Ночь Бесконечности

      Я сидела в своей комнате, прокручивая в руках старую семейную фотографию с мамой. Но из головы все не выходил тот меч, который я увидела на дне ледяного озера. Почему-то он мне не давал покоя, словно я видела его где-то раньше. Как вдруг меня озарило: когда-то совсем давно, когда Адмирон Винчесто допрашивал меня, я смогла заглянуть в его воспоминания. Винчесто сидит за своим столом и подносит к свече бумажку. На ней был какой-то рисунок, но языки пламени быстро уродуют его. Нежные женские руки крадутся по демонской груди, ласково оглаживая её. Женщина наклоняется к нему и шепчет на ухо: — Найди их, Винчесто. И весь мир будет у наших ног.       Теперь этот рисунок четко выстраивался передо мной спустя столько времени и приобретал какой-то смысл. В своей голове на этом рисунке я отчетливо видела три предмета: зеркало, какой-то кубок и меч, с невероятной точностью похожий на тот, что я видела. Не знаю, что это означало, однако вряд ли это сулило что-то хорошее. Мне стоило рассказать об этом маме, чтобы она была осторожна с Адмироном.       Переодевшись, я положила фотографию в карман джинсов и направилась к выходу. Мне было плевать, что появляться в школе все еще было опасно, но я так давно не видела свою маму. Мое сердце ужасно тосковало по ней, и я была готова нарушить любые запреты, лишь бы хоть раз упасть в ее объятья. Однако, не успела я выйти из спальни, как услышала, что ко мне кто-то пожаловал. «Лишь бы не лекари…» — помолилась я про себя и вышла из спальни. «Лучше бы это были они.» — Госпожа Лилит? — в неприятном удивлении произнесла я. Древняя демоница выглядела превосходно. Острые плечи ее платья делали ее скулы жестче, а взгляд острее. Бордовые губы исказились в искусной улыбке. — Мы пришли проведать гостью нашего повелителя. Как чувствуешь себя, дорогая? — Благодарю, — ее внезапный доброжелательный тон застал меня врасплох. «Точно. Это она пыталась убить меня.» — Вам не стоило так переживать за меня и приходить сюда. Сейчас я чувствую себя прекрасно. — Как же это все случилось? Ума не приложу… — в голосе звучало сожаление, и, если бы я не видела, что в глазах Лилит нет ничего ко мне, кроме неприязни и ненависти, я бы даже поверила, что она сочувствует мне. — Это чудовищное происшествие, ведь ты могла погибнуть, однако я уверена, что наш повелитель окружил тебя своей заботой и вниманием и приставил к тебе самых лучших лекарей, что у него есть. — Так и есть, — притворная улыбка сама исказилась на моих губах. — Но мне это не нужно.       Все раны уже зажили, крылья вернулись ко мне. Все прошло, как страшный сон, — Лилит медленно кивала мне в ответ, улыбаясь так же мило. Однако я была готова подпортить ей удовольствие, которое она испытывала сейчас, сказав лишь несколько слов: — И все это благодаря лишь вашему сыну. Если бы не Люцифер, то я бы до сих пор лежала в постели без сознания. Все эти дни он был рядом и помог мне встать на ноги.       Улыбка спала с женских губ, и теперь я ликовала внутри. Я знала, что этими словами я пересекаю слишком хрупкую границу, однако была уверена, что сейчас она мне ничего не сделает. И Лилит понимала это. Она снова мило улыбнулась и медленными шагами направилась ко мне. Ее взгляд равнодушно осмотрел гостиную и упал на пышный букет цветов, стоящих на круглом столе. Острые когти демоницы прикоснулись к нежным лепесткам, она любовалась ими, пытаясь вдыхать свежий аромат, однако вряд ли что-то могло порадовать ее, кроме запаха моей крови. Алая улыбка, словно нож, разрезала ее губы, и два темных изумруда в ее глазах сверкнули. — Какие красивые розы… — протянула Лилит, не отрывая от них взгляда. — Удивительно, что у такого нежного цветка есть шипы, не