Интервью с мафиози

Бум! — и ты труп. Обычное майское утро. Обычное отделение полиции, из которого семь минут назад вышел господин Танака Г., член нелегальной группировки префектуры Яманаси. Отделение активно работало над только что поданными показаниями. Ах, кажется, господин Танака уже мёртв. Как печально. Поданные показания гласили: Акутагава Р., член нелегальной группировки под кодовым названием Портовая мафия, 11 мая 20XX года примерно в 4:40 совершил тяжкое преступление — убийство восьми человек с особой жестокостью. Теперь, получается, девяти. Четыре минуты назад из принтера отделения полиции вышли первые листовки с готовым фотороботом господина Акутагавы Р., сведения для которого любезно предоставил господин Танака Г. Вполне похожий и весьма детальный фоторобот ещё отдавал тёплыми чернилами. Эти листовки было даже немного жаль. Обычное отделение полиции города Йокогама полыхало ярким пламенем. Взрыв, прозвучавший три минуты назад, скрасил статичную тишину отдалённого от центра района. Красивое было пламя.

***

Треск, дым, запах гари. Отделение полиции полыхало, вдали уже была слышна пожарная сирена, которая мчалась на вызов. Накаджима Ацуши, студент-журналист четвёртого года обучения в Йокогамском университете, резко спрятался за стеной, округлив свои глаза. Он видел, как мафиози, вышедший из отделения полиции, пошёл в сторону района Канадзава. Он видел, как тот даже не обернулся на взрыв — было понятно, что это его рук дело. Такое не должно так просто оставаться незамеченным. Ацуши подождал некоторое время, а затем вышел из своего укрытия и, пока ещё было видно мафиози, двинулся за ним. Он чувствовал, что должен сделать это, потому что тогда он сможет доказать этому миру, на что он способен. В конце концов — не это ли его предназначение? Сначала следить за мафиози получалось, но потом тот зашёл в узкий проулок, а когда Ацуши прошёл мимо, стараясь выглядеть как можно более незаинтересованным и незаметным, случайным, его уже не было видно. Ацуши заметил мельтешение на крыше и предположил, что каким-то образом у мафиози получилось подняться вверх. Оставалось надеяться только на то, что его не заметили.

***

Следующая слежка стала некоторой для Ацуши неожиданностью. После университета он шёл в агентство, в котором подрабатывал, делая для них небольшие репортажи в качестве рекламы, и случайно встретил мафиози — Ацуши узнал его по необычной стрижке с выбеленными концами у лица и страстью к чёрному в одежде. Также тот был в чёрных очках. Ацуши пытался за всё это время найти какую-то информацию про мафиози, однако это было не так-то просто. Точнее, у него почти не получилось, поскольку, видимо, вся информация о нём и об организации, в которой он состоял, мгновенно стиралась из всех баз данных, а люди, что-то знающие, бесследно исчезали или же просто умирали. Не хотелось бы оказаться на их месте, но Ацуши уже начал эту игру. Он доведёт её до конца. Мафиози отправлялся в продуктовый магазин. Сердце билось быстро, но это был, пожалуй, единственный для Ацуши шанс. Многолюдное место должно было выступить сдерживающим фактором для мафиози. В конце концов, Ацуши ведь правда не собирался лезть в его дела. Его интересовала… немного другая его сторона.

***

Первое свободное за почти две недели утро как обычно было мерзким, сон никак не шёл, поэтому решение посетить магазин было некой альтернативой для того, чтобы просто развеяться. Люди вокруг как всегда были раздражающими и нелепыми. Зайдя в магазин, хотелось задержать дыхание от понимания, что люди вокруг дышат этим воздухом. В списках покупок значились свежие овощи и рыба. И, конечно, несколько шоколадных батончиков. Потому что он может себе это позволить. Из-за прилавка появилась голова с ужасно светлыми волосами. Слишком резко — Акутагава даже вздрогнул. Странный парень направился прямо на него и Акутагава, округлив глаза, уже хотел развернуться и сделать вид, что ничего не видел и ничего не знал. — Здравствуйте! — начал странный парень. — Я Вас не знаю, — недовольно ответил Акутагава, отворачиваясь к овощам. Выбор фасоли был крайне интересным. Она такая зелёная, матовая, свежая… — Меня зовут Накаджима Ацуши, — тот идиот снова попытался привлечь его внимание. — Приятно познакомиться. Ещё немного и на них могут обернуться. Акутагава ненавидел, когда на него обращали внимание. — Ни с кем не знакомлюсь, — ответил Акутагава. Выбор тыквы тоже был не менее интересным для него. Они такие зелёные, гладкие, сладкие… — Дело в том, что я журналист, и я очень хочу взять у Вас интервью. — Я обычный человек, никакие интервью про меня никто читать не будет, — пробурчал Акутагава. Он стоял, теперь выбирая грёбаный зелёный лук, между прилавков и, мягко говоря, был в шоке. — Всего одно интервью! — уверял его сумасшедший. — Ты... Понимаешь, с кем имеешь дело? — Мне нужны именно Вы, — умоляюще. — Пожалуйста. Акутагава округлил глаза на такую безмерную глупость, а затем пошёл в отдел рыбы. Неизвестный субъект проследовал за ним, напрягая лишь больше. — Ты... Бессмертный что-ли? — непонимающе спросил Акутагава. Выбор рыбы его сегодня не радовал. — Я знаю, что вы мафиози, — просиял Ацуши. — И Вас зовут Акутагава Рю… — Довольно! — прервал его Акутагава, а затем приблизился, смотря прямо в глупые глаза. — Ещё одно слово обо мне и ты труп. Ацуши, наконец, испугался и кивнул, закрыв свой наглый рот. Акутагава был в бешенстве. Как убивать свидетеля, который слишком много знает, в таком месте? Это, в конце концов, его любимый магазин.

