Noblesse. Отродье Отступницы

      Пробуждение было странным. Сознание словно раздвоилось. Часть его удерживалась в теле, что лежало на огромной кровати под балдахином. А часть растворилась в поместье, навечно застряла в толстых стенах, свистела ветром в щелях перекрытий под крышей, свернулась пылью в мрачных подвалах, отражала солнечные блики прозрачными стеклами. Оч-чень необычные ощущения… Потихоньку начала собирать себя обратно. Этому сильно способствовали теплая ладонь на лбу и настойчивый зов, велевший возвращаться.       Судорожно вдохнула прохладный воздух, закашлялась. Меня подтянули в положение полусидя, помогая справиться с приступом, погладили по голове. Спазм прошел, дыхание выровнялось. Фух…       — Рейзел? Что случилось? — обнаружила опекуна, расположившегося рядом.       — Ты обрела дом, дитя, — улыбнулся тот. — А Лукедония обрела надежду.       — Что? — непонимающе уставилась в бордовые глаза.       — Почувствуй этот мир, — кивнул на лес за окном Ноблесс. — Открой ему душу.       — Я… я была замком. Во сне, — прошептала. — Или не во сне? Или наяву?       — Наяву, — подтвердил Кадис. — Со временем твое восприятие расширится до целого острова.       — Так вот почему ты так легко переносил затворничество! — осенило меня. — Ты растворялся в острове? В его обитателях?       Ноблесс не ответил. Хм-м-м, возможно, опять спросила о чем-то слишком личном? Взгляд зацепился за плывшие над головой изображения звезд и планет, легонько покачивавшиеся под навесом из тяжелого материала.       — Красиво, — прошептала, залипнув на игрушку.       Рей проследил, на что я так отреагировала, улыбнулся. И погремушка медленно завращалась. Звезды превратились в кометы, оставлявшие за собой мерцающие хвосты.       — О-о-о-о-о, — восхищенно протянула, — волшебство! Повезло жившим здесь маленьким благородным.       Собеседник промолчал.       По-новому посмотрела на комнату: детская. Прямо напротив угадывались очертания платяного шкафа: монолит из светлого дерева с темными вкраплениями ручек и украшений. Слева от него у панорамного окна стоял изящный стол на изогнутых резных ножках. Пара стульев и софа с золотистой обивкой сидений дополняли гарнитур. Темные тяжелые портьеры слабо колыхались на сквозняке. Ни разбросанных игрушек, ни разрисованных обоев, ни забытых мелочей. Грустно, заброшено. Словно в последний раз маленькие ножки бегали по светлому паркету очень давно, тысячи лет назад.       — Долго я спала? — сменила тему.       — Несколько часов.       — А как дела у остальных?       Ответить помешал Франкенштейн, вкативший в комнату сервированный под чаепитие столик. Пф-ф-ф-ф! Он имел настолько счастливый вид, что невозможно было не улыбнуться. Наверное, тоже соскучился по особняку и теперь радовался возвращению. Ха-ха! И никакой школы, никаких детей, никаких крошек…       — Мастер, чай готов, — доложил Франки. — Ани, как самочувствие? Тебя еще может знобить, так что попей горячего.       — Ты тоже через это проходил? — удивилась. — Акклиматизация так работает, да?       — Можно и так сказать.       — А где ребята? — повторила вопрос.       — Э-э-э, — замялся опекун. — Кажется, у них возникло какое-то срочное дело. Они куда-то очень поспешно ушли.       — А-а-а-а, — понимающе протянула. — Развлекаются, значит. Устроили внеплановую проверку бойцам Центрального аппарата.       Заслужила укоризненный взгляд Рейзела.       — Что? Как есть, так и говорю. Регис наверняка переживал, что другие скоро обнаружат появившийся в Запретных землях особняк. И теперь старается аккуратно не допустить утечки информации и предотвратить ваше столкновение с защитниками Лукедонии. Чужие жизни спасает, между прочим. Ну, а наше модифицированное трио не смогло оставить товарища без поддержки. Заодно обкатают работу в группе в условиях, приближенных к боевым. Кста-а-а-ати, — повернулась к Кадису, — ты ведь уже в курсе нового проекта Тао? Я первой подала заявку в твой фан-клуб, — гордо выпрямилась, дразня Франкенштейна аурой превосходства. — Ты рад?       Рей вновь погладил меня по голове, попытавшись скрыть порозовевшие щеки. Ах-ах, милота!       — Какой фан-клуб? — напрягся Франки.       Многозначительно поиграла бровями.       — Не могу сказать. Первое правило фан-клуба — не упоминать о фан-клубе, — подмигнула.       — Ани-и-и-и! — А чего шипеть-то сразу?       — Второе правило фан-клуба, — выдержала театральную паузу, — никогда никому не рассказывать о фан-клубе.       Стоически удержалась от хихиканья, наблюдая, как вытянулось лицо собеседника.       — Кстати, а почему бы нам не навестить усыпальницу? — сменила тему. — Рейзел, Лорд там тебе сюрприз оставил.       Получила заинтересованный взгляд.       — Этот жучара донимает нас даже после смерти, — раздалось еле слышное ворчание. — И не думай, юная леди, что тебе удалось ускользнуть от ответа.       Посмотрела на опекунов, похлопала ресничками.       — Я учусь у лучших! — стерла улыбку. — И крайне рекомендую проверить наличие в тайнике Кровавого камня.       — Дитя? — посерьезнел Кадис.       — Я не уверена, но предполагаю, что он похищен. Либо это может произойти в ближайшее время.       Хотя ставлю на первый вариант. Да, неканон. Но и красные кристаллы в телах агентов Союза тоже далеки от знакомых по манхве событий.       — Франкенштейн!       — Да, Мастер. Я проверю, — поклонился тот и покинул комнату.       — Ани, — позвал Ноблесс.       — М-м-м?       — Зачем ты дразнишь моего слугу? — В вопросе не было укора или упрека, скорее любопытство.       — Франки так забавно реагирует. Ведь он к тебе неравнодушен, — прищурилась. — Не переживай, он получит почетное место в твоем фан-клубе. — Выбралась из кровати. — Идем смотреть сюрприз. Тебе не понравится. Но деваться уже некуда. Ты же хочешь понять, почему Лорд объявил твои земли Запретными.       — Теперь ты дразнишь меня, — улыбнулся Рей.       — Неужели у меня получается? — Мое недоумение было искренним.       А молчание в ответ — красноречивым. И ладно.       По пути в усыпальницу столкнулись с вернувшимися Регисом и ГМО. Троица переоделась в новенькие костюмчики и выглядела просто отпадно. Хоть и немного запыленно.       — Ани, — подскочил ко мне Тао, — как себя чувствуешь?       — Все хорошо, — заметила приближавшегося Франкенштейна, замедлилась. — А вы?       — Мы? — хмыкнул товарищ. — Выяснили, что местное население не питает дружеских чувств к модифицированным людям.       — Шаг назад, — рыкнул опекун на стоявшего слишком близко ко мне хакера.       Закатила глаза.       — А я предупреждал, что Лукедония для таких, как вы, не самое лучшее место, — проигнорировал мою гримасу Франки. — Так было на протяжении веков, и в последние годы эти настроения еще более усилились.       — Интересно, почему, да? — фыркнула, уставившись на него.       — Мне интереснее другое, — не повелся на провокацию тот. — Тао, что там за новый фан-клуб?       — Э-э-э, да мы просто организовали небольшой клуб по интересам, — укоряюще посмотрел на меня парень.       — Правда?       — Ну да, что-то вроде детского кружка на общественных началах. Уверен, это даже не стоит вашего драгоценного внимания… — попытался слиться с темы товарищ.       — А я бы тоже хотел знать, — влез Регис. — Тао, ты ничего не хочешь мне объяснить?       — Например? — побледнел хакер, бросив неуверенный взгляд на Ноблесс.       — Насчет RK-5. — Ландегрэ явно не чувствовал атмосферу.       — Ах, это? — Тао продолжил увиливать. — Уверяю, тут нет никакого криминала.       Ободряюще похлопала его по плечу.       — Я назвал нас в честь Рейзела-нима. Мы — Рыцари Рейзела, Raizel Knights.       — Что? — ошеломленно выдохнул Регис, с трепетом и обожанием посмотрев на кумира.       Кадис смущенно отвернулся, однако я знала, что ему подобное искреннее отношение чрезвычайно приятно. Франкенштейн же словно окаменел. Интересно, чего ему хотелось больше в этот момент: прибить хакера за инициативу или записаться в ряды рыцарей? Ах-ах-ах-ах-ах-ах-ха! Дернула соседа за рукав, подняла вверх указательный палец, ткнула себе в грудь. Повторила жест несколько раз, вопросительно смотря. Наконец до того дошло, что я имела в виду. Получила подтверждение, оскалилась. Соединила большой и указательный пальцы правой руки, образовав кольцо, мотнула головой в сторону Франки. Ответом стал звучный фейспалм.       — Шеф, — просиял парень. — А не хотите ли возглавить наш клуб по интересам?       О, есть контакт: гнев сменился на благосклонное любопытство. Отступила к Рею, подцепила за руку и потянула на выход из зала. Наверняка ребята стеснялись обсуждать детали в его присутствии. Ноблесс не стал сопротивляться и позволил себя увести. Вдогонку услышала яростный шепот Региса:       — А почему я номер пять?       Хм-м-м-м-м, а нумерация-то поменялась. Хе-хе. Если я-таки первая, то скорее всего Тао оставил второй номер себе, третий — отдал флегматично настроенному к идее основания секретного сообщества Такео, четвертый — канонично у М-21, выступившего против. Следовательно, пятый номер — у младшего Ландегрэ. Нулевой сейчас отошел Франкенштейну. Возможно, шестой достанется Сейре.       Мы спустились по мраморной лестнице вниз. Я как-то не задумывалась раньше, на каком этаже находилась.       — Рейзел, а расскажи про поместье. Мы сейчас где находимся?       — В жилой части особняка, — отозвался он, замерев на предпоследней ступеньке. — На втором этаже, — кивок наверх, откуда мы пришли, — несколько спален и личных покоев, здесь — кабинет, библиотека, малая гостиная и приемная. Плюс служебные помещения.       Несмотря на готический, мрачный вид замка снаружи, в интерьере преобладали оттенки янтаря и меда, теплая желто-оранжевая палитра. По обстановке — уютный минимализм и много свободного пространства.       — Устроишь мне потом экскурсию?       Кадис двигался довольно быстро, не оставляя времени на детальный осмотр.       Вопрос остался без ответа. Комнаты сменяли друг друга. Судя по отсутствию освещения и по укрытой чехлами мебели, мы покинули обжитую часть дома. А потом и вовсе спустились под землю. Я поняла это, когда в одном из залов восхитилась очень натуралистично изображенной луной. И только через пару мгновений по изменившимся облакам осознала, что смотрела на настоящее ночное небо сквозь стеклянный потолок.       — А правда, что для посещения храма нужно дождаться полнолуния? — рискнула задать новый вопрос.       — Не обязательно, — отозвался опекун, бросив взгляд на небо. — Традиционно Ноблесс приходили в усыпальницу общаться с предками в полнолуние. Но это лишь ритуал, дань памяти.       