Как вернуться обратно?

Она решила отойти подальше, медленно пятясь назад, от страха сжимая ладони в кулаки. Даже с той причудой, что у неё сейчас, она вряд ли сможет его победить, он умён и силён, она видела, на что он способен. Один неверный шаг и она падает на землю, споткнувшись о свою же ногу. — Блять, я слышал тебя, поэтому выходи по-хорошему! Оставалось где-то три минуты, вечно избегать его не получится, поэтому можно попробовать его замедлить или победить, второй вариант, конечно, маловероятен, но вот первый очень даже. Поднимаясь на ноги, она медленно идёт в сторону парня, который так хорошо повернулся спиной к ней. Лёгкий толчок в спину, и его голова резко разворачивается, пока она ставит ему подножку, он беспрерывно делает маленькие взрывы, пытаясь осознать что происходит. Их перебил громкий крик Урараки, который разносился за их спинами. Драка дракой — а спасать жизнь своей подруге нужно. Бросив парня валяться на земле, она побежала на звук, но это заняло немного времени, ведь она услышала громкие звуки за собой. 1 минута Развернувшись, она сняла с себя маску и приспособилась к общей картине мира, собрав воду около своих ног, подпрыгнула, представая перед Бакуго во всей красе, гордо смотря ему в глаза. Шизуко видела, как меняется его лицо, как алые глаза хотят получить зрелища, а улыбка появилась сама собой на такой милом, по её мнению, лице. Руки медленно переместились к её коже, она предчувствовала огромные взрывы, чтобы покончить с этим раз и навсегда. Вместо того чтобы волноваться о себе, красноволосая вспомнила, как где-то читала, что громкие взрывы плохо отражаются на ушах Динамита, и есть шанс, что если он будет этим злоупотреблять, то он может потерять слух. Если хочет выиграть — пусть выигрывает, Магнелия уступит ему эту победу, потому что он физически сильнее. Если соотнести время, то он ещё не дрался с Мидорией, поэтому все проблемы держит в себе, хоть он и является противником, слишком его любит, чтобы позволить ему получить боль. Покорно прикрывая глаза, она чувствует, как в ушах начинает звенеть, но её руки плотно прижаты к ушам блондина. Плечи начинает ломить, чуть ниже начинает щипать, а где-то жечь. Начинает крутить живот, такое ощущение, будто её облили кипятком. Медленно открывая глаза, она делает неожиданный вдох. Лёгкие наполняются дымом, заставляя её закашляться. Она ни разу не курила, отчего это ощущение ей противно. А у Бакуго широко раскрыты глаза, вместо улыбки тонкая прямая линия. Его выражение лица было похоже на то, когда он с Иидой сражались против Урараки и Деку. Время проходит, мягкие ладони соскользают с горячего лица, а сама девушка начинает падать вниз, благо успевает поставить водяную защиту, прежде чем рухнуть на землю. От толстовки осталось одно название, плечи, грудь, живот и спина были повреждены, от ткани остались лишь лохмотья, а ей говорили, что эта ткань сможет выдержать даже самую высокую температуру — враньё это всё, — единственное, что сделали по-истине качественным это топ, который даже после взрывов остался на ней. Время закончилось, и капсула выскользнула из руки Магнелии, после чего она прикрыла глаза, сегодня был слишком напряжённый день.