правда ли? — Шипы нужны для защиты от тех, кто желает им навредить, — ответила я гордо. Лилит усмехнулась. — Это все блеф. Цветок невероятно слаб и считает, что с шипами он будет казаться опаснее… Однако что мешает хищнику перерезать стебель и лишить его воды? — На каждого хищника найдется свой собственный. — Только это уже не забота цветка, — последние ее слова прозвучали, как скрещенные мечи, и холод пробежался по моей спине. Она смотрела прямо мне в глаза, заявляя открыто, что ей ничто не помешает избавиться от меня, если она этого пожелает. — До меня дошел слух, что ваша школа скоро вновь откроет свои двери, бедного мальчика Ади освободили, поэтому выздоравливай скорее и набирайся сил. Они тебе понадобятся.       Лилит завершила свой монолог, не дождавшись от меня ответа, однако она так и продолжала стоять, меряя меня надменным взглядом. Я неохотно ей поклонилась, полностью погруженная в свои мысли, но ей было этого достаточно. Как только за демоницей захлопнулась дверь, я тут же шумно выдохнула, словно и не дышала все это время. Дьявол отменил решение о казни Ади! Тяжелый камень спал с моих плеч, и совсем не важно, кто принес мне эту весть. Однако мне было неясно, почему Дьявол решил так поступить, ведь в последний наш разговор он мне ясно дал понять, что его намерение твердо. Я вскинула глаза вверх, словно могла найти там ответ, как вдруг краем глаза я заметила что-то странное и неестественное. Цветы, к которым еще минуту назад прикасалась рука Лилит, завяли и почернели, будто из них выкачали всю жизнь. Я снова тяжело вздохнула и, отмахнувшись, направилась к порталу.       Башни школы величественно возвышались, прорезая небо шпилями. Солнце ярко сияло и только иногда пряталось за воздушными облаками, позволяя прохладному ветру пощекотать мои крылья. Здесь все было неизменно, словно ничего и не произошло. И только одно было непривычно — здесь было невероятно пусто и тихо. Я огляделась вокруг в надежде встретить знакомое лицо, но никого не было. В душу прокралась тоска. Да, за все это время я так и не смогла признать это место своим домом, однако оно приютило меня и распахнуло мне свои двери, когда я была совсем одна. Именно здесь я обрела новых друзей, именно здесь я встретила Дино… Я тяжело вздохнула и направилась в кабинет матери. — Входите, — раздался голос мамы за дверью, и я прошла вовнутрь. — Вики? — мамины глаза округлились, и она тут же подорвалась со своего кресла. — Как ты… Как ты себя чувствуешь? — она оглядела меня с ног до головы и обняла меня, крепко прижимая к себе. Ее объятья были настолько сильными, что весь воздух сперся в моей груди, и я сдавленно простонала от боли. — Ой, извини, дорогая… Я так скучала по тебе… — Я тоже, — теплая улыбка расползлась на моем лице, ведь это было так странно, что спустя столько лет судьба вернула мне маму, которую я потеряла совсем малышкой. Да, возможно, я не знаю ее настоящую, однако она моя мама — такая родная, но и при этом далекая, как звезда, светящаяся самой мелкой точкой в небе. Однако эта звезда стала для меня путеводной, за которой я пойду, несмотря ни на что. — У меня есть кое-что для тебя… — я достала из заднего кармана джинсов старую семейную фотографию и протянула ее маме.       