лишь я могу вредить своей любви.

На улице холодно, ливень гроза. Людей нет, ведь уже, ночь. Скоро уже 2 часа, и большинство людей спокойно спят. Видят различные сны, кто-то страшные, кто-то грустные, а кто-то весёлые. В квартирах света нет, и в квартире двух парней он тоже выключен. Во всей квартире темнота и мрак, а в ванне…в ванне юноши. — больно. — робко и почти что беззвучно сказал парень в шапке, пока другой обрабатывал большое количество синяков и ран. — ты так и не ответил, кто это сделал? — спросил второй, продолжая обрабатывать синяки на худых и тонких ногах любимого. Тсукими отвёл взгляд, сжав губы. Он ничего не ответил, на вопрос. И ждал, пока тот закончит. Наконец, тот закончил и убрал аптечку. Те продолжали сидеть в пустой ванне, и Хиёри, вновь спросил кто это сделал. — ты убьешь его, а я этого, не хочу. — тон стал более пугливым, а Шин звучал неуверенно. Плохо. Это может разозлить его возлюбленного, и тогда, ему не поздоровится. Взяв тонкую руку Тсукими, обладатель зелёных волос потянул его к себе, поцеловав его алые губы и чувствуя, как сердце парня бьётся все быстрее и быстрее. Вцепившись руками в берёзовые волосы, Мидори посмотрел ему в глаза не отводя взгляда. А тот, повернул голову, что мастеру этажа определено не понравилось. — в последний раз спрашиваю, кто это сделал? — уже в приказном тоне, спросил он. Повернув голову Шина обратно к себе, после чего, тот отпустил руку, которая была в волосах Тсукими. Парень задрожал, и все же, ответил. — это был тот самый парень, который приставал ко мне в последнее время…я нагрубил ему и он… — После ответа, настала тишина, которая по ощущениям длилась вечность. И которая не могла не вызывать дискомфорт. Но это тишина прервали. — какая тебе разница? . — Соу усмехнулся, окутывая руками шею Шина, и притянул его к себе тихо прошептав на ухо. — лишь я могу вредить своей любви. —