***

Только лишь из-за этой непробиваемой храбрости Акутагава... согласился. Убьёт позже. В конце концов, пока что можно повеселиться. Он привёл его на первый этаж высотки Портовой Мафии. В этом здании было много отвлекающих внимание офисов и простых залов. Они сели за кофейный столик. Ацуши положил на него свой диктофон, разложил нужные записи и взял в руки ручку, а затем начал: — Итак, господин Акутагава… — Звучит мерзко. — Просто Акутагава. — Продолжай. — …Вы мафиози. Почему Вы выбрали для себя именно такую профессию? Акутагава задумался. Банальный вопрос, но он никогда не думал над этим. У него вообще никогда не брали интервью. — Это был дар свыше. Это стало моим смыслом жизни. — Значит, в этом плане Вы настроены фаталистично. Тем не менее, все с чего-то начинали. Как начался Ваш путь? — Мне нужно было убить одного человека. — И Вы справились? — Конечно. Иначе я бы не был мафиози. — Кроме убийств у Вас есть и другие функции или я неправильно понимаю суть мафии? Чем Вы занимаетесь помимо этого? — Слежу за поставками контрабанды. Конечно, для этого есть и другие люди, но вся наша организация довольно гибкая в этом плане. Также слежу за порядком в порту. Иногда сопровождаю высокопоставленных лиц мафии на сделках. — Пишите ли Вы отчёты? Кажется, бюрократия поглотила все рабочие структуры. Касается ли это теневой стороны рынка? — К сожалению, касается. Но, я думаю, у нас в этом плане всё менее формально. Конечно, если это не касается поддельных документов, которые должны увидеть свет вне стен мафии. — Значит, Вы справляетесь и с этим? Думаю, это очень трудно. — Конечно, я справляюсь. Иначе я бы не был мафиози. — Из нашего разговора мне стало понятно, что Вы очень гордитесь тем, кем Вы являетесь. Вам действительно это нравится? — Безусловно, мне нравится. — Но что конкретно? — Думаю, это возможность жить безбедно и ни в чём не нуждаться. Жильё, еда, благополучие близких, признание — это всё, что мне необходимо. — У Вас было тяжёлое прошлое? — К сожалению. Жизнь в трущобах не щадит никого. Выбираются оттуда единицы, быть живым там — одновременно и благо, потому что жить хочется, и проклятие, потому что на самом дне жизни нет ничего… надёжного. — Не думаю, что такое можно назвать жизнью, может, выживанием. Раз Вам удалось выбраться оттуда, Вы достойны уважения. — Думай об этом что хочешь. Акутагава попытался подавить улыбку. Он и сам был горд собой за то, что смог выбраться оттуда. За то, что остался жив. Любовь к жизни была его самой сильной страстью, несмотря на то, что почти каждый день он кого-то убивал. Только сильнейшие достойны жить — и если он жив, значит, он достоин этого. Значит, он чего-то стоит. Хотелось в это верить. — Кажется, Портовая Мафия — это организация одарённых. У Вас тоже имеется дар? — Да, это… Я называю это Расёмоном. — Данное название символическое или связанное с чем-то? Это ведь… монументальные ворота? — Именно так. Название символическое, я дал его, когда мне было четырнадцать, хотелось, наверное, какой-то оригинальности. Ворота — символ моей новой жизни, ведь благодаря дару я смог претендовать на работу в мафии. — Звучит неплохо. Не могли бы Вы рассказать о сути своего дара? — Могу. Это лоскуты моей одежды. Я могу управлять любой одеждой, которая будет одета на мне. Могу сделать из неё оружие — тонкая ткань подобна клинку. Могу сделать броню на собственном теле. Могу даже поглотить само пространство, если захочу. Ткань выполняет многие функции и может иметь абсолютно любую форму. — Как Вы вообще пришли к тому, что убили человека с помощью дара? — Как я говорил, в трущобах пощады можно не ждать. В любой момент ты должен быть начеку, защищать себя и близких. Однажды одни идиоты напали на мою сестру и способность вырвалась сама, убив их. Она просто стала воплощением