***
Дженни долгое время жила в выдуманном мире... Там хорошо, там... Там есть все, чего она хочет или когда-либо хотела: счастье, любовь, семья. Но настал конец. Все развалилось. Девушке пришлось повзрослеть.***
Дженни... Дженни очнулась через несколько дней. Она чувствовала лишь небольшую боль из-за того, что ее порезы на запястьях ныли. Девушка оглядела помещение, замечая, что находится в палате, что у нее из руки торчит катетер... Ну, и стойку с капельницей соотвественно. Тяжело вздохнув, Ким попыталась сесть, но сделать этого не удалось: она слишком ослабла. Откуда-то из угла раздался скрип, а через секунду перед школьницей появилась ее мать. -Дженни, доченька моя, как же так... Почему ты решила сделать это? Почему ты не сказала мне о том, что тебе плохо? Я... Я бы нашла тебе хорошего психолога... Я не знаю... Ты не должна была переживать все одна! - А что Дженни? Дженни лишь устало и разочарованно посмотрела на свою родительницу. Нет, безусловно, она любила свою мать, но... Всё. Это всё, что она могла сказать. Потому что доверия не было. -Я понимаю, мам. Я..., - девушка запнулась, решив переступить через себя. - Я каждый гребаный день просыпалась с мыслью о том, когда же он наконец закончится. Я буквально существовала, я... Я просыпалась, чтобы вечером опять заснуть, - Послышался тихий всхлип. Плечи младшей Ким дрогнули. -Я действительно пыталась быть нормальной, знаешь... Как все. Как все мои ровесники. Но я потерпела сокрушительное поражение в этом. Они могут***
Дни тянулись. Тянулись медленно, словно кто-то специально переводил стрелки часов назад. Однако наступил декабрь. И Дженни, которую только-только выписали из больницы, собиралась в школу. Бесконечные учебники, тетради, ручки... Все это помогало отвлечься. Только вот от чего? Ким вздрогнула. Она поняла, чего именно не хватает. Страх куда-то исчез. Темноволосая отшатнулась. Страх... Раньше он преследовал ее буквально везде. И всегда. В ту же секунду Дженни почувствовала себя монстром.***
Дорога в школу не отняла много времени. Ким, как ни в чем не бывало, зашла в кабинет, который ничуть не изменился за время её отсутствия. Разве только его украсили к Рождеству: весела пара гирлянд, какое-то подобие мишуры, несколько оленей и множество снежинок. Дженни села за парту и стала выкладывать учебные принадлежности. Мельком ее взгляд упал на собственные запястья. Пара-тройка глубоких шрамов, которые служили напоминанием о прошлом, но также показывали неизбежное будущее. Рецидив. Рецидив - это всё, и одновременно ничего. -Хэй, - раздалось откуда-то из-за спины. Ким устало выдохнула, но все же повернулась. -Ты не отвечала на звонки. Я знаю, что с тобой случилось. Мне жаль. Как ты? - Привычная улыбка появилась на лице темноволосой. -Привет, Розэ. Рада тебя видеть. Извини, что не брала трубку, - Пак понимающе кивнула. Нет. На самом деле, она также ничего не понимала в происходящем. Как и все остальные впринципе. Можно ли кого-то винить за это?***
Нет смысла говорить о том, что было на уроках. Типичный школьный день, если можно так выразиться: скучные занятия, огромное количество домашки, орущие учителя... Впрочем, после всего этого Ким пошла домой. Вернее, она зашла домой, оставила там свои вещи и ушла. Ушла на речку. После такого странного дня ей надо было привести мысли в порядок. Темноволосая не планировала утопиться или что-то вроде этого, вовсе нет. Но на берегу было тихо. Достаточно тихо, чтобы у такого человека, как Дженни, получилось сконцентрироваться на собственных чувствах.***
RM - moonchild Всё так, как и должно быть Вся эта боль и вся печаль Это то, что уготовано нам судьбой, понимаешь? Наши жизни таковы Мы должны танцевать под каплями дождя Танцевать, окутанные болью Смеркалось. Дженни по-прежнему сидела у водоема. Ее взгляд был направлен в никуда: волны гипнотизировали. Они, разбиваясь о берег, создавали такой звук, что способен был очистить сознание на какое-то время. Девушка хмыкнула, пнув ногой какой-то камень. -Надолго ли этого хватит? - Взгляд прошелся по запястьям: недавние раны были слегка розоватыми и по-прежнему немного болели. Старые же, еле заметные рубцы, просто меркли на фоне. И, казалось, что это правильно.