Who's left and who's leaving

Локи выпрямился, прерывисто дыша и еле держась на ногах. Его тело разрывалось при каждом движении, призывая его лечь и отдохнуть, голова кружилась. Он выплюнул кровь изо рта и потянулся к своей магии, чтобы убраться отсюда и зализать свои раны в одиночестве, однако крохотные кусочки энергии на его ладони только зашипели, будто кто-то разжигал огонь мокрыми дровами. О, подумал он, чудесно. Тор и его друзья все еще были заняты, отвлеченные последней катастрофой, но это ненадолго. Локи попробовал еще раз, но получил тот же результат. Это была даже не его вина, во всяком случае, не на этот раз, хотя никто не поверил бы этому. Локи потянулся за своей магией в третий раз, и его голова закружилась. Он упал на колени, схватился за уступ, чтобы удержаться, и почувствовал дикую боль в груди, которая вырвала крик из его горла. Когда его зрение прояснилось, его дыхание стало громким и хриплым, его голова опустилась, и он заметил металлический штык, пронзивший его грудь, диаметром в добрых три пальца. — О, — сказал он с легким удивлением. В голове вдруг стало очень легко. Не то чтобы это было хорошо. Локи почувствовал, как земля содрогнулась от приземления Тора. — Локи! — сказал он резким и твердым голосом. — Что такое… — Отойди от меня, — прорычал Локи, хотя его голос дрожал. Проклятие. Ему нужно было выбраться отсюда, его магия не отзывалась, а металлический штык прошëл через одно из его легких. А теперь Тор. Локи уперся ладонями в землю и заставил себя встать, несмотря на дикую боль от холодного оружия, протыкавшего его внутренности. Глаза Тора почти комично расширились, и Локи захотелось рассмеяться. Его невольное фырканье вознаградило его лишь спазмом боли, от которого он снова согнулся пополам, но его успел подхватить Тор. Проклятый Тор. — Ты ранен, — сказал он. Локи оттолкнул руки и сделал шаг назад. — Какой ты внимательный. Я не подчинюсь твоему… бесполезному… — металл коснулся кости, и Локи проглотил крик. Ему нужно было вытащить эту штуку, тогда его тело смогло бы исцелиться, и он смог бы уйти отсюда, прежде чем все станет еще хуже… Он обхватил руками стержень, торчавший из его груди, и потянул, даже когда Тор рванулся вперед с безумным «Локи, не…» Штык плавно выскользнул, и мир на мгновение померк от агонии. Когда сознание Локи медленно вернулось, он ожидал, что почувствует себя лучше. Он чувствовал себя просто отвратительно. Его руки были мокрыми от чего-то влажного, теплого и скользкого, что он смутно опознал как кровь. Тор смотрел на него сверху вниз и казался явно недовольным. — Ты идиот, — сказал он громко. — Мне не нужна твоя помощь, — попытался сказать Локи, но получился лишь какой-то хриплый выдох, и почему-то это казалось куда менее убедительным. Тор оглянулся через плечо, а затем его руки скользнули под колени Локи и за его спину, и Тор просто подхватил его с земли, как ребенка. — Опусти меня, — попытался возразить Локи, но это не возымело никакого эффекта, а его магия все еще… Мир снова стал нечëтким. Локи не… он не чувствовал себя хорошо. — Нет, — просто сказал Тор. — Я не буду. Я устал смотреть, как ты делаешь это с собой. Руки Локи были спутаны, и, казалось, не хотели подчиняться его желаниям. Этого не могло быть. Его мысли также были спутаны, и он чувствовал, как сознание ускользает, несмотря на то, как сильно он цеплялся за него. — Я позабочусь о тебе, — уверенно сказал Тор. О нет. Этого не произойдëт, с надеждой подумал Локи в последний раз, а потом все исчезло. -- Он проснулся, будучи в тепле, безопасности, однако чувствуя себя абсолютно несчастным. Все его тело болело так, как будто его несколько раз ударил Мьёльнир, и все нервы на левой половине его туловища были в огне. Он издал тихий, рваный звук боли, прежде чем смог остановить его. Кто-то поднес чашку к его рту, и жидкость внутри смачивала его верхнюю губу. — Пей, — сказал низкий знакомый голос, и Локи сделал осторожный глоток, который превратился в нетерпеливые