Мы миновали галерею, заставленную таинственными высокими изваяниями. Каменные фигуры отличались монументальностью и некоторой топорностью исполнения. Хихикнула: скульптор был старателен, но не очень искусен. Хотя… может, так и задумано? Наконец показались врата. Огромные, метров десять в высоту, не меньше. Украшенные вычурным барельефом. Вот здесь уже работал настоящий мастер. Изображение благородной казалось живым. Она словно парила, плыла вперед в развевающихся складках длиннополой одежды и эманациях силы, расцветших позади четырьмя лепестками наподобие креста.       Рейзел простер руку. Его пальцы засветились красным, глаза засияли. Волосы растрепал невидимый воздушный поток. Пара мгновений — и ноблесс на двери ответила. Ее глазницы также налились алым сиянием. Створки дрогнули и медленно распахнулись. На контрасте с темнотой галереи пространство храма тонуло в белом свете. Кадис вздрогнул, сделал пару шагов внутрь и застыл, недоуменно уставившись на предмет, которого в усыпальнице быть не должно было. Выглянула из-за его плеча, оценила обстановку. Ахах! Меч в камне. Начало.       — Дитя, — обречено прошептал Рей.       — Сюрпри-и-и-из, — фыркнула.       — Рагнарек, — вздохнул он. — Лорд оставил после себя непростое наследие.       Качнулась на пятках. Любопытство победило осторожность. Выбралась из-за спины опекуна, ме-е-едленно приблизилась, чтобы рассмотреть легендарное оружие. Красивое. Серебристый клинок, золотые гарда и рукоять инкрустированы красными камнями. Изящный, но внушительный полуторник. Воздух вокруг него дрожал от излучаемой энергии, мощная аура давила на сознание. Меч казался живым существом, украдкой наблюдавшим за мной, затаившимся в укрытии для молниеносной атаки. Ощущать подобное внимание было неприятно.       Неожиданно со стороны галереи раздались шаги, которые, впрочем, резко стихли, стоило вошедшему заметить артефакт.       — От-откуда он здесь?! — ошеломленно прошипел Франкенштейн, не решившись повысить голос в стенах храма. — Меч, наделенный мощью столь ужасающей, что у перепуганных людей стал ассоциироваться с концом света.       Обернулась. Франки неверяще таращился на подарок Лорда. Анимешные глаза на европейском лице смотрелись забавно.       — Твое Копье ужасает гораздо больше, — проворчала себе под нос, однако акустика оказалась слишком хорошей.       — Ани, не говори глупостей! Это же духовное оружие Лордов! — потряс руками опекун. — Мастер, с чего бы вдруг Лорду оставлять здесь свое духовное оружие?       Рейзел покачал головой.       — Я также не ожидал подобного, потому что это оружие я использовать не могу.       — Да, но…       — Что? Вариант с «поставить его в углу или на стену повесить — любой дом украсит» ты не рассматриваешь? — припомнила беседу, показанную в манхве. — Стильная же штука.       Кадис покосился укоризненно.       — Предпочел бы обойтись без этого.       — Ну да, кому ты будешь этим хвастаться? — фыркнула. — Геджутелю?       Ноблесс вздохнул.       — Он предупреждал, что у него еще много замечательных идей.       — Ага, после того как ты отказался, Лорд придумал план Б, — хихикнула. — И коварно подкинул «крестраж», когда ты наконец надолго оставил дом.       — Когда я запечатал особняк и уехал, ничего подобного тут не было, — подтвердил Франкенштейн. — Наверное, Лорд принес его перед тем, как отправиться в Вечный сон.       — Мне вот интересно, а как он умудрился разделить силы собственной души, будучи живым?       Молчание.       — Ладно, по крайней мере вот вам и объяснение, почему земли вокруг поместья объявили Запретными. Лорд сделал нычку.       — Ани! — Получила замечание.       — Ну, хорошо, тайник… — исправилась. — Стало легче? Он исчез? — кивнула на Рагнарек.       — К сожалению, нет, — удрученно ответил Рейзел. — Однако теперь мы не можем просто оставить его здесь… Думаю, придется его забрать. — Он приблизился и вытянул руку.       