моего желания. — И со временем Вы начали её развивать, верно? — Да, после этого нужно было понять, как именно это работает, и как вообще может работать. Тренировки проходили уже в мафии. До неё я мог только убить в момент опасности и спасти кого-то от холода. — В трущобах Вы были не одни? — Быть одному в таком месте равно смерти. В любую минуту кто-то должен сторожить твой покой, невозможно заснуть без этого, если не хочешь быть убитым. Со мной была моя сестра, о ней я уже говорил. И ещё несколько ребят, все были младше меня, поэтому я был самым… ответственным, наверное. Дар давал мне возможность их защищать. — Но ведь и они защищали Вас? — Безусловно. Мы все были друг за друга. Держались как могли. Акутагава замолчал. Голос дрогнул. Неприятные воспоминания вспыхнули красным прямо перед глазами. Сожаление об их смерти уже давно утихло в его сердце, но гнев за них — никогда. — Как Вы относитесь к своему дару? Многие говорят, что он является проклятьем, но люди, которые его не имеют, могут о таком только мечтать. — Я благодарен судьбе за то, что имею. И не желаю думать о том, что было бы без этого. — Хорошо, давайте поговорим о той жизни, которая вне мафии. Чем Вы любите заниматься, когда не работаете? — Каллиграфией и чтением. Иногда мы с сестрой ходим на выставки или устраиваем пикники на открытом воздухе. Главное, в тени. — Сложно ли скрывать свою личность? Вас часто узнают в повседневной жизни? — Все, кто знают моё лицо, либо так или иначе относятся к мафии, либо мертвы. Ацуши мгновенно потерял лёгкую улыбку: — То есть, Вы намеренно не даёте о себе узнать? — Конечно. На то я и мафиози. — Но разве это не сказывается на личной жизни? Получается, Вы ни с кем не общаетесь вне мафии? — Вне мафии мне никто не нужен. Ацуши опустил взгляд на свои бумаги, пролистав пару листов. Затем судорожно выдохнул. Было видно, как ему сложно подбирать слова. Хотя, безусловно, подготовился он весьма неплохо. Не то чтобы Акутагава в таком разбирался. — Напоследок я бы хотел провести блиц-опрос. — То есть…? — Я задам пять коротких вопросов подряд, на которые необходимы такие же короткие ответы. Первое, что приходит в голову, без особых рассуждений. Это дополнит интервью. — Допустим. — Итак… Что Вы цените в людях больше всего? — Верность самому себе. Силу. Честность. — Представьте, что мафии нет. Чем бы Вы занимались тогда? — Писательством. — Кто является для Вас вдохновением? — Мой наставник. — Ваше самое любимое место в городе? — Санкэй-эн. — Чему бы Вы хотели научиться? — Писать стихи. — И… Это был последний вопрос! — торжественно сказал Ацуши. — Огромное спасибо за интервью. Он протянул Акутагаве чистый лист и ручку, а затем встал с места: — Мне нужно, чтобы Вы написали сюда свою рабочую почту. В течение пары дней я скину транскрибированный текст и вступительную часть интервью для утверждения. Он выглядел довольным. Акутагава ухмыльнулся. Начиналось интересное. — А кто сказал тебе, что ты выйдешь отсюда? — сладко протянул Акутагава. — Никто не говорил мне, что не выйду… — растерялся Ацуши. — В любом случае, я так просто тебя не отпущу. Он встал с места и в одно мгновение приблизился к своей жертве. Ацуши округлил глаза, в ступоре забыв, как нормально дышать. Он попытался отступить, но упёрся в стену — классика. — А что нужно сделать, чтобы отпустили? — А ты как думаешь? — Могу сходить с Вами в Санкэй-эн… Акутагава рассмеялся: — Ты такой нелепый. Ты правда думаешь, что с такими знаниями ты останешься жив? Я выложил тебе все самые яркие подробности, которые знать нельзя. — Но Вы ведь могли пресекать мои вопросы и отвечать только на то, что можно… — Довольно! — вспылил Акутагава. — Подождите! По идее, Расёмон уже должен был расправиться с мальчишкой. В последнее время Акутагава стал слишком сентиментальным. — Ну