Ремус Люпин: перезагрузка.

Pov. Александр. Пробуждение оказалось на редкость неприятным. Толи из-за того, что в ушах всё ещё звенел голос демиурга, толи из-за того, что я наконец осознал, во что вляпался. Я прислушался к своему организму и понял, что хочу есть. Интересно, вампиры могут есть нормальную пищу? Стоп! Этот демиург недоделанный так и не объяснил мне, где брать кровь! Вот гад! Затащил в тело новоиспеченного вампирчика, а самого главного не сказал. Ещё раз стоп. Паники всё ещё нет. Он оставил блокировку эмоций! Ни страха, ни паники. Если бы он убрал эту самую блокировку, я бы наверно сейчас расколошматил полкомнаты и сидел бы дрожал в углу. Вот за это можно было бы и спасибо сказать, но демиурга нет рядом, а где его найти я не знаю. Я решился открыть глаза. А неплохо устроились эти Люпины! Уважаю! Рассмотреть предоставленную в моё распоряжение комнату мне не дала всё та же женщина в странной одежде (теперь я знаю, что это мантия), что забрала меня из больнички таким оригинальным способом (да, стереть память половине врачей, куда уж оригинальнее). - Ремус, сынок, как ты? - да, как я? Учитывая, что предыдущего хозяина этого тела укусил вампир, вряд-ли хорошо. - Мы с папой так волновались, когда узнали, что ты попал в больницу. - может, сыграть в амнезию? - А когда меня к тебе пустили и я поняла, что тебя... что ты... - ну вот, разрыдалась. И что прикажете теперь делать? - Мам, а что случилось-то? Я помню, как очнулся в больнице, а что было до этого-нет. - О, Ремус... - черт, я кажется сделал только хуже. - Ремус, ты... ты-вампир. - последнее слово она произнесла чуть ли не шепотом. - Тебя укусил вампир, но по какой- то причине не стал убивать, а обратил в себе подобного. Мой мальчик-вампир... - она разрыдалась ещё сильнее. Блин, надеюсь, папа у меня более адекватный. - Мам, да всё со мной в порядке. Ну подумаешь, питание немного другое... - попытался я её успокоить. Не получилось. - Ты ничего не понимаешь, Ремус. Ты не знаешь, как магическое сообщество относится к тем, кто хоть чем-то от них отличается. Думаешь, никто не заметит, что ты на солнце не выходишь? - нет, я думаю о том как бы поскорее от тебя смыться, блин. Не люблю плачущих женщин. Даже если это моя мама. - Мам, я есть хочу. - ну кто же знал, что эта фраза породит ещё больше слёз? Точно не я. - Ремус, сыночек мой несчастный! - ну всё, я начинаю злиться! Ой, кажется я её напугал. Вон как смотрит. Таак, где тут зеркало? Я решительно встал, и подошел к зеркалу, висящему напротив моей кровати. Мда, вид и вправду устрашающий-в зеркале отразился мелкий пацан лет семи с неестественно бледным лицом, красными глазами (может от недосыпания?) и такими же неестественно длинными клыками. Причем личико это было бы довольно-таки симпатичным, если бы не звериный оскал, украшающий в данный момент это самое личико. Неудивительно, что мамаша испугалась. Я постарался стереть с лица злость на всех и вся, а особенно на сидящую в данный момент на моей кровати женщину. Получилось слабо, но хотя бы оскал пропал. - Мам, может пойдем это с папой обсудим, а? (А то ещё несколько минут общения с тобой и я точно захочу сейчас же аппарировать в пустыню Сахара в разгар дня). - только бы согласилась. Ещё один ''концерт'' я не выдержу. - Я сейчас его приведу, он на улице... - и опять заплакала. Наверно подумала, что никогда не сможет больше погулять со своим сыном. Ну, или что-то в этом роде. Джон Люпин показался мне куда более адекватным человеком, нежели его жена. Хотя, возможно дело было в том, что он был из маглов, а значит, никогда не слышал о вампирах. Первые слова, которые я от него услышал были: - Привет, сынок. Я слышал, ты теперь у нас вампир. Покажешь клыки? - мда, возможно с оценкой его адекватности я слегка ошибся. Конец Pov.