глотки, когда желанный поток воды хлынул в его пересохший рот. Чашка отодвинулась слишком рано, и Локи протестующе застонал. — Ты не можешь пить слишком много сейчас. Это просто сделает тебе хуже, — тëплая рука мягко легла ему на лоб. — У тебя все еще лихорадка, брат. Ой. Локи замер. Он сразу же понял, кто это был. Прежде чем ответить, Локи осторожно потянулся за своей магией. Она едва откликнулся на его призыв. — Что, по-твоему, ты делаешь? — категорично спросил Локи, сосредоточившись на попытке подняться. Все шло не так хорошо, как он хотел. Он поднялся на локте и вынужден был остановиться, задыхаясь от напряжения, и только тогда понял, что его окружение не келья и не Асгард, а какая-то… хижина. — Где мы? — добавил он. Ложись на спину, призывало тело Локи. Отдохни немного. Не нужно суеты. Он проигнорировал это, сосредоточившись на Торе, который хмуро смотрел на него. — Тебе следует лечь на спину, — сказал Тор вместо того, чтобы отвечать на его вопросы, и, назло ему, Локи проделал оставшуюся часть пути до сидячего положения, хотя его руки дрожали, когда он удерживался, а желудок внезапно сжался. — Я не вижу ни одной причины, — сказал он язвительно, — почему мне нужно слушать твои… — Ложись, — сказал Тор, на этот раз скорее рыча. Руки Локи подкосились, и он безвольно упал обратно на диван и твердо сказал себе, что это от усталости рук. Глаза Тора сузились. — И оставайся там. Локи хотел бы быть еще более разъяренным, чем он уже был. Дело в том, что у него просто не было на это сил. Он вызвал на лице усмешку. — Что происходит? — его голос хрипел из-за пересохшего горла, но будь он проклят, если не спросит Тора о чем-либо. — Я твой пленник? Почему же тогда нет клетки? Тор колебался, но лишь мгновение. — Я помогаю тебе. — Помогаешь! — голос Локи резко повысился, и он тут же пожалел о том, что открыл рот. Он прикрыл свое шипение попыткой рассмеяться. — Как именно… — Оберегая тебя, пока ты лечишься, — прервал его Тор, на этот раз без колебаний. Локи моргнул, глядя на него. Он не был уверен, чего ожидал, но это было не то. — Ты был тяжело ранен… — Вряд ли в первый раз, — сказал Локи, и лицо Тора помрачнело. — Я знаю, и именно поэтому — до сих пор я терпел твои отказы в помощи, но мне надоело смотреть, как ты страдаешь, а я стою и ничего не делаю, чтобы ублажить твою проклятую гордость. Ты слышишь меня? Заготовленный аргумент исчез, и Локи тупо уставился на своего… на Тора, на мгновение полностью потерявшись. Однако он быстро пришел в себя и изобразил на лице ухмылку. — Ты, верно, шутишь. — О, — сказал Тор, его губы сжались, и весь его облик излучал упрямство. — Я. Я не жду, что ты передумаешь. Я не жду, что ты будешь счастлив со мной. Но я не буду смотреть, как ты убегаешь истекать кровью в одиночестве в какое-то темное логово… — Я не ребенок, — сказал Локи, хотя от этих слов он почувствовал себя ребенком, а то, как Тор смотрел на него, только усугубляло ситуацию. Не говоря уже о том, что сейчас он был беспомощен, как рыба, выброшенная на сушу. Он бы не смог никуда уйти, и они оба это знали. — Явно нет, — сказал Тор с некоторой резкостью. — Иногда мне кажется, что у тебя было больше здравого смысла, когда ты им был. Локи зашипел от бессловесного гнева, его лицо пылало. — Чего бы ты ни собирался достичь… — По-твоему, у всего должен быть скрытый мотив? — спросил Тор, повысив голос. — Не мог бы ты просто позволить мне обработать твои раны и остановиться на этом? Локи сам быстро утомлялся и изо всех сил старался сэкономить силы, вытекающие из него, как вода через сито. Разумный голос где-то в глубине его сознания заметил, что он может просто подождать, пока не поправится, и тогда ускользнуть. Однако было рискованно прекращать борьбу на мгновение. — Я не буду благодарить тебя за это, — прошипел он. — Я не жду благодарности! — взорвался Тор. — Кто-то же должен позаботиться о тебе! Локи моргнул, ошеломлëнный. Его голова снова начала затуманиваться, и ему было трудно понять, как с ним