро. Смерть Йеджи потрясала Джису, хотя она не испытывала горя от её кончины. Они были незнакомы, но всё же по-человечески Йеджи, совсем молодую девушку было жаль. Джису была любопытна. — Неужели это было самоубийство? — спросила девушка, повернувшись к замолчавшей Розэ. — На неё это не похоже. Розэ ответила холодно и Джису, решив, что не стоит сейчас её нервировать спросила лишь, что они будут делать дальше. Наблюдая за девушкой, Джису заметила, как выражение лица той смягчается, теплеет, хотя печаль с него не стирается. — Вы практически не знали друг друга, — тихо отозвалась Розэ, — вам нечего там делать. Как обещала – отвезу вас домой. Отдыхайте и высыпайтесь. Вы сегодня хорошо поработали. Розэ говорила с девушкой обрывисто выкидывая фразы, без зрительного контакта, словно мысли унесли её в невиданные глубины сознания и сейчас она определенно не здесь находилась. Джису отпустила тихое: «спасибо». — Извините, я просто… — Пак выдохнула обеспокоено взглянув на Джису, — просто невозможно было такое предугадать. Ненавижу неожиданность. Джису её понимала. Розэ выглядела девушкой, которая не любит упускать что-то из своего внимания, ненавидела, когда её мнение не учитывали и уж тем более принимали решения без неё. Джису могла справиться с незначительными переменами в жизни, но когда происходило что-то глобальное, что могло изменить жизнь, притом неизвестно в какую сторону, она терялась, не поспевала и зачастую пускала всё на самотёк. И только со временем начинала понимать, что нужно было делать дальше. Поэтому она не любила, и подозревала, что Розэ тоже не умеет вести себя в таких случаях. И всё же такая откровенность для Джису была так же неожиданна. Но не поддержать Розэ она не могла. — Я... я понимаю, тяжело когда происходит такое с человеком, которого, вы, наверное, близко знали, — Джису озадаченно вздохнула, прокручивая колечко на пальце. — Наверное господину Киму не легко сейчас. — Нас познакомил Намджун много лет назад. Я не самая дружелюбная особа, знаю, но Йеджи оказалась такой душкой, что не могла не понравиться, — от откровений у Розэ выступила полуулыбка. Но Джису не отвечала, засмотрелась на её белую, почти бледную кожу, изредка освещаемую огнями фар проезжавших мимо машин, на длинные ресницы выглядывающие из под век. Розэ повернулась лицом к девушке и взглянула в глаза. — Значит, вы поняли, что у Йеджи с Намджуном были отношения, — хмыкнула она, уже более осознанным взглядом оглядывая Джису. Джису кивнула сбрасывая наваждение. Она опустила взгляд к рукам и раскинула их. Да что с ней такое в последнее время?! Секунду спустя снова посмотрела на Розэ и заметила заинтересованные огоньки в отражении кофейных глазах. — Позвольте узнать, как? — Когда я была на собеседовании, они всё время переглядывались, — пытаясь хранить спокойствие, объяснила Джису. Розэ удивилась и приподняла брови. — А ещё я заметила, что ей не нравится, когда Намджун проявлял заботу ко мне. Розэ пустила смешок. — А вы очень наблюдательны. Неужто и во мне заметили, что-нибудь... Необычное? — Только то, что у вас много разногласий с братом. — Нет ли у вас предположений, почему? — Нет, — вздохнула Джису, задумавшись о том, почему ей вообще интересно знать это, — но братья и сестры часто не могут найти общий язык. Особенно если есть разница в возрасте. Старшие обычно хотят позаботиться. Сделать как лучше для младшего.. или наоборот не хотят брать на себя роль родителя, ведь таковыми не являются. Ну а младшие живут своей жизнью и думают, что знают лучше всех как им жить. — И как вам кажется, какая из позиций правильная? — Розэ криво улыбалась, учащённо моргая. — Если младший взрослый, то пускай он сам принимает решения. Только потом пускай сам разбирается с последствиями своих решений. Насильно мил не будешь. Но и старшие братья и сестры всё таки не родители, что бы не делал – не получится играть в того, кем не являешься. — Не будешь… — задумчиво повторила Розэ, как-то нервно