Что же ты творишь, Билли?

Билли больше не возвращался на кухню, после того, что сделал. Свет был включенным, а Макс казалось, словно из темноты дома за ней смотрит Харгроув, пытаясь уловить момент, когда же девчонка пошевелится, чтобы снова наброситься на нее. Ее взгляд не отрывался от точки на полу, по ощущениям, прошло несколько минут, однако на улице уже наступал рассвет. Макс ни о чем не думала, а сидела тихо, словно мышь, стараясь не совершать лишних движений. Это было похоже на глубокий сон, но с открытыми глазами. «Может, я умерла?»– пронеслось в голове у Макс. Она подняла руку, пошевелила пальцами перед глазами, дотронулась до лица. Небольшая ранка на правой стороне лба отозвалась лёгкой болью и пощипыванием. Это означало, что Макс живее всех живых! Она обрадовалась. Мэйфилд оперлась руками о пол, помогая себе встать, но пока получилось лишь встать на колени. Она чуть было не стукнулась лицом о край стола, но тут же схватилась за него руками. Каждое движение приносило боль в нижней части живота, и Макс решила, что медлить не стоит. Держась за стол, она уперлась мысками в пол и резко встала. По животу словно полоснули ножом, короткий визг вырвался из горла, но девушка тут же заткнула себя ладонью. Каждый шаг давался трудно, но скоро боль становилась тише. Взгляд Макс прошёлся по кухне, на которой царил хаос. Но в сиреневатом рассветном свете кухня выглядела так, словно была единственным спокойным местом на Земле. Осколки, рассыпанные сладости и соскользнувшая со стола скатерть никуда не делись, все так же валяясь на полу. «Приберись тут, хорошо?»– голос Харгроува прозвучал в голове настолько громко, что Макс сразу посмотрела на дверной проем, думая, что он здесь. Но это было лишь в мыслях девушки. –Хрена с два, придурок чёртов!– зло прошипела Макс вникуда. Сейчас ей нужно было лишь одно- добраться до своей комнаты, не встретив Билли. Каждый скрип ступеньки и тихое шипение Макс казались оглушительно громкими в гробовой тишине дома. Дверь в спальню была приоткрыта, это означало, что девчонка не будет лишний раз щёлкать ею, создавая лишний шум. Она проскакала на цыпочках к двери и быстро скрылась за ней, сдвинув шпингалет. Она прислонилась спиной к деревянной поверхности, пытаясь перевести дыхание. В комнате пахло стиральным порошком, цветами, стоящими на подоконнике и благовониями, которые Макс разжигала вчера перед походом в кино. Вдох. «Я уверяю, Макс, для шалавы вроде тебя, это будет просто "+1" в копилку членов...» Слезы снова выступают на покрасневших и опухших глазах. Выдох. «Знаешь, Мэйфилд! Если хоть ещё одна подобная шутка, я сделаю так, что ты будешь каждый раз падать на задницу, вставая на скейт!» Вдох. Макс глотает ртом воздух и задерживает дыхание, стараясь держаться столько, сколько сможет. Когда в лёгких появляются спазмы, а перед глазами плывут круги, Макс выдыхает и воздух тонкой струйкой попадает через рот и нос в грудную клетку, наполняя организм утренней свежестью, в которой так много спокойствия. Хорошие и теплые воспоминания вчерашнего вечера перекрывали тонким туманом события ночи. Макс смотрит на свои ноги, на которых видны засохшие струйки крови. Ее лицо сморщилось, к горлу подкатил ком. Она с огромным отвращением взялась за край салатового сарафана и задрала его до живота. Между ног было меньше крови, чем она себе представляла, но на животе и выступающих бедренных костях были синяки и гематомы. Она слегка надавила на них пальцами и тут же шикнула от боли.  Она доковыляла до ванной, где сняла сарафан, бросив его на пол, и посмотрела на себя в зеркало. На лице не было ничего, кроме небольшой ссадины на лбу и трещинки на губе. «Слава богу»– подумала Макс. Она совсем не хотела придумывать истории о том, как получила травмы лица. Они оба понимали, что Макс никому не расскажет правды. 1990 –Я оделась и вышла из его дома. По пути я встретила ребят и сказала им, что поругалась с братом и мне нужно идти домой. –Скажи, Макс, дома кто-нибудь понял, что у тебя что-то случилось? –Дома никого не было. Только старший брат, который был в комнате. Но я просто крикнула ему, что я пришла и побежала в свою комнату, чтобы помыться,– Макс ковыряла свои пальцы до тех пор, пока на них не стали появляться ранки. По ее щекам потекли слезы. –Хорошо...– Миссис Снайдер подвинула к Макс коробку с бумажными платочками. –На сегодня предлагаю закончить сеанс. Я просто хочу сказать, что в этом виноват только тот, кто сделал это с тобой. Твоей вины тут нет, и ты большая молодец, что обратилась за помощью. –Спасибо,– сказала Макс, не поднимая глаз. Последняя фраза, сказанная доктором Снайдер отозвалась уколом в сердце Макс. Он знает, что виноват. Девушка встала, направившись к двери. –Макс,– позвала ее женщина. –Помни, пожалуйста, что чем честнее ты со мной будешь, тем больше шансов, что я смогу помочь тебе. Девушка несколько секунд задумчиво посмотрела на женщину, кивнула головой и скрылась за дверью. Она миновала кабинеты и длинные коридоры, наконец выйдя наружу и вдохнув теплый калифорнийский воздух. Макс растерянно озарялась по сторонам, пока не услышала сигнал автомобиля. Это был белый Вольво. –Ты же буквально сутра был на другой машине,– сказала она молодому мужчине, чмокнув его в щеку. Его рука зарылась в ее рыжие волосы, начав поглаживать кожу головы. –Такая работа, Макс. Хочешь чего-нибудь? –Ягодного мороженого и печенья?– спросила она, глядя на парня. –Ягодное мороженое и печенье,– улыбнулся он и поцеловал девушку в макушку. –Садись и поедем. Примерно через час они остановились около живописного кафетерия, который был расположен неподалеку от дикого пляжа. Заказав все нужное, они сели за столик, где парень аккуратно начал разговор: –Как прошел сеанс? Макс откусила печенье и заела его ягодным мороженым, которое было красиво выложено в стеклянном стаканчике. Проглотив десерт, она робко ответила: –Я... Я соврала ей... Я сказала, что это был друг. Я не могла. –Макс, какого черта?! Тебе никогда не станет легче! –Мне стало легче, клянусь,– это была чистая правда,– я впервые за три года рассказала об этом человеку, который посмотрит на ситуацию с профессиональной точки зрения. Именно это важно для меня, пойми. Я же не сказала, что это сделал незнакомец, а специально сделала акцент на том, что человек был близко знаком со мной. Какая разница, что я утаила личность? –Такая разница, Макс,– парень отчаянно впустил руки в свои чуть отросшие волосы. Девушка села ближе к нему. –Пошло все нахуй, Макс. Если ты не будешь откровенна с терапевтом, я пойду к копам. –Ты не посмеешь!– возразила она, обняв мужское плечо. –С чего вдруг?– поинтересовался мужчина, посмотрев в ярко-голубые глаза девушки. –Потому что я люблю тебя. Мне хорошо с тобой...– вкрадчиво говорила она. –Я клянусь, мне стало намного легче после первого же сеанса. Все потому, что я выговорилась,– ее большой палец гладил скулу мужчины. –Мне только это и было нужно. Дальше-лучше. А ещё... А ещё я знаю, как ты жалеешь о том, что сделал тогда, Билли.