Мои крылья переломаны

      Сердце пронзает тянущая боль, обычный вздох сделать крайне тяжело. Существо оглядывает свои ноги, запястья, а затем взгляд падает на левую сторону груди. На белой ткани кровавым цветком распространялось ярко-алое пятно. В этот раз это дело не посторонних рук. Она сама сделала это.       Девушка опускает голову на колени, отдаваясь такому знакомому, хоть и неприятному чувству. Соленые реки слёз не переставая текут по её щекам, обжигая кожу. Посторонние люди проходят мимо, не желая вмешиваться в чужие проблемы. И так действительно лучше, она не хочет притворяться и одновременно не хочет жалости. Предполагала ли она когда-нибудь, что спуск на землю будет именно таким? Чёрствые люди… Которых и ненавидеть невозможно, слишком сложно. Она не может загасить желание внутри помогать каждому и отдавать всю себя.       В голове рисуются образы, которые сидят там уже на протяжении нескольких дней. Она хочет прокручивать все те же слова одного и того же человека, даже если они и приносят только больше боли. Она не хочет забыть. Мир жесток, судьба жестока, люди, жизнь – всё. Там, в пушистых облаках на небосводе, ей никто не рассказывал, как бывает порой больно связываться с людьми.       Ты находишь такого человека, который тебя понимает. Тот, кого ты никогда не встречал. Она словно та, кто была с Теньши всю ее проклятую жизнь. Словно та, кто сталкивалась с теми же проблемами. Она была другой, не такой, как другие люди. Словно она тоже не из этого мира, не отсюда, и когда-то тоже со свободой внутри парила в небесах, как и Теньши.       Ей жалко людей, проживающих на этой планете. Судьба жестока с каждым, от острия лезвия её ножа не убежать и не спрятаться. И это добралось даже до неё. До неё, которая добровольно пожелала оказаться здесь: среди эгоистичных и паршивых тварей, которые намного хуже, чем в родной обители. Всё внезапно оборвалось, внутри была жуткая пустота, которую не могло ни что разогнать. Это клеймо на сердце, за которое она будет постоянно себя винить. Что поделаешь, если лимит души на допуск боли к сердцу давно был исчерпан, но она все равно продолжала, не заботясь о своем состоянии. Она не человек – стерпит всё.       Тягучее ожидание только поджигало ситуацию, медленно стекая по струнам души. Время тянулось слишком медленно, Теньши не ощущает, что сможет дожить до этого вечера. Ей до крика хочется верить в невозможное. В то потерянное, что уже не вернуть. В то невероятное, что уже не произойдет. Она готова сломать себя. Она готова взять все раны на себя и пережить всё то же.       Тяжёлая капля прорезала воздух, упав на лоб существа. А затем ещё и ещё. Словно погода знает обо всём и, как бы поддерживая, плачет вместе с ней. Какой-то огонёк вновь зажженной свечи внутри погас, и желания его снова разжигать не было. Чувства людей стали ей не чужды после проживания здесь, и сейчас она с точностью может сказать, что испытывает апатию.       Не теле проявлялись жгучие раны, и от капель дождя они неприятно щипали, напоминая о себе и о причине своего существования. Нет, Теньши не хотела верить ни в худшее ни в лучшее. Она бы предпочла заснуть на некоторое время, пока всё не уляжется. А, может, даже и навсегда. Чтоб никакие расспросы не резали совесть, чтоб никакие переживания о самочувствии другой не тревожили израненную душу.       Небо давным-давно оставило её, жестоко вырвав крылья позади. Но как же она хотела бы сейчас взлететь. Снова почувствовать это, как и раньше.       Девушка приподнялась и, сжав кулаки, побежала. Сосуды всё ещё бьющегося сердца также медленно, как и тянулось время, разрывались, выбивая из груди неровные вдохи. Не важно куда, не важно какая погода, не важно, что тревожит. Сейчас всё совершенно не важно. Одно слово, лишь одно слово, которое либо сломает ее окончательно, либо даст надежду. Ей суждено услышать это вечером. Но она не доживёт. Маленький ребенок в груди рыдает горькими слезами, и ей хочется тоже. Хочется просто закричать на весь мир «Прости» и вернуться в прошлое. Изменить, исправить, что угодно, но только не это.       Она уже не верит в судьбу. Судьба – не мать, создающая в жизни все как и должно быть, она палач, который избавляется от слабых путем естественного отбора. Она сама хочет строить свою судьбу. Плевать, что там думают на небесах, плевать, что ее уже не принимают. Она ничего не хочет и не желает, разве что: молиться на то, что всё будет хорошо. Что она будет в порядке.