***

Глаза открывались тяжело, будто в них песка насыпали, но девушка всё равно уверенно шла к своей цели, и ей удалось их открыть и даже задержать взгляд, ведь веки хотели вновь опустится. Белый потолок, белые стены, неудобная кровать — можно сразу догадаться, где она находится, к тому же, вспоминая события прошедшей схватки. — Уже проснулась? — Лечащая девочка опустилась на стул рядом с кроватью, — Ранена несильно, но тебе нужно будет проверяться у меня, и не забывать мазать ожоги мазью, и также менять бинты, ты меня поняла? — её взгляд был строг, сейчас она больше напоминала мать, которая волнуется за своего ребёнка. — Да, я поняла и буду выполнять всё, что вы скажете, — Шизуко улыбнулась краешками губ. — Хорошо, вот бы больше таких пациентов, — она и сама не сдержала улыбки, возле её головы в шкале с сердцем добавилось розовой жидкости, отчего Магнелия улыбнулась шире. — Спасибо за помощь и извините за то, что доставила проблем, — пытаясь игнорировать боль, девушка поднялась на ноги и помахала рукой герою на прощание, идя за дверь. Живот крутило оттого что он невыносимо болел, плечи жгло, так же как грудь и руки, она бы хотела избавиться от боли в животе, потому что к боли в других местах привыкнуть можно, но именно задетая часть тела болела больше всего. — Шизуко! — к девушке подбежала шатенка, обеспокоенно смотря на неё — Как ты? Я так волновалась, когда тебя увозили с поля! — Всё хорошо, раны быстро затянутся, — Шизуко показала ей две руки с выпяченными большими пальцами, — но я бы пошла сейчас в общежитие, если честно. — Тогда пойдём, — она аккуратно взяла девушку под локоть, её кожа была холодной, отчего Магнелия почувствовала удовольствие на несколько минут, — благодаря тебе мы победили, если понадобится помощь с чем-то, то ты сразу зови меня, поняла? — голос Очако сейчас звучал угрожающе, но девушка видела как растёт шкала любви рядом с её головой, издав тихий смешок. — Не смейся! Я и не думала, что Каччан будет таким безбашенным сегодня, если бы знала, то вышла бы против него! — Тогда бы ты пострадала, не переживай ты так, — выражение лица Урараки было забавным, как у ребёнка, который ярко показывает свои эмоции. — Я бы его положила на лопатки! — горделиво сказала она, после замерев, с неким испугом смотря вперёд себя, немного сжимая руку красноволосой. — Да ладно тебе, я сама виновата, — переводя взгляд вперёд, так же замерев. — Привет? — неловко сказала Киришима, держа Бакуго под руку, который вызывал максимум протеста. — Как ты? — он подошёл ближе, используя причуду, чтобы утащить за собой и Кацуки. — Всё хорошо, не о чем переживать, — она улыбнулась, переводя взгляд на Бакуго. Все шкалы были по нулям, отчего сейчас её слова повлияют на то, в какую сторону пойдут их отношения. — Бакуго, верно? — Киришима замолчал, глянув на блондина, тот тоже первёл свой взгляд на девушку, отчего она улыбнулась. — Тот последний взрыв был просто отпад, даже лучше тех, что я видела на турнире по телевизору, но, можно задать вопрос? — он изогнул бровь, возможно этим он хотел сказать, что слушает её. — Тебя оглушают собственные взрывы? Нужно подойти в тех.поддержку, они что-нибудь могут придумать с этим, иначе в будущем есть шанс, что ты потеряешь слух, — она немного застенчиво улыбнулась, когда шкала с сердцем поднялась на немного. — Не нуждаюсь в советах, — коротко сказал он, вырвавшись из хватки Эйджиро, развернувшись и пойдя назад. Киришима, извинившись, последовал за ним. — Ты с ума сошла?! — сразу же повернулась Урарака — Ты в отключке была несколько часов! — Слушай, Очако, — красноволосая остановила подругу, взяв её за плечи, — как насчёт того, чтобы поспорить с тобой? — Поспорить? — она изогнула бровь. — Да, мне нравится спорить, — она тихо усмехнулась, — тебе ведь тоже кто-то нравится, да? — Допустим, — Урарака покраснела, как только в голове всплыл образ Мидории. — У меня тоже есть парень, который мне понравился, давай поспорим на то, кто быстрее завоюет сердце своего возлюбленного? Та, кто выиграет, может загадать желание проигравшей. — Желание? — Да, от простого «принеси мне сока» до «отдай мне свою жизнь». — В прошлой жизни Магнелия любила спорить, неважно на что: желание или деньги, она любила азарт, ей всегда говорили, что азарт рано или поздно её загубит, но какая разница, если это чертовски весело? — Ну, давай, — она неуверенно протянула девушке руку, — но скажи, кто тебе нравится только. — И ты тоже скажи, — она взяла её ладонь в свою. — Мидория Изуку! — Кацуки Бакуго! — сказали они одновременно, но удивлённый взгляд был у Очако. — Вы ведь всего пару минут как знакомы, — прошептала шатенка. — Он мой тип, агрессивная псинка, — красноволосая тихо засмеялась, прикрывая рот ладонью, — к тому же, я люблю играть с огнём.

