Кошмар

Тьма. Вокруг чёрная пелена дыма, видны только редкие блики металла. - Ширак. Хрустальный шар в драконьей лапе и не думал откликаться ярким светом. Сильнее сжав посох, я медленно побрёл вперёд. Чёрная мантия шуршала по полу, а звук шагов гулко отзывался в пустоте. Седые волосы спадали на глаза. Время текло так медленно, окружение не менялось и ничего не происходило. Скучно. Раньше хотя бы прекрасные девы смущали сонный разум, предлагая себя, обещая ласки любви. Сейчас же одна пустота. Неужели воображение Богини настолько истощилось? Стоило только подумать о Тёмной госпоже, как из черноты возникла Она, по-прежнему прекрасная. Чёрные волосы были благонравно прикрыты капюшоном тёмной мантии. Длинные одежды скрывали прелести госпожи, но изящество скрыть они были не в силах. Голову украшала корона драконьей королевы. Надменная усмешка на бледном лице скрывала страх. - Ты зашёл дальше, чем я ожидала. - Пришла хвалить меня, Госпожа? Взгляд её сверкнул и это единственное, что говорило о ненависти. Пальцы сами собой посильнее сжали посох, словно он мог спасти от гнева Богини. - Маг, - сердце пропустило удар, - ты желаешь стать Богом, но на этом пути ты всё потеряешь. Остановись. Я даю тебе шанс повернуть назад. Мелодичность и чистота голоса зачаровывала, но всё же было жутко. - Я зашёл слишком далеко, чтобы отступить. Тем более, приобрету я гораздо больше, чем потеряю. Я готов на всё. - А готов ли ты стать причиной страданий той, что полюбила тебя и решилась спуститься в мои владения? Внезапный жар обжег спину. Запах гари и сожжённой плоти ударил в нос. Легкие заложило. Внезапный приступ кашля заставил согнуться и хватать ртом вонючий воздух. Лишь опустившись на колени, я смог дышать и видеть. Но лучше бы не видел. - Рейстлин! Белое жреческое одеяние полыхало, обжигая фарфоровое лицо жрицы. Она пыталась отвернуться и спасти хотя бы лицо, но везде встречала обжигающий жар. Кровавые дорожки уже запеклись, а губы начинали чернеть. Но даже это не могло испортить красоту жрицы. - Рейстлин! Дым костра сгустился. Легкие снова заложило, навернулись слёзы, и кашель вновь разодрал горло. - С ней погибнет и весь ТВОЙ мир! Кашляя я проснулся в палатке. Над лагерем стояла глубокая ночь, солдаты спали, а я выхаркивал в ладонь остатки лёгких. Давно не испытывал такого прекрасного чувства! Хорошо хоть Карамон спит в отдельно и не караулит каждый чих, а то бы уже плясал вокруг и думал, что я помираю. Руки тряслись. Холодный пот скатывался впитался в рубашку. Не могла же Такхизис показать правду? Даже боги не могут предсказывать будущее. Разве мог Паладайн предсказать, что я вернусь в Истар и займу место Фистандантилуса ради врат в Бездну? Этот старик, верховный Бог светлого пантеона, не смог бы предвидеть такое, иначе проще было бы убить такого наглеца. Так чего опасаться запертой в своём королевстве-темнице Богини? Умрёт ли Крисания? Мы собираемся спуститься в Бездну, в царство мрака и одиночества, откуда ещё никто не возвращался. Мы оба можем умереть там. Я усмехнулся. Если умру, Карамон этого не простит. Он многое уже не сможет простить. Братец вырос. Я рад... Наверное. Той ночью так и не уснул. Мысли путались, прыгали, а в криках ночных птиц мерещились крики жрицы.