спорить. — Я могу заботиться о себе, — наконец сказал он, но это прозвучало ужасно слабым в тот момент, когда оно вылетело из его уст. Выражение лица Тора немного смягчилось, и это тоже показалось ему плохим знаком. — Ты бы мог сказать это с большей правдоподобностью, если бы чуть не погиб, — сказал он снова с той же ноткой резкости. Локи хотел возразить, но быстро угасал. Он решил демонстративно закрыть глаза. Возможно, когда он в следующий раз проснется, сопротивляться будет легче. -- Когда он открыл глаза в следующий раз, Тора не было рядом. Локи внимательно окинул взглядом все, что мог видеть, но нигде не увидел его и не слышал поблизости никакого шума. Значит, он ушел, чтобы сделать что-то важное. Локи тихо выдохнул. — Тор, — сказал он негромко, но ответа не последовало. Локи медленно сел, шипя от пронзающей его туловище боли. Однако он терпел еë, пока не выпрямился и не начал тяжело дышать, скинув на пол сваленные на него одеяла и осторожно перекинул ноги, пока его ступни — босые, как заметил Локи с легким неудовольствием, — оказались на деревянных досках.Там он глубоко вздохнул, ожидая, пока боль утихнет до терпимого уровня, а затем медленно поднялся на ноги. Какое-то мгновение он шатался, его тело яростно протестовало, но он стиснул зубы и подавил реакцию, удержавшись на ногах. Ему показалось, что он что-то услышал в соседней комнате, и он быстро оглянулся, но Тора по-прежнему не было видно. Локи повернул голову и, устремив взгляд на дверь, поковылял к ней. Это было некрасиво и уж точно не достойно, но если бы он смог выбраться отсюда, тогда… Он не был уверен в следующих шагах, но для начала было бы достаточно уйти от Тора. К третьему шагу у него начала болеть грудь, боль ужасно пронзала его торс. Он был всего в футе от двери, когда его колени подогнулись, и он упал, короткое падение сопровождалось резким криком, когда он ударился об пол, и его грудь взорвалась болью. Он быстро проглотил его, но попытки подняться оказались безрезультатными, и он мог только лежать, тяжело дыша, пытаясь заставить свое тело подчиниться ему. Однако его тело, казалось, подняло мятеж и решительно отказывалось сотрудничать. Помимо этого, он чувствовал привкус крови в задней части горла. Локи лежал там, казалось, целую вечность, терпя ужасную боль в теле, прежде чем дверь открылась. За ногами Тора Локи мельком увидел катящиеся, покрытые снегом холмы, и ему захотелось биться головой об пол. Тор посмотрел на него сверху вниз, а Локи сжал руки в кулаки и ничего не сказал, стиснув зубы. Тишина затянулась. — Где ты был? — наконец спросил Локи. — Разговаривал с друзьями, — сказал Тор. — Чтобы они знали, что все хорошо. Все не так, хотел огрызнуться Локи. Ничего не хорошо. — Я уверен, что они были рады услышать, что ты все ещë так бездарно тратите своë время. Тор покачал головой. — Локи… — он замолчал. После долгого молчания он вздохнул и опустился на колени рядом с ним. — Что ты собирался делать, если бы выбрался наружу? — спросил он. Локи оскалил зубы. — Это не имет значения, лишь бы я был вдали от тебя, — парировал он, а затем кашлянул небольшими брызгами крови на пол перед сапогами Тора. Тор снова вздохнул. — Ты не дурак, и я не понимаю, почему ты настаиваешь на том, чтобы вести себя как дурак, — сказал он. Локи протестующе вскрикнул, когда Тор поднял его с пола, как краснеющую невесту, и попытался сопротивляться, но он начал дрожать слишком сильно, чтобы делать это. Его не-брат снова уложил его на диван и положил на него одеяла. — Оставь меня в покое, — прорычал Локи сквозь стук зубов. Он плохо себя чувствовал. Боль в его груди распространилась, будто невидимые щупальцы, которые искрились еще более острой болью, проникали в его тело, и он не мог перестать дрожать. Тор накинул одеяло на его плечи. — Нет, — сказал он твердо и неумолимо. — Я ненавижу тебя, — сказал Локи. Он чувствовал себя полным дураком, укрытым слоями одеял и все еще дрожащим, слабым, жалким. — Ты продолжаешь это