Меч засиял красным. А затем последовала яркая ослепляющая вспышка. Проморгавшись, застыла с задранной головой. Вау! Так вот ты какой… Сердечко екнуло, а слюноотделение усилилось. Парившая над клинком фигура принадлежала самому красивому блондину этой истории! Простите, Франки и Юрий, но вы в пролете, когда перед глазами Прежний Лорд. Вау…       — Это же… — прошептал Франкенштейн.       — Да-а-а-а, самый прикольный чувак за всю историю Лукедонии, — согласилась.       — Я не это имел в виду…       — Кадис Этрама ди Рейзел, выходит, нам так и не довелось встретиться прежде, чем я погрузился в Вечный сон, — раздался приятный баритон.       У-у-у-у! Вот это голос! Пробирал до мурашек.       — Это мое оружие духа, вместилище моей силы, поэтому я смог оставить небольшое послание. Это всего-навсего слепок моего образа… Но даже в таком виде я жаждал увидеть тебя, — пафосно объявила голограмма. — Раз ты здесь, значит, этот расфуфыренный пижон все-таки отыскал тебя.       Покосилась на Франки, давя улыбку.       И возразить нечего, ахах: попав в особняк, он принарядился в старомодный пиджак в традиционных цветах благородных и белоснежную рубашку с пышными манжетами.       — У него, конечно, проблемы с психикой, но сил и способностей не занимать. — И снова абсолютно правдивая характеристика, четко и по существу. — Сожалею, что погружаюсь в сон, так и не установив твое местоположение. Но думаю, куда важнее, что теперь ты здесь, — пауза. — Тебе, кстати, не кажется, — интонация окрасилась ворчливыми нотками, — что раз уж ты вернулся в Лукедонию, можно было и ко мне на «могилку» первым делом заглянуть? Зайди ты туда, и это сообщение пропало бы. Эх ты, Истинный Ноблесс… Расстроил ты меня!       Украдкой взглянула на Рея. Он взирал на говорившего со сложным выражением обреченности, покорности, грусти и смирения. Внутренняя связь подсказывала, что, несмотря на обстоятельства, Рейзел рад встрече с «духом» Прежнего Лорда.       — Я оставил тебе послание в своем «склепе». Поскольку здесь не моя усыпальница, то возможности этого образа сильно ограничены. Кадис Этрама ди Рейзел, — вернулся к пафосу и патетике самый красивый блондин манхвы, — я рад, что с тобой все в порядке. — Сияющую улыбку поглотила вспышка, ознаменовавшая окончание сообщения.       Меч продолжил светиться. Хм-м-м, а разве он не должен исчезнуть, повинуясь воле Ноблесс. Нехорошее предчувствие заставило попятиться от артефакта под защиту опекунов. Шаг назад. От оружия разошлись ярко-красные лучи, пронзившие пространство вокруг. Еще шаг. Один из лучей коснулся моих ног, и я поняла, что не могу пошевелиться. Э-э-э-э-э… Не нравились мне эти отступления от канона!       Новая вспышка. Неожиданная, но быстро прошедшая боль и сильное жжение между ребер. Скосила глаза и с ужасом обнаружила торчавшую из груди гарду Рагнарека. В смысле? А где привычное защитное поле? Попыталась обратиться к силе, но та молчала. Лишь правое ухо жгла раскалившаяся серьга. Даже обернуться и укоряюще посмотреть на Рейзела не могла. Он же обещал, что я всегда найду защиту в стенах особняка…       Вокруг закрутился кровавый водоворот. Меня подхватило и подняло над полом. Тело все также не слушалось, сердце учащенно билось, уши заложило. И тут пришла она…       БОЛЬ!       Миллиарды тонких игл пронзили, казалось, каждую клеточку. Абсолютно вне моего контроля тело выгнулось несколько раз дугой. Последнее, что запомнила, теряя сознание, — сужение стенок воронки. А потом я взорвалась изнутри и перестала существовать.