что такое? — устало протянул он. — Мне нужно покормить кота дома. Он один! — взмолился Ацуши. — В случае моей смерти его нужно отдать в приют! Он ведь останется один в квартире и ему будет плохо… — Ты серьёзно? — снова рассмеялся Акутагава. — На днях я убил отца четырёх детей. Ты правда думаешь, что меня остановит какой-то кот? — А как же моя мечта? — Чего?.. — растерялся Акутагава. — Я так мечтал работать на нормальное издательство или журнал, а не на какое-то детективное агентство… Дазай меня убьёт. — Тебя убью я, — просмаковал Акутагава. — Подожди… Ты сказал Дазай? — Дазай Осаму. Акутагава резко сжал кулаки, а затем ударил одним прямо в стену, рядом с Ацуши. Тот зажмурился от испуга, но затем приоткрыл один глаз, смотря на недовольное лицо. — Что-то не так? — робко спросил он. — Дазай, говоришь… — тихо проговорил Акутагава. Больно, конечно, было бы отпустить Ацуши, но у того есть самая ценная для Портовой Мафии информация. Они уже несколько лет ищут Дазая. Кроме того, у Акутагавы к нему есть и личные вопросы. — Накаджима. Я предлагаю тебе сделку. Ацуши округлил глаза: — Вы серьёзно? Вы не будете меня убивать? — осторожно спросил он. — Не буду… пока что. Суть сделки такова: ты не публикуешь интервью, стираешь любые обо мне напоминания, заметки, диктофон, а также предоставляешь мне адрес Дазая Осаму. Я же в свою очередь не буду тебя убивать. — Разрешите поинтересоваться? — Чего ещё? — раздражённо спросил Акутагава, отстраняясь от Ацуши. — Зачем Вам его адрес? Не нужно его убивать. Убейте лучше меня. — Слышал бы он тебя сейчас. Ты буквально лишаешь человека желанного. — Но зачем? — Я не собираюсь его убивать. Мне нужно с ним поговорить. — Точно? Вы обещаете? Акутагава глубоко вздохнул: — Отчего же ты такой наивный? — Вы честно ответили на все мои вопросы, я доверяю Вам и Вашему слову. Акутагава хмыкнул, а затем улыбнулся одним уголком губ: — Обещаю. Повисла тишина. Ацуши робко проследовал к столу, за которым он брал интервью, а затем грустно посмотрел на записи. — А можно оставить их хотя бы на память? — Поверь, это не то, что следует помнить. — Мне было приятно с Вами общаться, Вы хорошо отвечали на мои вопросы. Не каждый день берёшь интервью у мафиози. — Сделка, — кратко напомнил Акутагава. — Понял, — ответил Ацуши. Он быстро написал нужный адрес и даже номер телефона, а затем отдал бумаги и диктофон Акутагаве в руки. — Если нарушишь своё молчание, я обязательно тебя найду и убью. — Я понял! — И смерть твоя будет мучительна. — Хорошо-о-о, — протянул Ацуши, усмехнувшись. — И всё-таки мне интересно про Санкэй-эн. — А что с ним? — не понял Акутагава. — Ну… мы ведь правда могли бы туда сходить… — Зачем? — Разве Вы не чувствуете после интервью несправедливость? Вы столько о себе рассказали, вывернули всю душу, а я просто слушал и молчал? Акутагава задумался. — Думаю, в этом есть смысл, — ответил он. — Договорились! — просиял Ацуши. Акутагава хотел прервать его ликование, потому что, чёрт возьми, он ещё ни о чём не договаривался. Но затем сдался. Перед ним — настоящий идиот, что с него взять? — А теперь прочь, — бросил Акутагава на прощание. Ацуши довольно протянул свою визитку, а затем, помахав рукой, скрылся из помещения. Он шёл домой с широкой улыбкой на лице. Кажется, у него будет свидание с мафиози. Акутагава немного постоял на месте, а затем, опомнившись, пошёл домой. Кажется, его прервали во время покупок. В руках он сжимал бумаги с адресом Дазая. Скоро он обязательно наведается к нему в гости с вопросом, который мучает всю Портовую мафию. Невзрачная, чуть помятая визитка на этом фоне вызывала недоумение, но, что ж, компания должна быть приятной. Кто бы ещё смог провести Акутагаву вот так? В каком-то смысле это было даже достойно восхищения. В любом случае, его всегда можно убить.