говорить, — сказал Тор, все еще сдвинув брови в своем глупом хмуром взгляде. — Так часто, что я иногда задаюсь вопросом, кого ты пытаешься убедить. Локи не нашëлся, что ответить. Вместо этого он закрыл глаза и отвернулся. -- Он очнулся от сна, который (вероятно, к счастью) не помнил, ворочаясь и корчась, вцепившись в одеяла, спутавшиеся вокруг его тела, несмотря на агонию, которую причиняло ему это движение. По крайней мере, так оно и было, пока кто-то (Тор, конечно же, Тор) не предпринял попытку удержать его. В это время его грудь пронзило сильнейшей болью. Задыхаясь от боли, с пересохшим ртом, Локи мог только злобно смотреть на огромного болвана. — Ты все еще здесь, — прохрипел он, доверившись своему голосу, хотя его сердце все еще колотилось. Выражение лица Тора было нахмуренным, а не сентиментальным, как ожидал Локи. — Воистину я. Локи закрыл глаза и откинул голову назад, так как это казалось единственным способом, которым он мог ответить с подобающим пренебрежением. Он потянулся за своей магией, на всякий случай, но смог только коснуться еë, прежде чем она снова ускользнула от него. — Я надеялся на другое. — Выпей, — сказал Тор. Локи открыл один глаз и увидел, что к нему поднесли стакан с водой. Локи подумывал просто отказаться, но в горле пересохло, и он все еще чувствовал себя выжатым, как старая тряпка. Он попытался высвободить руку из-под одеяла, но прежде чем он смог это сделать, Тор просто поднес стакан к губам, и Локи пришлось открыть рот, как ребенку, иначе вода бы просто вылилась мимо. Он облизнул губы, когда стакан отодвинули, и сказал: — Твои друзья не будут довольны тем, что ты скрылся с их пленником. — Они поймут, — сказал Тор, отставляя воду в сторону. Глаза Локи последовали за ним. Во рту у него все еще было болезненно сухо, но он не хотел просить ещë, а вода, которую он уже выпил, беспокойно булькала в желудке, словно не могла там остаться. Он сузил глаза. — Вряд ли. Тор мгновение смотрел на него с поразительно серьезным выражением лица. — Если даже они этого не сделают, — сказал он через мгновение, — то притворятся, чтобы не расстраивать меня. Локи моргнул, слегка испугавшись. Это казалось более проницательным, чем он ожидал от Тора. Пытаясь скрыть свое удивление, он усмехнулся. — А как могучий Тор относится к тому, чтобы быть нянькой у злодея? Он почувствовал небольшой импульс удовлетворения от того, как сжался рот Тора, но ответ был разочаровывающе мягким: — Могучий Тор справится. — Будет ли он… — хотел зарычать Локи, но даже намекать на угрозу было бы абсурдно, учитывая, что он все еще лежал на спине, как перевернутый жук. Максимум, чего он смог бы добиться, это метко плюнуть ему в лицо, если бы он мог набрать слюни для этого. Возможно, позже он сможет освободить руки, чтобы выцарапать себе глаза. Игнорировать его казалось лучшим вариантом, но с его постоянным присутствием прямо здесь… — Ты просто собираешься сидеть там? — он вырвался, наконец. — Ты хочешь чего-нибудь? — спросил Тор. — Если ты голоден… Желудок Локи сжался даже при мысли о чем-то тяжелее воды, и на мгновение ему показалось, что его сейчас вырвет. — Нет, — быстро сказал он, — хотя твоя забота трогательна. — В некоторой степени это было правдой. — Ты не можешь всерьез намереваться скрываться в какой-то хижине, в которую меня затащили, пока я не соберусь с силами, чтобы уйти от вас — что я и сделаю. Разве у тебя нет обязанностей? — Я отвечаю за тебя, — сказал Тор, и Локи возненавидел то, что он сказал это с такой совершенной искренностью, как будто это был факт, а не бремя его прославленного героизма. — Потому что моя жизнь всегда была лишь тенью твоей. Тор нахмурился. — Я этого не говорил. — Ну, это имеет значение лишь потому, что она принадлежит тебе, не так ли? Моя жизнь сохранена, потому что это твоя ответственность. Меня это мало касается. Хмурый взгляд Тора усилился. — Ты искажаешь слова до тех пор, пока они не теряют смысл. Выражение лица Тора помрачнело, но затем он глубоко