Твоей натурой

Такими манящими были ее губы, выдыхая эти заветные слова. Все происходящее казалось бредом болеющего простудой, но Роуз была не против оказаться бредящей в этой ситуации. Тело изнемогало от желания, так резко нахлынувшего, словно цунами, разъяренно разрушающее все живое на своём пути. В данном случае «живым» был здравый смысл, который смыло в мгновение ока. Она поддалась вперёд, оставив на губах Зои легкий поцелуй, затем ещё один, и ещё один. Скользнув по губам горячим и влажным языком, она прикусила сначала одну губу, слегка оттянув ее, медленно, не торопясь, дразня саму себя и Зои. Эллисон, притянула девушку ближе, взяв ее лицо обеими руками, углубляя поцелуй. Каждое движение языка Зои отдавалось где-то внизу, между ног Роуз жаркими прибоями. Зои была напористой, но действовала осторожно, удивляясь самой себе, она теряла контроль над собой. Голова кружилась, а джинсы предательски впивались в мягкую плоть от каждого движения, оживляя жаркие вдохи мычащими, еле слышными стонами. Впервые оторвавшись от губ Роуз, Эллисон, мутным, опьяненным взглядом выпросила разрешение на то, чтобы убрать одеяло, которое все ещё казалось неприступной границей между их телами. Бэйер ответила поцелуем, жарким и жадным, давая молчаливое согласие на всё, что бы это «всё» не значило. Розалина понимала, что заводится сильнее от того, как их языки соприкасаются друг с другом, это сносило крышу, вызывая ещё большее желание, которое словно мгла окутывало каждую клеточку тела. Внизу все изнывало, такая приятная ноющая боль.. Зои приподнялась, ликвидируя преграду между ними, разорвав поцелуй на мгновение. -Могу я посмотреть на тебя, Рози?- Жарко прошептала она, скользнув рукой по тонкой шее, до ключиц, смотря прямо в два серых омута, которые коварно затягивали, так и говоря, что спастись не получится. -Да..-так же тихо ответила ответила Роуз, скользя руками под футболку девушки сидящей сверху. Она чувствовала, как тело под ее руками покрывается мурашками, как мышцы напрягаются, заставляя фигуру выгибаться. «такое горячее» - подумала Розалина, поднимаясь выше к груди. Чем выше ее руки тянулись по горячей, как само пламя, коже, тем жарче становилось. Быстрым движением, она стянула с девушки футболку, выбросив куда то в угол, тот же миг припав губами к оголенной груди, вдыхая запах разгоряченного тела. Зои запустила пятерню в русые длинные волосы, чуть сжав их, тяжело выдохнув в макушку девушки. Горячий язык исследовал каждую грудь, оставляя за собой влажные дорожки следов, губы жадно впивались в кожу, зубы кусали соски, заставляя Зои выгибаться от удовольствия, запрокидывать голову назад, заполняя пространство негромкими, протяжными стонами. Розалина отстранилась от тела, мягко сжав грудь девушки в своих ладонях. -ты такая красивая…- прошептала Роуз, вновь поцеловав Зои, слегка подрагивая от неудобства позы, в которой они все ещё находились. Эллисон подметила это, слегка пихнув девушку обратно на кровать. Розалина была удивлена, но хитрая лисья улыбка на лице Зои, теперь кажущаяся такой привлекательной и дурманящей, и многозначительный взгляд говорящий «не в твоём состоянии, дорогая», ответили на ее немой вопрос. Зои оставила на губах девушки поцелуй, спустившись к шее, оттуда скользнула языком вниз, к ложбинке между грудями. Она отстранилась, впервые взглянув на тело лежащее под ней. Такая нежная бледная горячая кожа, содрогающиеся от возбуждения мышцы, вздымающаяся грудь от каждого глубоко вздоха, такая красивая…она не видела ничего прекраснее прежде и ей казалось преступлением, не оставить на ней десятки, а то и сотни поцелуев. Роуз вздрагивала от каждого прикосновения Зои, когда та ласкала ее грудь, дразняще покусывая потвердевшие от возбуждения соски. Эллисон пустила руку ниже, прямо между бёдер девушки, проведя по влажной горячей плоти пальцами вдоль. С губ Роуз слетел стон, а ноги тряслись от возбуждения, но Зои не