Король твоего сердца

Просторная комната тёплых оттенков, лучи последнего солнца перед страшным ливнем, Чон Чонгук опаздывающий в школу уже как 30 минут, валяющийся на заправленной бордовым пледом кровати, в полуспущенных кожаных легинсах, открывающих вид на его отпадную упругую попку, и белом топе с бахромой, который он вчера перед очередной пьянкой стащил у старшей сестры. Не самое обычное утро в доме Чон, учитывая то, что обычно Чонгук не напивается до беспамятства… —ЭЭЭЭЙ БРАТЕЦ!!!!Сколько мне нужно тебя ждать?! — Раздался протяжный вопль из ванной. Дверь в комнату Чонгука резко и с грохотом отворилась, будто Хосок, его старший брат, выбил ее ногой со всей дури. От такого шума любой адекватный человек бы вскочил, но в хлам опьянявший младший даже не шелохнулся. —Малой, ты не только в школу опаздал, но и выбесил меня, — издевательски протянул Хосок и накинулся на брата, щекоча все его бледное тело. Чон Чонгука никогда не брал загар. Вот недавно он ездил в путешествие по Египту с родителями-геологами, и в их отсутствии (а это почти всегда, так как они были не в путешествии, а на работе) Чонгук отлеживал бока на пляже, даже засыпал там один раз. Пришёл в номер весь красный, как рак и довольный, думая, что сейчас он будет хоть на оттенок темнее, а вот хуй тебе, Чон Чонгук! Он только ОБгорел. Лежал, на кровати с невероятно болящими плечами, спиной, ногами и руками, а обещанного загара так и не получил. Домой приехал он такой же бледный. —Как поганка, — возразил Хосок, —АХАХАХА — я же говорил, ты всегда ею будешь! Чонгук ненавидит, когда брат его щекочет. Именно из-за этого он вскочил, как попрыгунчик и тут же споткнулся, из-за плотно облепивших его ноги, но сползших до района бёдер, кожаных штанов. — Ахаха, а попка у тебя ахеренная-съязвил старший, нагло пялясь на лежащего на полу брата. — Боже, учитель Со Бан Сок на меня страшно разозлится и точно напишет родителям… — И больше не отпустят тебя на такие бухичи, — ехидничает Хосок. — И это тоже. — бросает Чонгук и несётся к двери, на ходу подтягивая штаны. — Я поеду сам — напоследок кричит младший, громко хлопая дверью. Хосок было хочет сматериться на брата, но шум хлопнувшейся двери его оглушает и он тут же рычит как раненный тигр: — Гребанный Чон Чонгук, из-за тебя я встал в 8:30 *** — БУ. — Чонгук отлетает от неизвестной худощавой фигуры рыжего парня, одетой в серый бесформенный свитер и скинни-джинсы с огромными дырками на коленях, стоящей прямо перед ним. —Ты кто такой…и…и…что ты тут вообще делаешь?! — хватаясь за голову истерично вопит Чон. — И…И…И…что, волк, — передразнивает незнакомец — ты не помнишь вчерашнюю ночку? Малыш, как ты мог такое забыть?Вечеринка, виски, алая простыня. Это я — твоя красная шапочка. — Какая в пизду «Красная шапочка»?! — испуганно спрашивает Чон, пунцовея. — Поправочка, не в пизду, а в мою шикарную задницу. Я Тэхен. Ким Тэхен. И вчера ты меня знатно выебал. Вчера, в этот тёплый октябрьский денёк, Чон Чонгук прибыл на вечеринку одноклассника приуроченную к Хэллоуину. Чонгук около часа собирался на неё, выбирая костюм, но принял решение в этот день наконец-то стать взрослым и не надевать Хэллоунский костюм приведения, который он одевает каждый год. Хотя скорее всего дело было не в взрослении, а в том, что костюм ему был невероятно мал. Чон подрос на целых 14 сантиметров с прошлого года, став теперь одним из самых пригодных учеников из всей школы для баскетбола. Прибыв на вечеринку, первым, что Чон начал искать глазами был алкоголь. Наконец-то родители разрешили ему выпивать, хоть по возрасту это было ещё не законно, но родители были у него понимающие, поэтому узаконили употребление алкоголя для своего сына сами. Возможно это было ошибкой, ведь в первый же день их сын нажрался, как скотина… А дальше все как в тумане. Сопли, слёзы, алое постельное… Пока Чон непонимающе смотрел на Тэхена, их накрыл резкий ливень. Ким схватил за руку своего собрата по вчерашней ролевухе и попытался завести их в дом, но тот молча, опустив голову стоял и был будто не сдвигаем. Старший снова повторил попытку, умоляюще смотря на Чонгука, но тот лишь поднял красные глаза, жалобно просящие отпустить. Он так мил и беспомощен когда плачет, — пронеслось в голове Тэхена, но вместо этого, он смог вымолвить только: — Э…э… — замялся Ким, —ты что, плачешь? На это Чон только отвернулся, и его губы искривились в плачущей гримасе. — Мне мокро, холодно и вообще… — Тэхен, не закончил свою реплику, забросил Чонгука на плечо и понёсся в дом. — Отпусти — завопил Чон. Думал он совершенно не о том, чтобы старший его отпустил, а о том, какая сила скрывается за такой худощавой, даже костлявой фигурой, что он смог запросто поднять того, кто явно выше и массивнее. *** Тэ все же затащил Чона в дом, поставил напротив себя и ещё раз переспросил —Ты что, до сих пор плачешь? —Нет. Не трогай меня, наглая рыжая морда! —А вчера ты меня своим лисёнком называл —АААА ЗАТКНИСЬ, ЗАКРОЙ РОТ!!! У меня вообще то девушка есть. О боже…я ей изменил. Она не справится, она убьёт меня. Хотя нет, я убью себя раньше. Глаза Тэхена округлились от этих слов. — В смысле,значит ты вчера мне напиздел, что вы расстались? — Тэхен был в ярости. Он ни за что не подставил бы свою задницу несвободному парню. Чонгук задумался, начал копаться в своей голове, но так и не нашел воспоминаний о вчерашнем вечере. —Я…я не помню… Но помню, что мы поссорились, она мне изменила, будучи пьяной, но я то не такой… она это сделала, потому что я в постели перегорел, а она тоже не железная, хочет новых ощущений, а я… я люблю ее, ее мне достаточно. Глаза Тэхена ещё больше расширились, но он тут же пришёл в себя, положил руку Чонгуку на плечо. —Как-то несправедливо, волчонок, она изменяет тебе, ты ее оправдываешь, а коль ты ей изменил, так она тебя убьёт. —Я тебе не волчонок, во-первых. —прикрикнул Чонгук, — Я не смогу держать это в секрете, во-вторых. А в-третьих, ты мне поможешь рассказать про это ей. И это не обсуждается — скандально топает ножкой Чонгук. —А мне за это какая выгода? — Я не скручу твои яйца и не засуну их в твой зад! — Ну так уж и быть, бука, помогу.