вздохнул, заметно успокаиваясь. — Ты пытаешься меня разозлить, — сказал Тор нарочито размеренным голосом. — Это не сработает. Локи одарил его своей лучшей злобной ухмылкой. — Это всегда работает. В этом отношении ты такой надежный. Тор долго смотрел на него, а потом встал и просто… ушел. Локи лишь умудрился не плюнуть ему в спину, но не смог удержаться от недоверчивого взгляда ему вслед. Он не мог просто так уйти, когда Локи был беспомощен и неподвижен, а крики ему вслед выставили бы Локи дураком и… Черт бы его побрал. Локи некоторое время кипел, но в конце концов у него не хватило сил, чтобы выдержать это, и он снова погрузился в исцеляющий сон. Чем скорее его тело восстановится, тем скорее он сможет покончить со всем этим. -- Он почувствовал себя несколько лучше, когда в следующий раз сознание вернулось. По крайней мере, в голове у него немного прояснилось. Локи проснулся от урчания в животе и восхитительного запаха в воздухе. Он глубоко вдохнул — хотя ему пришлось остановиться на полпути из-за резкой боли в груди — и почувствовал, как его рот наполняется слюной. Запах был такой приятный, и ему потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, что это, должно быть, Тор. Готовка еды. Какая новинка. Словно вызванный мыслью, появился Тор. — Ты еще не голоден? — спросил он почти весело. Настроение самого Локи ухудшилось. — Я готовлю тушеное мясо и могу помочь тебе поесть, если хочешь. Возник конфликт интересов. Локи знал, что ему нужно поесть, если он хочет выздороветь, а он действительно хотел выздороветь, желательно быстро. И еда пахла вкусно. Но прием пищи от Тора совсем не прельщала его, а вероятность того, что его тело не примет пищу, была сдерживающим фактором. Его желудок издал поразительно громкий звук, и Локи скривился. — Да, — сказал он наконец, — но я могу поесть сам, спасибо. — Думаю, будет лучше, если… — начал Тор, но Локи оборвал его. — Ты думаешь. Заметь, Тор, что я не ты. Выражение лица Тора сменилось грозным хмурым взглядом, но он отступил, предположительно, обратно на кухню. Локи вздохнул с облегчением. Гораздо проще, решил он, держать себя в руках, когда он просто расслабится и примет свою слабость, но это не отменяет того факта, что это действительно была слабость. Все еще. Это было лучше, чем лежать на полу, дрожа как кусок бесполезной плоти, как он, вероятно, все еще был бы, если бы был один. Мысль была горькая, но от этого не менее верная. Через несколько мгновений Тор появился снова, неся две дымящиеся миски. Он предложил Локи одну, и тот медленно приподнялся, оперся на подушки, осторожно двигаясь, и потянулся за миской. Он взял еë успешно, но, когда он перенес еë на колени, по нему пробежала дрожь слабости, его руки тряслись, и немного кипящей горячей жидкости пролилось ему на грудь. Локи вскрикнул от удивления и боли и попытался вскочить, но упал от яростной вспышки боли, как будто его заново пронзили, дыша поверхностно и болезненно, его грудь горела, пальцы горели и… Миска была твердо вынута из его рук, и Тор вытирал беспорядок влажным полотенцем, которое он откуда-то взял, бормоча неопределенно успокаивающие слова. Прохлада казалась благословенно приятной, и Локи обмяк, когда жжение ослабло. — Ты в порядке? — спросил Тор. Забота.Спокойствие. Как будто это было нормально, как будто он имел полное право вести себя так, как будто он все еще был братом и защитником, как будто он когда-либо был таковым раньше. Плечи Локи вздрогнули. — Нет, — сказал он сквозь зубы. Брови Тора нахмурились. — Ты обжëгся? Был бы лед… — Это не проблема, — Локи казалось, что он вот-вот начнëт дрожать от злости. Тор нахмурился, и Локи почувствовал, как его руки сжались в кулаки. Он наклонился вперед, чаша Локи все еще была в его руках. — Тогда что… — Стоп, — прохрипел Локи. — Стоп что? — сказал Тор со своим глупым хмурым взглядом, глупыми бровями и глупым… Локи почувствовал, как что-то щелкнуло, и на этот раз это было не сращивание тканей. — Просто остановись! — он