***

Раздается прерывистый стук, после которого Шизуко открывает дверь, видя взволнованную Очако у себя на пороге. На немое приглашение войти она отрицательно машет головой. — Пойдём смотреть фильм! — Фильм? — красноволосая изгибает бровь, немного дёрнув головой, пародируя собаку, что не поняла команды своего хозяина. — Да! Внизу уже сидит группа кинолюбителей, поэтому я решила пригласить тебя, если не против. — Я пожалуй откажусь, мне нужно намазать ожоги, да и к тому же, сегодня я валюсь с ног, — неловко провела по своему затылку рукой. — Ох, да, конечно! Я не заставляю, к тому же, нас всё равно мало, — Урарака отвела взгляд. — Я уверена, что одной Мины вам хватит за глаза. — Её нет, все проигравшие сейчас отмывают классы и коридоры в академии, — как-то безразлично пожала она плечами. — Так Айзава не шутил про наказание? — Нет, я слышала как он ругал проигравших, возможно, он думает, что мы относимся к тренировкам несерьёзно, отчего он и сдержал своё слово. Ладно, раз уж ты не пойдёшь, спокойной ночи, — обменявшись с Магнелией дружескими объятиями, Очако пошла в сторону лифта, а Шизуко закрыла дверь. Столбец с сердцем поднялся ещё немного.

***

Она чувствовала некую вину за то, что она заставила парня вчера убираться в академии, да, она понимала, что это было сражение и всё такое, но всё равно было неприятненько. — Привет, — Киришима передёрнулся от звука из-за спины и чуть не уронил швабру, обернувшись. — Испугала, доброе утро, — на пару секунд он замолчал, — слушай, ты извини Бакуго за вчерашнее, он искренне извиняется и не хочет с тобой ругаться, — неловкая улыбка Эйджиро даёт понять, что он это выдумал сам, но Шизуко и не думала обижаться на блондина, легко улыбнувшись. — Я не злюсь, слушай, а ты случайно не с ним сегодня дежуришь? — С ним, а что такое? Я скоро приду забирать мусор, просто отнести его на первый этаж, или у тебя его очень много? Тогда я могу с этим помочь. — Нет, я не об этом, — она немного замялась под вопросительным взглядом Киришимы. — Можно я заменю его сегодня? — Что? — он всё ещё, кажется, не совсем понимал её намерения. — Ты же сейчас его будить шёл? Я могу заменить его сегодня, ведь по моей вине он лёг поздно, пожалуйста, — сложив ладони в умоляющем жесте, она посмотрела на Киришиму, который в итоге сдался. — Что обычно делает Бакуго? — Моет полы, а я выношу мусор и делаю всё остальное. Они разошлись по своим местам, Киришима начал убирать валяющиеся вещи, а Шизуко начала мыть пол. Из-за тишины в голове появилось радио, в такт которого двигались её бёдра и руки, когда она шваброй мыла пол. — Стань моим шрамом на теле, ночной истерикой, самой большой потерей за то, что я тебе верила! — начала подпевать она в голос, начиная мыть под столами.