Ориентир

 Ты стал моим ориентиром в 5 лет. Впервые я услышал сказки про мальчика-который-выжил в пять лет. И я пропал… Мэнор всегда был, для меня, местом, где я буду спокоен и под полной защитой. Сомнений нет – земля пропитанная родовой магией не даст навредить наследнику. Это я знал если не с пеленок, то хотя бы с того момента, когда смог это понять. Но даже это меня не так успокаивало, как вера в то, что скоро я увижу мальчика с дурацким шрамом на лбу, который защитит всех нас; протяну ему руку дружбы и он протянет свою в ответ… Не сможет иначе – ведь я Малфой, а Малфои не последняя семья в магическом мире. Ты был моим ориентиром в 11 лет. Когда оттолкнул, ту самую руку. Я мог подождать, пока ты поймешь с кем связался: Рыжее недоразумение – Уизли и лохматая грязнокровка – Грейнджер. Но тебе это было не нужно, ведь я «мерзкий слизеринец и хорек», но почему ты даже не пытался меня узнать и понять. Я был обиженным ребенком, которого отвергли. Ах да, я же оскорбил твоего друга, но никого не волновало, что меня с детства учили ненавидить обделенных – чистота крови превыше всего – кому, как не Малфоям об этом знать. Люциус понимал это и добился того, чтобы его сын тоже это усвоил. Ты был моим ориетиром в 14 лет. Я знал… Я верил… Наверное я был в числе немногих, кто знал и верил, что ты не настолько глуп. Не настолько идиот, чтобы бросить свое дурацкое имя в чертов кубок – как будто тебе было мало предыдущих трех курсов. Вот и я говорю – бред. И у меня появилась маленькая надежда, что ты поймешь одну простую истину, что Уизли – маленький, завидующий говнюк, которому ничего не светит, если он не рядом с тобой, но… Разве могло быть иначе – вы по-прежнему лучшие друзья. Ну и черт с ним. Я устал ждать. Ты все еще мой ориентир в 16 лет. Кого я обманываю: я не перестал тебя ждать, даже после чертовой Сектумсемпры. Жалею я только об одном – что не умер тогда. Пусть не вслух, но я был благодарен тебе за нее, ведь умереть от твоей руки лучший исход – нельзя забыть того, кого убил. Это был мой единственный шанс остаться в твоих воспоминаниях на всю жизнь. Судьба – та еще злодейка… Ты был моим ориентиром до 20 лет. Весь Хогвартс знал, что мелкая Уизлетта зажималась с Томасом, пока ты старался всех спасти и ты тоже знал. Шанс. Это все о чем я думал, наплевав на аристократическую гордость, я написал записку. Журавлик. Ты должен был помнить… Хотя кого я обманываю: ты не помнишь ничего связанного со мной.  «Я люблю тебя. -Д.» - записка раскрылась в твоих руках, посреди Большого зала, теперь в нем все казалось слишком броским – свечи под потолком, слоняющиеся туда-сюда приведения, а главное шум… шум, который старик мог приструнить одним движение руки, но не делал этого, всего было слишком много. Прочитав послание, ты даже не задумавшись, бросился к рыжей Уизлетте, стал облизывать ей лицо, даже не потрудившись узнать - она ли написала записку. Надежды рухнули… Теперь все, чего я желал, ложась спать, на пару часов, в ночной мгле: - Только не умирай. Живи… Пусть для проклятых гриффиндорцев и Уизли. Просто живи. Война. Авроры. Азкабан. Суды. Прости, все настолько закрутилось, что я даже не успевал о тебе подумать. До суда над Малфоями… Опять гриффиндорское благородство? Да, нас оправдали, благодаря герою, но кому какая разница. Мы по-прежнему остались пожирателями, с меткой на руках. Мама и Papa сразу отправились во Францию, в небольшое имение Малфоев, предназначенное для «так на всякий случай». Я же остался быть здесь. Быть там, где можешь быть ты, но … После 20 ты перестал быть моим ориентиром. Потому, что ориентир не может 15 лет куда-то направлять, но так ни к чему не привести. Глупость. Полный разворот в Пророке, о свадьбе Спасителя-Магической-Британии и его любимой девушки Джиневры Уизли, горел в камине, разрушенного, Малфой-Менора , в то время, как домовики собирали вещи наследника. Ничего не осталось внутри. Только тупая боль, которая твердила: «Раньше нужно было думать». Опять перо в руках и тот журавлик... Я с чемоданом в одной руке и порт-ключом в другой. - Я забуду… Пусть больно и невозможно отпустить, но я забуду, - ведь на другой стороне уже готовы, с палочкой в руке произнести Confundus 2 уровня. Франция. Хлопок. Заклинание. И… пустота в серых глазах, как тучи, что за окном, выбивают ритм дождем по крыше. *** На Гриммо 12 царил ХАУС… Записка, пришедшая вечером, гласящая: «Д – Драко.», дала понять то, что не хотели принимать уже столько лет. Потерял. Навсегда.