Мама сразу же с опаской отнеслась к моим словам, я это заметила. Ее пальцы осторожно прикоснулись к фотографии и по началу я не могла понять, о чем думает мама. Она молчала, взгляд был пустым и ни одна эмоция не пробежала даже тенью на ее лице. — Откуда у тебя эта фотография? — не отрывая взгляда от изображения, спросила мама. Мой мозг стал сразу придумывать объяснение, пытаясь избежать недовольства матери, однако она раскусила меня с первого же вздоха. — Вики, откуда у тебя эта фотография? Ты спускалась на землю? — Мама, это совсем не важно! — мне было больно от того, что она не разделяла моих чувств. Возможно, где-то внутри во мне теплилась надежда пробудить в ней воспоминания о прошлой жизни, так я хотела сблизить нас, но ее волновало совсем другое. — Важна лишь эта фотография? — Зачем ты отправлялась на землю? И неужели ты была одна? — Я тебя совсем не понимаю… — в оторопении выдохнула я. Взгляд мамы давил, и я дала ей ответ, все еще надеясь, что ей этого хватит. — Я отправилась на землю, потому что… — я запнулась, потому что не могла признаться в том, что хотела увидеть отца, ведь тогда это бы означало, что человечность во мне сохранилась. На раздумье было всего несколько секунд, и я поняла, что больше не хочу ничего скрывать. — Я пытаюсь выяснить, кто убил нас с тобой. Вдруг мамин взгляд дрогнул. Ее дыхание ускорилось, а губы приоткрылись в немом звуке. — Что за бред, Виктория? — раздраженно выдохнула она. — Но это не бред! Мама, я все видела. Я читала твое дело о смерти, свое… И эту фотографию я взяла именно оттуда! — мама молчала, а во мне закипала буря эмоций. Сейчас мне нужна была поддержка матери как никогда, однако она была холодной и неприступной, словно величественная гора. — Наши смерти не случайны. Кто-то из бессмертных желал, чтобы мы оказались здесь! — Вики, не заставляй меня думать, что ты сходишь с ума! Смерть никогда не бывает случайной. Все предрешено. — Но я ни за что не поверю, что ты покончила собой! — я сорвалась на крик, как вдруг меня будто окатило ледяной водой. Мама помрачнела. Мои слова для нее были не новостью. — Почему ты молчишь? — сердце бешено застучало в груди. — Все, что ты увидела и прочитала, правда, — сухая горечь пробилась в материнском голосе. Слова эхом отзывались в моей голове. — Нет… Там было написано… — Вики, — тяжело выдохнула мама, — я знаю наизусть все, что там написано. Думаешь, ты первая, кто не смог поверить в свою смерть? — на моих глазах выступили слезы, но гнев завладевал сердцем. — Значит, это правда?       Мир вокруг замер. Уши отказывались слышать, сердце отказывало биться, а я не хотела этому верить. Мама не могла предать нас с отцом. Она просто не могла оставить нас. — Дочка… — прошептала мама, взяв меня за руки, — ты нашла то, что тебе не следовало видеть. Однако, раз ты теперь все знаешь, то выбрось теперь эти мысли из головы и живи дальше. Оставь прошлое в прошлом. Нам не дано его изменить. — Ты бросила нас с отцом…? — сжав зубы, прошептала я. Злость и боль смешивались во мне. — Не заставляй меня поверить в твою ложь. Ты бы не сделала так. Женщина, что на этой фотографии, никогда бы не оставила своего ребенка! — Ты лезешь туда, куда не стоит, Виктория! — голос ее стал жестким и цепким. — Я уверена, что на эти мысли тебя навел этот чертенок Люцифер! Он пытается настроить нас против друг друга, сделать врагами, а ты веришь ему! — Я верю тому, что вижу… — слезы застыли в моих глазах, душа опустела в один миг. — Либо ты скрываешь от меня что-то, либо ты не моя мать. — Вики… — прорычала она, мотая головой. — Достаточно! Нам больше не о чем говорить!       Я выбежала из кабинета, громко хлопнув за собой дверью. Все мысли в голове путались, а сердце разрывалось на куски. Злость не позволяла плакать, но боль терзала душу и выворачивала ее наизнанку. Я бежала по пустым, холодным коридорам школы. Вся моя жизнь была окутана тайнами, даже самый близкий человек врал мне, глядя в глаза. Но зачем маме лгать мне? Что она пытается спрятать от меня, заставив поверить в ее самоубийство? Если бы хоть кто-то мог дать мне ответ хотя бы на одну загадку… Я бы все отдала, чтобы вернуться к нормальной жизни и начать ее с начала.