рассмеявшись, — если бы всё было так просто. Джису, у вас ведь тоже есть брат? Вы так хорошо разбираетесь в семейных отношениях. — Да, — кивнула Джису заулыбаясь, вспоминая брата. Когда она приедет домой, то обязательно ему позвонит. — Он младше меня на несколько лет. Недавно пошел в школу. Его ругают за двойку по корейскому. А меня ставят в пример, пока я пытаюсь убедить домашних не делать из меня идола для брата. Но это не особо получается. Рассказывая о брате, Джису смотрела на Розэ, которая старалась не отрываться от дороги. Хотя она заметила, как лицо девушки опечалилось, а недавно пылавшие интересом глаза – потухли. Джису захотелось дать себе целительную оплеуху. Если у Розэ и Сонхва сложные отношения, то естественно рассказ о теплых отношениях Ким с её братом девушкуне порадуют. « — Возможно когда-то они тоже были такими.» — с тоской подумала Ким. На улице дождь. Маленькие, редкие капельки падали с неба, сползая по стеклу дорожками. Погрузившись в тишину, Джису, чтобы отогнать сонливость потянулась и запустила ладонь в волосы поправляя растрепавшиеся пряди. Только выходя из машины они заговорили. Розэ резко накинула на плечи пиджак и сложив руки на груди посмотрела на Джису. — Ким по натуре спокойный человек. — Розэ взглянула на небо и устало вздохнула. Она вытащила из машины черный зонтик и легко нажав на кнопку раскрыла его. — Но иногда, как и Сонхва его срывает и он не может сдерживать эмоции. Вы не удивляйтесь, если завтра он начнет себя вести… Странно. На самом деле, было бы лучше, если он возьмёт отгул. Джису кивнула, пытаясь удержать сознание на плаву. Ей глаза едва удавалось держать открытыми. Розэ уловила сонливость девушки и весь её вид смягчился. Блондинка подошла к Джису и накрыла её зонтом, укрывая от дождя. Одарив нежной улыбкой она взяла Джису под руку. — Ведите, а я вас доведу. — О, спасибо большое! — ахнула Ким Если бы ей не так сильно хотелось спать, если бы она не так сильно устала, то не позволила бы себе опереться о крепкое плечо девушки. Но вместо этого, Джису позволила себе протяжно зевнуть в кулак, пошагав вместе с Розэ вперёд. Стараясь не наступать на лужи, вдвоем зашагали держась под руку. Вокруг так приятно, так прохладно, и рука Розэ мягко охватившая её...Так и хотелось положить и голову на плечо, прикрыть глаза. Уснуть, вдохнув аромат жасмина. Джису вспомнала подсмотренные посиделки Йеджи с Ёнджуном. Что это за девушка там была? Может ли это быть связано? Они подошли к отелю, Джису отошла от девушки, морщась от резко возникшего неприятного холода. Она обняла себя и занырнув под козырек обернулась к мисс Пак. — Куда вы поедете сейчас? — робко улыбаясь поинтересовалась Ким. — Йеджи нашли у себя дома. Сонхва с Намджуном сейчас там. Я поеду к ним — разъяснила Розэ, смотря на Джису прикусив губу. Ей было не комфортно. Смерть до жути коробила. Не хотелось ей ни произносить, ни думать об этом, а уж тем более принимать как данность. Джису кивнула. Дальше стоять, так будет ещё тяжелее и страннее. Поэтому Ким поблагодарила Розэ, кротко поклонившись и та поклонилась в ответ. — Я могла бы завтра вас подвести, — уверенным, мягким голоском промолвила Розэ, сжимая в ладони зонтик, когда Джису почти развернулась. Джису задумалась. Что не утро – то новое приключение. То потеряется в переулках, то старуха со странными речами, а потом опаздывает и получает от начальства выговоры. Это не дело, но другой стороны... полностью довериться Розэ она не может, но раз она сама берет инициативу в свои руки... Может стоит попробовать сблизиться и с братом и с сестрой? Она ведь их не знает и не может судить никого из них. У каждого есть причины для тех или иных поступков. — Я буду рада, — улыбнулась Джису. Розэ даже просияла. Джису показалось, что искренне. Она игриво усмехнулась. И произнеся радостное «до завтра» она развернулась на каблуках и последовала к машине. Джису ещё раз зевнула и поплелась в отель, только сейчас ощущая боль в ступнях.