спешила входить. Она убрала руку, поднеся ее к своим губам, достала язык, облизывая каждый палец, с таким наслаждением, какое Роуз никогда не видела в глазах человека, которые горели таким же сильным вожделением, что и сама Розалина. Зои остановила два влажных пальца возле губ девушки, мягко на них нажав, те послушно раскрылись. Эллисон просунула их глубже, чувствуя, как мягкий язык обволакивает каждый из них, а губы смыкаются, приятно сжимая их, захлопывая прекрасный капкан. Зои проделала несколько поступательных движений внутрь, после медленно высвободила пальцы из влажного плена, разорвав между губами и кончиками пальцев тоненькую серебристую паутинку слюны. Розалина затаила дыхание, когда рука Эллисон вновь оказалась между бёдрами. -я могу войти?- нежно прошептала Зои, наклонившись к уху девушки, обдавая ее кожу горячим прерывистым дыханием. Роуз кивнула, обхватив руками спину художницы, впиваясь в кожу пальцами, готовясь к чему-то неизведанному. Ей не было страшно, ее мучительно томила неизведанность, которая вот вот должна была раствориться и исчезнуть. Эллисон осторожно вошла, введя два пальца лишь наполовину. Розалина промычала откинув голову на подушку, сжав талию Зои своими бёдрами. -все хорошо? - прошептала Художница, нежно поцеловав девушку в щеку. - если больно, я могу выйти…только скажи.. -нет….я немного странно себя чувствую..но..это не больно..останься..-прошептала Роуз тяжело дыша. Зои вошла полностью. С губ девушки сорвался стон, а пальцы сильне впились в спину Эллисон. Та двигалась не спеша, медленно и осторожно, трепетно целуя каждый сантиметр тела Розалины, постепенно набирая темп. Она не была грубой, движения были плавными, бережными, ей двигало лишь желание доставить этой девушке удовольствие и насладиться моментом в полной мере, поскольку считала, что Рози достойна этого, и только такого бережного обращения. Она не хотела быть грубой и ранить ее, какие бы похабные мыли не лезли в голову, на первом месте было удовольствие Роуз. Сама же Зои наслаждалась тем, что эта обнаженная, невероятной красоты девушка, получает удовольствие, вознаграждая Эллисон прекрасными, как неведомая ранее симфония, стонами. Роуз, двигалась ей на встречу, мягко сжимая ее пальцы внутри. Это было невероятно. Зои была такой нежной, такой горячей, ее запах сводил с ума. Она кусала ее губы словно они были единственным источником исчезающего кислорода, которого так не хватало. Зои была такой сосредоточенной, такой серьезной и в то же время, такой близкой и единственной, словно она принадлежала ей целиком и полностью. Она была как сладкий плен, из которого не хотелось выбираться. Такой пошлый, серьёзный взгляд, проникающий в каждую клеточку тела, эта лёгкая улыбка, завораживающая своей красотой, словно предмет гипноза, погружающая в транс. Каждое движение Эллисон приближало Роуз к финалу, Она затихла на мгновение, приоткрыв рот в немом стоне, ее тело вздрогнуло, потом снова. С губ сорвался долгожданный протяжный стон. Она тонула в собственном наслаждение, как в открытом океане, внутри словно взлетели и взорвались тысячи фейерверков, наполняя пустоту внутри своей горячей волной. Роуз кончила. Ее тело стало ватным, ноги и руки приятно покалывало, она приходила в себя, крепко сжимая в объятиях Зои, которая нежно целовала уголки губ Бэйер. Когда Эллисон вышла, Роуз почувствовала пустоту внутри и с тем облегчения, словно гора рухнулась с плеч, превратившись в мелкие песчинки. Зои вновь глубоко поцеловала Роуз. Но сделала это со всей нежностью и заботой, которую только могла дать. Она прикрыла девушку одеялом, не выпуская ее из объятий, мягко поглаживая по спутавшимся волосам. Розалина не заметила, как сильная усталость навалилась на неё тяжелым покрывалом, заставляя оставить реальность и погрузится в глубокий сон, но даже сквозь него, она чувствовала тепло лежащей рядом Зои, которая не выпускала ее из объятий ни на секунду.