слепо набросился, выбив чашу из рук Тора и расплескав ее по половицам. — Перестань притворяться, что это должно помочь чему-то, что-то исправить, как будто ты ведешь себя так, как мой брат! Ты не … мы не кровные братья, и я не приму твою заботу только из-за твоей неуместной вины… — Чувство вины! — вмешался Тор. — Ты так думаешь… — Не так ли? — Локи чувствовал, как учащается его дыхание, и знал, что доводит себя до безумия, но не мог остановить это. — Твоя ложная доброта, ваша ложная забота, вы надеетесь вернуть то, что ушло, не так ли? Исправить свои ошибки, безнадежный дурак. Я не твой… — Ты ошибаешься, — пророкотал Тор. Локи усмехнулся, дико и злобно. — Значит, ты думаешь, что ничего не добьешься? Тогда зачем беспокоиться… — Ты мой брат, — голос Локи застрял у него в горле, он забыл, что хотел сказать, и знал только, что, вероятно, это должно было прозвучать язвительно. Когда к нему вернулся голос, это было лишь сдавленное: — Как ты себе это представляешь? — Потому что это так, — голос Тора был низок, как гром, и полон абсолютной уверенности, приводившей Локи в бешенство. — Ты мой брат, во что бы ты ни верил и каким бы ядом ни плевал в меня, я позабочусь о тебе и отнесусь к тебе с добротой, и хотя бы на мгновение ты должен просто промолчать и принять это! Его голос повышался с каждым словом, пока он почти не закричал, и Локи мог только смотреть на него и беспомощно моргать, слишком ошеломленный, чтобы реагировать. Тор сурово нахмурился и добавил: — Если ты собираешься настаивать на обратном, я всë равно буду присматривать за тобой, и это не оспаривается. — Не буду, — выдавил Локи после недолгого молчания, но его голос звучал слабо по сравнению с Тором, и тот оборвал его твердым «Тише». Он уставился на Тора, не совсем разозлившись. В основном потому, что он был чертовски напуган, чтобы как следует закипеть. Однако Тор, похоже, был удовлетворен его молчанием, твердо кивнул и взял другую миску с тушеным мясом, ту, что не лежала на полу. — Ну так, — сказал он, — ты голоден или нет? Выражение лица Тора наводило на мысль, что его либо кормили с ложки, либо он голодал. Пустой желудок Локи начал громко выражать свое неудовольствие. Он выбрал кормление с ложки и попытался не обращать внимания на подозрительно ласковый взгляд Тора и чувство пустоты, которое оно вызывало где-то в его груди, наверняка не имевшее никакого отношения к его травме. —— — Все, что ты сделал, — сказал Локи, наблюдая, как Тор ковырялся в маленькой лачуге, — это позаботился о том, чтобы я был более осторожен в своих планах на будущее. — Хорошо, — сказал Тор. — Я надеюсь на это. Локи сузил глаза, глядя на спину Тора. — Ты понимаешь, что я просто постараюсь избегать тебя. Тор обернулся, выражение его лица стало более серьезным. — Я предпочел бы это, чем опоздать и совсем потерять тебя. Локи быстро отвел взгляд, не в силах выдержать этот серьезный тон, и усмехнулся. — Действительно. Я думал… на этот раз… — Пощади меня, — сказал Локи. Он думал, что если Тор начнет сейчас один из своих монологов, он выползет из кожи вон. — Я жив, и тебе не стоит так суетиться из-за меня. Он мельком увидел лицо Тора и чуть не застонал. — Иногда ты так похож на самого себя, как будто ничего не изменилось, — сказал Тор с кривой улыбкой. «Все изменилось», — хотел рявкнуть Локи, но из его рта вырвалось: — На кого еще я мог бы походить? — от того, как Тор усмехнулся, в его груди неприятно потеплело. Будь ты проклят, подумал Локи и не был уверен, имел ли он в виду Тора или на самом деле себя. Иногда было так легко забыться, погрузиться в старые воспоминания и просто… чувствовать себя комфортно. Вспомнить, каково это было, когда он верил в тепло, любовь и семью, и что он мог получить все это. Локи замолчал, чтобы больше не совершать ошибок, хотя, конечно, это длилось недолго. — Что ты делал? — спросил Тор. Локи слишком быстро повернул голову и подавил шипение. — Когда делал? — Когда… — Тор сделал неопределенный жест в сторону Локи, и