🩸🔮🩸

Розэ поднималась в квартиру и уже на лестничной площадке она слышала, какой бедлам творился сверху. Она равнодушно оглядывала квартиру оцепленную жёлтой лентой. По всей квартире сновали детективы. Один из них крикнул девушке, мол кто вы такая и что сюда нельзя заходить. Розэ, сложив руки на груди, объяснялась перед мужчиной, когда из гостиной вышел Сонхва, который заметив сестру, ускорил шаг. Брат сказал полицейскому, что эта девушка с работы убитой, и если вдруг что – сможет дать показания. Полицейский кивнул и махнув рукой, разрешил девушке войти. — Я поверить в это не могу, — раздосадованно произнесла Розана качая головой. — Всякое случалось, но Йеджи… Как Намджун справляется? — Он ничего не говорит. Уставился в одну точку и молчит. Сонхва оглядел сестру: Розэ удивительно собрана, задумчива, даже мрачна. Будто демонстративно придуривающейся, ветреной, постоянно выставляющей палки в колеса девицы-сестрицы никогда и не было. Неужели смерть Йеджи её так взбудоражила? — Чеён, у тебя всё хорошо? — напрягшись, спросил Сонхва так и не отрывая взгляда от сестры. Розэ хмыкнула так и стоя со сложенными руками и самодовольно глядя на брата ядовито отвечала: — Всё отлично. Я собиралась расслабиться с бутылочкой вина в обнимку и тут ты мне звонишь и говоришь, что Йеджи нашли мертвой. За исключением этого, все потрясающе. В гостиной окружённый легавыми на диване сидел Намджун, как Сонхва и говорил, смотрящий в одну точку пустым, немигающим взглядом. На полу белой изолентой был очерчен силуэт, лежавший с раскинутыми руками. Не сложно было догадаться, чьё тело обводили криминалисты ранее. Состояние вечно неутомимого, веселого и теперь эмоционально пустого с красными от слез глазами, уронившего голову в ладони Намджуна, расстраивало и его друзей тоже. Пусть сразу отношения с Розэ и нельзя назвать приятельскими; она так же как Сонхва его очень ценила и глубоко уважала. Хотя она редко показывала свои чувства к нему, но сейчас она переживала. — Как ты, Нам? — Розэ опустилась на диван рядом и закинула руку на плечо мужчины, мягко его сжимая. — Если хочется кричать – кричи. Нечего держать эмоции внутри себя. Намджун поднял голову на девушку рассеянно кивнул и почти опустил голову назад. — Многое я повидал в своей жизни. Но когда увидел её здесь… Я подумал это меня убили, а не её, — хрипел Намджун головой указав на обведенный на полу силуэт. — Мы найдем эту мразь, — твердо обещала Пак, дружественно хлопнув мужчину по колену. — Что говорят детективы? — Она впустила сама убийцу. Скорее всего борьбы не было. Её ударили серебряным ножом в спину, — Сонхва, не скрывая собственного удивления, глядел, как у девушки расширяются глаза. — И попали в сердце? — Да, — кивнул Пак. — Это мог быть человек? — спросила Розанна гипнотизируя ламинат. — У Йеджи были знакомые люди? — Были, но едва у них хватило бы сил, — разбито ответил Намджун. — Если это не человек, то, мы должны знать его или её, а значит найдем, — заверил Сонхва сонбэнима, пока последний глядел перед собой, совсем не увлеченный беседой с братом и сестрой. Розэ порывалась его подбодрить в громких словах о том, что они найдут убийцу и расправится с ним немедленно, о том, что сейчас не время для страданий, что ему нужно развеяться и выпустить кровь парочке людишек. О том, что это обязательно поможет справиться с горем. Но когда поймала предупреждающий взгляд младшего брата – желание рассыпаться в разнообразии ободряющих слов угасло, как догоревшая свечка. — Просто знай, что мы рядом, — ласково молвила Розэ, вытянув губы в подобии улыбки, — и если тебе что-то понадобится… — Что угодно… — Просто позвони.