***

      В дверь снова постучали. Ребекка сидела в своем кабинете и смотрела на фотографию, не моргая и почти не дыша. Двери распахнулись за ее спиной, и она тихо произнесла: — Доченька, я… — она обернулась, изумрудные глаза были полны боли и тоски, но в дверях стояла не ее единственная дочь, а Адмирон Винчесто. Женщина поднялась со стула, незаметно вытерла глаза и, словно ничего не произошло, произнесла: — Ты нашел его? — Нет… Я посмотрел везде, но амулета нигде нет! Фенцио хранит их у себя, но никогда не использует. Вероятно, кто-то из студентов его украл… — Фенцио бы не допустил такого, Винчесто. Если бы амулет пропал без его ведома, то сообщил бы об этом мне… Ищи лучше. Возможно, он переложил их куда-то. — Ребекка, я все обыскал, — обессиленно протянул древний демон. — Но его нет. А без него я не смогу отправиться на то озеро, Дьявол сразу казнит меня! — Я не знаю, Винчесто! — раздражение подтачивало ее, как вода камень, и голос сорвался на угрожающий крик. — Не мог же он провалиться сквозь землю! — как вдруг ее озарило. Паззл начал складываться в ее голове, сердце забилось быстрее. — Не может быть… — Что такое? — Как же я только не заметила этого сразу! — Ребекка схватилась за голову, что-то очень усердно обдумывая. Губы ее жестко сомкнулись, голос больше не звучал нежно и вкрадчиво. Она догадалась. — Этот амулет я видела на Вики. Только что… Но его она могла получить только лишь от одного бессмертного — Фенцио. — Но зачем ему это?       Ребекка молчала. Вся ее жизнь была соткана из тайн и секретов. И для каждого у нее была припасена своя особенная ложь. То, что знал один, не знал другой. Она была заказчиком этого представления, а все его участники лишь марионетками, которым не обязательно было знать, за какие ниточки их будут дергать. — Видимо, у него свои планы, Винчесто… И мне это не нравится. — Ребекка, — демон подошел к женщине, неловко обнимая ее за талию, — нам уже давно надо было избавиться от Фенцио. Он опасен для Вики… И для тебя, моя дорогая. Только отдай приказ, и я его уничтожу. — Нет, — засуетилась Ребекка, вырываясь из рук Винчесто. — Мы его припугнем. Он должен понять, какие мучения он будет проживать день за днем, если подумает предать меня. — Что надо делать? — Адмирон был готов к любому приказу, а в глазах Ребекки разжигалась первородная жестокость.

***

      Впервые мне хотелось вернуться в Ад и не проводить здесь больше ни единой свободной секунды. Внутри меня будто разжигался неистовый пожар, которым я не могла совладать. Мысли терзали меня, что-то не сходилось в словах матери, я упускала какую-то важную деталь прямо из-под своего носа… Прохладный ветер развевал мои волосы, но теплое солнце окутывало мягким одеялом, пытаясь успокоить меня. Из сада доносилось легкое щебетание птиц, на бездонном горизонте безмятежно плыли облака. Я медленно вдыхала этот воздух, как вдруг краем глаза я уловила чье-то движение. Вдали совсем скромно, не привлекая к себе внимания, бродил Фенцио, собирая, судя по всему, увядшие цветы в корзину. Возможно, именно он был тем самым недостающим элементом, ведь Фенцио тоже хранил много тайн, и я знала об этом.       Я направилась к нему, вцепившись взглядом в спину. Не было ни времени, ни желания придумывать, с чего начать разговор. В голове были лишь вопросы и надежда получить ответ хотя бы на один из них. Но вдруг птицы неожиданно смолкли. Задул сильный, завывающий ветер. Облака скрыли солнце, и в душе затаился страх. Фенцио тоже заметил, как резко изменилась погода, и оглянулся по сторонам, но меня он не заметил. Вдвоем мы замерли в предвкушении чего-то надвигающегося на нас, и мое сердце дрогнуло, как вдруг раздался неистовый крик диких, ужасающих птиц — субантр. Черной тучей стая диких, смертоносных птиц появилась на горизонте. Их вопли оглушали. Корзина выпала из рук Фенцио, и цветы рассыпались на земле. Он замер в онемении, и я инстинктивно бросилась к нему на помощь, но было уже поздно. Словно молния, птицы острым клином набросились на него. Их острые, уродливые клювы врезались в его плоть. Ор диких тварей заглушал стоны Фенцио и заставлял сходить с ума. Страх душил меня, но времени не было. Я была обязана помочь ему. Не теряя ни секунды, я расправила крылья, чтобы полететь