тот скривился. — Это не было похоже на одну из твоих… уловок. — Ты заметил, — сказал Локи чуть ровным голосом. Он знал, что Тор не поймет намека, но, тем не менее, часть его не могла не надеяться. — Так что? -надавил Тор, и Локи выдохнул через нос. — Нет, — сказал он. — Это была не моя идея. Я оказался не в том месте и не в то время. Это все. — Что это было на самом деле? — Локи собирался убить его, задушить во сне, и он ни капельки не будет чувствовать себя виноватым. — Я был… в гостях у кое-кого, — он закрыл глаза и повернул лицо к потолку. — Наши цели совпали, и я отправился в Нью-Йорк. — Демонстративное молчание. Локи не был уверен, чего он ожидал, поэтому он открыл глаза и огляделся. — Что? Тор как-то странно посмотрел на него. — Ты отправился? Локи пожал одним плечом, чувствуя себя немного обороняющимся. — Почему бы и нет? — взгляд Тора заставил его зарычать, поэтому вместо этого он отвернулся. — Это не имеет значения, — Локи устало прикрыл глаза. — Будь осторожен, Локи, — сказал Тор так, будто хотел улыбнуться. — Кто-то может подумать, что ты не совсем это имеешь в виду. Будь он проклят, подумал Локи и попытался убедить себя, что отсутствие должной злобы в этой мысли было вызвано его затянувшимся истощением. Как только он полностью выздоровеет, все встанет на свои места. Локи самому стало стыдно от того, как неубедительно он звучал, даже в его собственном уме. —— Он медленно выплыл из глубокого и, на этот раз, спокойного сна. В какой-то момент он так тщательно закутался в одеяла, что чуть не превратился в мумию, а Тор… гладил его. Несколько мгновений Локи лежал совершенно неподвижно, но нет, Тор определенно гладил его по волосам, словно он был каким-то котом или другим маленьким пушистым животным, его пальцы надавливали на кожу головы ровно настолько, чтобы это было приятно. Этого нельзя было терпеть. Тор не мог считать, что он примет такое собственническое отношение к своей персоне просто потому, что он был ранен и устал, и, возможно, был менее враждебен в последние два раза, когда они разговаривали. Просто Локи знал, когда начинать битву, и иногда не стоило пытаться спорить с неумолимой решимостью Тора. — Локи? — пробормотал Тор. Он почти чувствовал свой голос костями. Локи задумался. Он мог сопротивляться, драться и рычать, оттолкнуть руку Тора и разорвать то мягкое сердце, которое этот болван держал таким незащищенным. Он мог бы ударить сейчас, собрав всю злость и обиду в своем сердце и вонзив кинжалы в душу Тора, пока тот, наконец, не сдастся. В груди Локи кольнуло. Большой палец Тора осторожно убрал прядь волос с лица и заправил ее Локи за ухо. Это было… мило, должен был признать Локи. Не нужно бороться с собственной болью, насильно заливать воду в горло, спать, дрожа, и просыпаться в одиночестве. Хорошо, когда есть кто-то, кто поднял его с пола, когда он попытался встать слишком рано. Кто-то, кто заботился о нём. Маленький закрученный узелок на груди Локи ненавидел это больше всего на свете, но пальцы Тора в его волосах были… очень приятными. Он совсем не хотел, чтобы они исчезали. Локи очень тихо вздохнул и сдался. Только сейчас, пообещал он себе и расслабился, позволив себе снова погрузиться в сон, а Тор все еще гладил его по волосам. — Все хорошо, — сказал Тор, чего не было и не будет, хотя какая-то маленькая часть Локи желала, чтобы он мог верить, как он верил, когда был младше, что Тор способен решить любые проблемы. Если кто-то и может изменить ход вещей простой верой, туманно подумал он, так это Тор. Локи открыл один глаз, сфокусировав взгляд на пятне, которое было его братом. — Тише, — сказал он, подражая совету Тора. Прежде чем его глаза закрылись, Локи поймал улыбку Тора. Яркий и ослепляющий, как солнце, и он никогда не собирался меняться. Эта мысль должна была вызвать в нём злость. Однако на мгновение, в тумане между сном и пробуждением, это было почти облегчением. Со всей этой силой, тянущей его, возможно, на этот раз ему не придется падать.