🩸🔮🩸

— Когда определишься с датой празднования новой работы, скажи, — произнесла мачеха, опустив глаза в красную книгу, — мы с Сынмином и твоим отцом приедем. Джису удивлённо подняла бровь вверх. Это её отец уговорил или… госпожа Мун решила сделать больше для построения крепких семейных отношений с падчерицей? Госпожа Мун отбросила ежедневник в сторону и устремила прямой взгляд на девушку. — Я уже говорила, что Сын Мин скучает, — ухмыльнулась женщина, вновь напоминая Джису лисицу. — Заодно познакомишь меня со своим господином Паком. Уверена он симпатичный мужчина. Джису не разделяя игрового настроения госпожи Мун закатила глаза. — Я же говорила, что не заинтересована в отношениях. — Дорогая, где мои двадцать пять, — мечтательно вздохнула Мун. — Очень жаль эту девушку, и вашего повара, если они были вместе. — Ты уверена, что стоит вам с Сынмином приезжать? Город маленький, это может быть опасно. — Ха, дочка, если мы приедем в Норои, то бояться будет убийца, — задорно гремел голос отца где-то на заднем фоне, пока Госпожа Мун закатывая глаза не сдвинула компьютер немного в бог, показывая спину, готовящегося ужин мужчины. — Ты сегодня в хорошем настроении, пап — не сдержанно посмеиваясь заметила Джису. — Да прямо смельчак. И всё же я надеюсь, когда мы приедем с этим делом разберутся и переживать будет не за что. — Аминь, — не подумав, сама сказала Джису, сама же удивляясь своей невнимательности. « — Тебе определено пора ложиться спать.» — И со словами внутреннего голоса девушка спорить не хотела. Мисс Мун удивлённо посмотрела на неё. Джису улыбнулась немного смущённо и ответила: — Думаю мне пора спать. Сегодня был сложный день. — Отдыхай, — мягко произнесла женщина и отключилась. Джису тяжело вздохнула, когда экран ноутбука потух, если бы можно было дыханием выпустить усталость и набраться сил так быстро, как способен человек дышать, Ким была бы счастливицей. Но расслабление лишь погрузило в глубокий сон до утра. До новых событий.

🩸🔮🩸

В небольшой комнате, где одну из темно-серых стен и большой балкон прикрывали черные плотные шторы сидела девушка. На кровати, широко расставив ноги и опёршись на них локтям. Она задумчиво прижала кулак к подбородку и глядела на предмет, лежавший на столе и аккуратно обернутый синим платком. Девушка со вздохом, который издают, когда решаются на тяжело поправимое, протянула ладонь и зацепила двумя пальцами край ткани. Игнорируя влагу на них от багровых пятен насквозь пропитавших платок, она так же подцепила его с другой стороны и раскрыла длинный серебряный кинжал, сияющий даже будучи окровавленным. Девушка обхватила ладонью рукоять и подняла его вверх над собой, всматриваясь в кривое отражение: капли на клинке создавали впечатление кровавых слёз на бледной коже. Она закрыла глаза и приблизила кинжал к лицу достаточно близко. Ещё один вздох – лёгкий, но глубокий, чтобы впустить в себя плотный запах железа. — Теперь нам ничто не сможет помешать, — хрипло провозгласила она со странным удовольствием и её глаза распахнулись. Они горели нечеловечески-голубым светом.