к школе, но вдруг резкая боль прострелила в спине, и я свалилась на землю. Голова закружилась, боль распространялась по всему телу, я не могла совладать с собой. Я поднялась на локти, виски налились свинцом. Меня словно оглушили, взгляд помутился, и все сливалось воедино. Однако вдруг кто-то пролетел надо мной и встал рядом. Через секунду меня окатило ударной волной, и крик птиц прекратился. — Ты в порядке? — раздался незнакомый голос девушки. Она наклонилась ко мне и прикоснулась ладонью к основанию моих крыльев. Я ощутила небывалое тепло, проникающее в мое тело и успокаивающее боль. Через несколько секунд пелена спала с глаз, и я пришла в себя.       Сделав свое дело, незнакомка бросилась к Фенцио. Я тут же поднялась на ноги и бросилась за ней, но, когда мы обе увидели его окровавленное тело, ужас заставил нас остановиться. Широкие, открытые рваные раны зияли на его теле, кровь стекала тонкой струйкой из его рта, а глаза были закрыты. Девушка едва замешкалась, но тут же склонилась над учителем. — Он не дышит? — прошептала я.       Ответа не последовало. Она сосредоточенно сложила свои ладони на его израненной груди и начала что-то шептать. Я пыталась понять, что она делает, в душе бились тревога и страх, но девушка-ангел была спокойна, и только трясущиеся руки выдавали ее. Вдруг грудь Фенцио резко поднялась, а затем так же быстро опустилась. Мы замерли в ожидании, он не подавал никаких признаков жизни, и вот учитель издал едва уловимое дыхание. Девушка обессиленно повалилась на землю, закрывая лицо руками, но я успела подхватить ее.                   Издалека стали доноситься приближающиеся шаги. Я оглянулась. Лекари бежали в нашу сторону. В суматохе они быстро проверили его. Он был жив. Не спрашивая ничего, лекари уложили его на кушетку и унесли, оставив нас одних. Незнакомка пришла в себя и начала подниматься, и я протянула ей руку. Ее большие голубые глаза внимательно взглянули на меня, и спустя несколько секунд она протянула мне руку в ответ. — Да уж… — усмехнулась девушка, поправляя свои белокурые волосы. — Не рассчитывала я в свой первый день здесь спасть столько жизней… Эти субантры… Я думала, это все сказки… — К сожалению, нет, — нервно усмехнулась я в ответ. — С профессором Фенцио мне все понятно, но что случилось с тобой? — спросила девушка-ангел. — Что ты имеешь в виду? — Когда я прикоснулась к тебе, я почувствовала смерть. Ты умирала несколько минут назад.       Я застыла в ошеломлении. Слова незнакомки просто лишили меня слов и эмоций. Я не знала, как реагировать на ее слова и что они значат, поэтому выпалила первое, что пришло на ум: — Кто ты? — Меня зовут Офелия. Так, конечно, нельзя говорить, но рада знакомству, — она дружелюбно протянула мне руку, запачканную кровью, что ввело меня в еще больший ступор. За последнее время мне не приходилось ни с кем знакомиться, а если такое и было, то ничего хорошего мне это не приносило. Я замешкалась на несколько секунд, но все же протянула ей руку в ответ. Не могу же закрыться от всего мира и никому не доверять? — Вики, — произнесла я, неловко улыбнувшись. — Я здесь новенькая, и ты первая, с кем я познакомилась. — Новенькая? То есть школу и вправду открывают? — в недоумении спросила я, возвращаясь мысленно к словам Лилит. — Да, именно поэтому мы прилетели сегодня утром из Цитадели. А здесь такое… Надо сообщить Дино о том, что произошло, — от ее слов меня прошибло током. — Ладно, еще раз рада нашему знакомству, Вики. Мне пора идти. Она начала уходить, а на моих глазах выступили слезы. Не выдержав, я окликнула ее. — Офелия! — ангел обернулась. Я медленно подошла к ней, не чувствуя почвы под ногами. — Вы прилетели вдвоем? — Да. А что? Хочешь пойти со мной? — Да нет, ты иди одна…       Она снова мило улыбнулась, словно ничего не произошло, и направилась к школе.       «Когда я прикоснулась к тебе, я почувствовала смерть. Ты умирала несколько минут назад» — слова девушки монотонно повторялись в голове. В основании крыльев тихая боль не переставала пульсировать, но только откуда она взялась? Может, это последствия моего падения на то загадочное ледяное озеро? — Уф-ф-ф… — шумно выдохнула я, хватаясь за голову. Если бы в этом мире был тот, кто смог бы ответить на все мои вопросы…       Я медленно побрела к склону холма, разглядывая уже вновь ясное небо. Все стало здесь для меня привычным: щебетание птиц, ватные облака, низко парящие над землей, шум болтающих студентов… Я с удивлением обернулась в сторону школы: студенты сидели на скамейках в саду, на перилах в открытом коридоре школы и болтали. Все как и раньше. Школу открывают.       