безмолвие

      хейдзо опережает итэра на несколько минут, пока тот задерживается выслушать что-то от генерала, и оказывается у края быстрее, чем светловолосый.       улыбается, разглядывая медленно плывущих вверх медуз, колышущуюся сиреневую траву и слыша журчание водопадов.       (всё в этом острове дышит. это влечёт к себе.)       итэр подходит тихо, молчит. на его губах небольшая улыбка.       (от неё на душе становится легче. он надеется, что итэр обычно улыбается чаще.)       хэйдзо до последнего думал, что слухи о молчаливости путешественника - всего лишь слухи, но за сегодняшний день он понял, что нет.       (его предположения посыпались, как карточный домик ещё в тот момент, когда чужеземец раскидал нобуси по пляжу, под писки его спутницы.)       итэр постоянно молчит. молча думает, молча идёт, кажется, что даже молча же разговаривает.       (но хэйдзо находит в этом свой очаровательный шарм.)       в целом, не то чтобы у детектива были какие-то возражения. ему хватало и безмолвия путешественника, которое чаще говорило намного больше, чем его короткие фразы.       (его взгляды говорили всё за него. итэр это знал. поэтому никогда не прятал глаз.)       зеленоглазый оборачивается, заглядывая ровно в самую душу.       (итэр бы позволил это сделать? или закрылся бы? замолчал бы окончательно?)       — ты уже здесь, — в голосе хэйдзо сквозит веселье, во взгляде пятнами вспыхивает печаль. — смотри, как прекрасен ватацуми. удивительно, что это бесплодная земля создала такие великолепные пейзажи.       (в голове у него совсем не это.)       итэр наклоняет голову в бок, но всё равно молчит. его взгляд на несколько секунд отвлекается от детектива и бегло проходится глазами по красотам острова.       (и не находится сомнений в том, что итэр знает это.)       — на самом деле я очень тебе благодарен, — хэйдзо продолжает свой монолог (на самом деле, конечно «их диалог», потому что казаться может что угодно, кроме немых ответов итэра) уже серьёзно. знает, что шутить в такие моменты нельзя. — до того как ты появился, у меня не было цели.       (что заставляет его говорить?)       улыбка на чужих губах становится ощутимее, проскальзывает во взгляде тёплыми всполохами.       (этот взгляд?)       — даже если бы я узнал, чем они тут занимаются, без тебя я не смог бы получить никакой достоверной информации, — сиканоин кивает сам себе, думает, что стоит взять себя в руки, вернуться в, слегка наигранное, веселье.       (или улыбка?)       — мне жаль. я обещал вернуться с тобой, но пока что это невозможно, — в голосе сквозят искренние извиняющиеся нотки, хэйдзо чувствует себя неловко (на вопрос «почему?» он знает ответ, но старается скрыть даже от себя самого. особенно от себя самого.). — поэтому, пожалуйста, прикрой меня. ха-ха.       изо рта вырываются непроизвольные смешки (чтобы сгладить неловкость?).       — ты действительно хочешь скрыть всё? — итэр говорит тихо, почти не размыкая губ, слишком сильно походя на шелест ветра. (заставляя сердце бешено затрепыхать.)       (сам итэр? такой тёплый и спокойный. тот, с которым день пролетел незаметно?)       — сначала я не думал об этом, но пусть это будет прекрасным опытом, полученным в путешествии, — снова дежурная улыбка. — в конце концов, это не то, что я хочу расследовать.       (он не знает.)       они оба замолкают, смотря друг другу в глаза. хэйдзо кажется, что итэр читает его, как открытую книгу, как будто детектив из них именно он.       (кажется, что ему вовсе не кажется.)       — ты сказал, у тебя есть ответ? — путешественник снова спрашивает, не отводя взгляда. в голове жужжит рой мыслей, мешающих думать, но приходится собрать их в кулак, оставить на далёкое потом (на, наверное, никогда).       — да. все, с кем мы повстречались, каждое сказанное ими слово, приближали меня к ответу, — зеленоглазому ужасно нравится произносить это сладкое «мы». — теперь я наконец всё знаю.       взгляд уходит от пшеничных волос вправо, в сторону нескончаемых водопадов и фиолетовой травы.       (ему не нравится, как сильно это «мы» отдаётся внутри.)       — почва на ватацуми старая, неплодородная, поэтому многие сельхоз культуры не растут тут, — руки складываются на груди непроизвольно. — именно их и не хватает.       (ответ был очевиден. но это был не он.)       — но здешние люди ради лучшей жизни осмелились воспротивиться и сделать невозможное… — хэйдзо чувствует восхищение, ко всем ним. лёгкое. почти неощутимое. но заставляющие почувствовать странную теплоту. — это оно и есть. то, чего тут не хватало. запах того, что я ощущал на горо, тодороки, токуде и масаси… это воля к жизни.       он замолкает. наверное, в неуверенности.       (на самом деле, в неуверенности. это может казаться обычными фразами, но они оба знают, что это только начало. только подводка.)       — думаю, я неправильно понял с самого начала, — хэйдзо опечаленно качает головой. — я говорил, что это исчезло. но оно не исчезало, оно всё ещё здесь.       внутри некое разочарование. сыщик, а для такой, по сути, мелочи понадобилось столько усилий.       (он поправляет себя. усилия нужны были не для этой задачки. о нет…)       с каждым словом, жестом и мыслью он ощущает себя всё более уязвимым перед взглядом цвета мёда.       (а для этой, стоящей перед ним и смотрящей прямо в душу без какого либо «я могу войти?».)       — как вода, которая, встречаясь с огнём, превращается в пар и поднимается в небо. так и эта истерзанная земля отдала свои жизненные силы живущем здесь людям.       он тоже начинает говорить тихо, наверное, боясь.       (точно боясь.)       — это последний ответ, — хэйдзо думает, что будь это кто угодно, кроме одного чужеземца, он бы поставил точку, но он продолжает, гонимый нелюбовью к недомолвкам.       (на самом деле, просто рядом с итэром врать становится невозможно.)       он слышит, как в душе поднимается целая буря, слышит, как рвано он сам вдыхает, жмуря глаза.       (виноват ли он сам в этой буре?)       — в общем, ещё раз спасибо тебе, итэр, — его голос звучит уверенно, не смотря на бешено блестящие глаза и нервное покусывание губ. — хотел бы, чтобы ты всегда был мои напарником. даже если мы знакомы не так давно… ха-ха, я многого прошу, знаю. но я понимаю, это невозможно, тебе предстоит закончить своё путешествие. я сделаю всё, что смогу, не дам этим воспоминаниям исчезнуть. они навсегда останутся в моём сердце. так я всегда буду помнить об этом прекрасном острове, людях, полных жизненной силы и… — под конец он будто давится словами, останавливаясь на десяток секунд, а потом продолжая намного тише. — нашей дружбе.       (точка наконец поставилась сама.)       а итэр молчит, глядя прямо в глаза. молчит, слыша чужие рваные вдохи и выдохи. молчит, видя подрагивающие пальцы и претящую своей фальшивостью беззаботную улыбку.       (он ведь понял, да?)       и в этот раз, его молчание напрягает хэйдзо до сбившегося дыхания. он чувствует себя голым. наверное, он не собирался говорить так много, но за одним словом потянулось следующее, а за ним уже и целая цепь из противно-искренних мыслей. из чего-то сокровенного, скрытого от чужих глаз за маской самолюбивого детектива.       (ему кажется, что он сказал слишком много и именно столько, сколько нужно было одновременно. это запутывает всё в клубок и темноволосый пока не знает, за какую ниточку нужно потянуть, чтобы его распутать.)       хэйдзо вздрагивает, когда чувствует, как к нему прикасается прохладная ладонь, пробегаясь кончиками пальцев по запястью, аккуратно черча руну, что проявляется золотым контуром, а после, ярко вспыхнув, блекнет, еле виднеясь на коже шрамом.       (руна не кажется детективу знакомой, но и опасной не кажется тоже. голова болит и он думает оставить и эту мысль на потом.)       — я не знаю, куда приведёт меня моя цель, — итэр говорит это тягуче-размеренно, медленно. его рука, касаясь кожи, двигается к лицу, заправляет часть бордовых волос за ухо, без какого-либо смущения или сомнения, не спеша убирать пальцы с пряди. — но я всегда буду рад нашей встрече, хэйдзо. случайной или нет.       (из головы не идут чужие прикосновения.)       пшеничноволосый тянется к чужому лицу (на долю секунды он видит хитрый блеск в медовых глазах), мягко оставляя на губах лёгкий и мимолётный поцелуй.       в голове, вдруг, становится до приятного пусто.       (пугающе пусто. хэйдзо видит, как легко теряет от этих чувств голову, и это заставляет его всего сжаться от страха.)       хэйдзо остаётся лишь растеряно стоять на краю огромной раковины, наблюдая, как итэр отходит от него на шаг, на пробу, а потом, кивнув себе, ещё на тройку шагов.       (будто пытается понять, может ли он это вообще сделать.)       солнце заходит вместе с путешественником, бесшумно растворившемся в воздухе, по мановению руки, заставляя горизонт алеть.       (было ли это признанием?)