Волнение стало подкатывать к моему горлу. Здесь ничего не происходит просто так. Открыть школу могут только в двух случаях, и каждый из них заставлял меня чувствовать страх: либо Дьявол казнит Ади, либо я вынуждена остаться в стенах Ада. Но раз Лилит сказала, что Ади освободили, значит, остается лишь один вариант.       Ноги тряслись, но я больше не хотела жить в ужасе и страхе. Ни один из дней, прожитых здесь, не дал мне покоя, но должно же это все когда-то закончиться? Я направилась к порталу, готовя свою речь. Как бы ни было тяжело, я должна это сделать, хотя бы попробовать, но стоило мне пересечь границу, как мои ноги тут же переступили порог картинной галереи. Свет был приглушен, ароматы древесины и мужских духов окутали меня моментально. — Какой неожиданный визит, Виктория, — прозвучал теплый, низкий голос Дьявола. Он стоял у мольберта, на холсте царил бунт красок. Рукава бордовой рубашки были закатаны до локтей, поэтому кисточка в крупных мужских руках казалась тоненьким перышком. Дьявол отложил аккуратно кисть, протер ладони полотенцем и сделал несколько шагов ко мне. — Неожиданный, но не совру, если скажу, что приятный. — Хотите сказать, что это не вы пожелали, чтобы я оказалась здесь? — Признаюсь, мне было любопытно узнать о вашем здоровье, ведь мои лекари сегодня так и не смогли вас найти. И сейчас я вижу, что местный воздух пошел вам на пользу, — он не отрывал от меня взгляда, смотрел в упор, а на губах медленно расползлась тень ухмылки. Мы молчали, мое сердце колотилось, и, кажется, Дьявол слышал его биение. — Я могу задать вопрос? — с замиранием в груди произнесла я. — Вероятно, именно поэтому вы так сильно хотели увидеть меня… — Это правда, что вы освободили Ади? Его не казнят? — Это уже два вопроса, Виктория. Задайте один, ответ на который вы желаете получить, — он все так же смотрел на меня, ни одна эмоция не проскакивала на его лице. Я тяжело выдохнула, пытаясь понять правила игры, в которую мы играем. — Почему вы освободили Ади? — впервые за это время равнодушный и величественный взгляд оживился. Я сделала верный ход. — Ваша гордость и храбрость произвели на меня впечатление, поэтому я дал вам то, чего вы хотели. — А как же ваши условия?..       Дьявол протянул мне свою ладонь. Я сомневалась, но поняла, что здесь единственный правильный выбор, и протянула ему руку в ответ. Его взгляд тут же упал на мою ладонь, на которой уже засохла кровь, однако ничего не сказал. Он медленно подвел меня к своему мольберту, не отпуская рук, и произнес: — Я бы мог заставить всех делать так, как того хочу я, — второй рукой он аккуратно вложил в мою руку кисть. Управляя мной, он опустил кисть в алый цвет палитры, и легким движением наши руки сделали легкий мазок на холсте. Я внимательно посмотрела на Дьявола, внутри меня разжигался интерес, ведь обычно его слова никогда не имели прямого значения. Он посмотрел на меня: — Однако это слишком просто и скучно, — он отпустил мою руку, и я непроизвольно провела еще несколько изящных алых линий, рассекающих девственно-белый холст. Удовлетворение изобразилось на Дьявольском лице, и он произнес: — Вот так намного лучше. — Что это значит? — я неловко прикрыла глаза и улыбнулась, вопросительно покачивая головой. — Вы имеете желание, а я даю вам волю исполнить его. — Но я ничего не смогу вам дать взамен, — я подняла глаза на него, и вдруг поняла, насколько близко мы были к друг другу. — Время покажет, Виктория. Возможно, это не последняя наша встреча. — Я пониманию ваше желание оставить меня здесь: я дочь вашего врага, и держать меня к себе, как можно ближе — значит, иметь козырь против моей матери. Но я не поведусь на вашу игру. Наша встреча никогда не наступит. — «Никогда» имеет срок более короткий, чем вы думаете. Но… — он наклонил голову в бок и медленно произнес: — Я умею ждать. И кто знает… Возможно, вы сами попросите меня остаться.