alpha vita

Loving you for all my life Loving you is a gift tonight Everyday is Christmas when you're here with me I'm safe in your arms, you're my angel baby

***

С того неоднозначного момента в ноябре шли дни. Затем недели. И вот, прошел месяц. Время то тянулось, то неумолимо бежало, ни в какую не отвечая на просьбы задержаться в том или ином моменте… Красные цифры на календаре гласили: двадцать четвертое декабря, пятница.

***

Белые, без конца пополняющиеся горы за окном, сверкающие снежинки на ветру. Где-то вдалеке стоит снеговик с ведром на голове, слепленный младшеклассниками. Сегодня один из самых ожидаемых дней в школе: праздничный конец учебы перед новогодними каникулами. Все присутствующие одеты в черный и красный: таков сегодняшний дресс-код. Новогодний концерт был пышным завершением учебы в этом году. В свету прожекторов ученики и учителя то пели, то вместе танцевали, то исполняли уютные песни под аккомпанемент гитары или рядом стоящего фортепиано. Все сидели компаниями или парами, улыбаясь, смеясь или параллельно что-то комментируя. Знакомые нам преподавали не стали исключением. И вот они вместе: Тот, что выше, одет по последнему писку моды: черный костюм, под ним такая же черная водолазка. Изюминку придавал бордовый галстук-бабочка, надетый поверх шерстяного воротника. Этот сдержанный образ дополняли лаковые туфли и наспех сделанная укладка: Отросшая челка выпала из прически и тем самым добавила свежести. Успешно завершили вид сладковатые шлейфовые духи с древесными нотами в основании. Как и всегда, парфюма не было много: Кейя не переносит резкие запахи. Сидящий слева учитель был на высоте: сочетание красного пиджака и галстука с черной рубашкой и брюками идеально подходит его цвету волос и подчеркивает глаза. Завершением служили классические черные кеды. Может показаться, что они выбиваются из комбинации строгого костюма и сдержанного галстука, но они придали образу свободы. На изящной руке расположились черные часы с блестящими серебряными стрелками. Вдруг, мистер Дилюк резко встал и направился к выходу. Это вызвало вопросы у сидящего рядом Альбериха. Второй учитель схватил руководителя за рукав и спросил, в чем дело. Он лишь ответил, что немедленно нужно уйти в учительскую и кое-что закончить и просил не беспокоиться. Но как бы не так, без заведующего кафедрой рядом время растянулось, искривилось. Секунды стали минутами, а минуты вовсе превратились в часы. Номер сменялся номером, но Дилюк не возвращался и на сообщения не отвечал. Что случилось в учительской, оставалось лишь гадать. Даже уютная песня под гитару в исполнении своих же учеников не внушала никакого спокойствия.

***

Не в силах оставаться на месте, Кейя пошел в эту злополучную учительскую, будто хотел выяснить, почему эта комната отобрала у него такой прекрасный предновогодний вечер. Массивная дверь медленно приоткрылась. Среди белой мебели, одиноко стоящих мониторов и ажурных перегородок, напоминающих четырехгранные снежинки, находился практически единственный источник света — одиноко висящая лампа над рабочим местом Рагнвиндра. Он один, в этой огромной учительской, так еще и остался тет-а-тет с практически невыполнимой задачей. Так же печально звучало щелканье клавиш единственного работающего компьютера в этой большой светлой комнате. Шорох ковролина отвлек от работы учителя и заставил приподнять взгляд на того, кто вторгся в его пространство. — Я почувствовал что-то неладное, когда ты так долго не приходил. Все в порядке? — Ну, как сказать, мне перенесли защиту проекта на две недели. Мы с ребятами ничего не успеем, если я не разберусь сейчас же. И зачем я захотел стать куратором? — Я тебе помогу. — Недавно пришедший учитель и уверенно положил руку на клавиатуру. — Не стоит, я как-нибудь до утра справлюсь. — Дилюк отодвинул второго от компьютера. — Что за тема? — Игнорируя жест завкафедры, приступил к «помощи» учитель со сковывающими душу, ледяными глазами. — «Теория вероятности». — Вздохнув, произнес наш мученик, будто это словосочетание означало смертный приговор. Альберих встал сзади сидящего Дилюка и крепко обнял второго, тем самым заставил его вернуться в реальный мир из эфемерного пространства с нескончаемыми цифрами и чертежами. Послышался тихий шепот стоящего сзади: — Ты безумно красив, особенно сегодня, не смей переживать. Как же тебе идет бордовый… — Эти слова заставили окончательно забыть о проекте и мире вокруг, поддаться ему, готовому остаться в этой чертовой школе даже ночь, лишь бы сидящего впереди ничего больше не смело тревожить. Дилюк лишь прикрыл глаза. Спустя минуту Кейя разомкнул руки. — Ну как, приступим? — Уже с приподнятым настроением и энтузиазмом сказал преподаватель. Ответом на это послужил открытый на компьютере первый слайд с подзаголовком «Задачи». Тяжело вздохнув, заведующий кафедрой и его «друг» начали быстро что-то выписывать. Постоянно роясь во вкладках, перебирая различные сайты, считая на бумаге и калькуляторе… Работа шла полным ходом. Альберих перебирал все возможные решения систем уравнений, в ход даже пустился старый добрый бином Ньютона. После этой чудодейственной формулы слайды шли как по маслу. Страница с задачами пополнилась четкими формулировками. «Ход работы» наконец приобрел все нужные подпункты и их дотошные объяснения. Финальный босс — «Вывод». Пришлось использовать весь запас красноречивых оборотов и фантазии, чтобы его преодолеть. Увидев на компьютере последний слайд, Кейя встал из-за стола. Заведующий кафедрой же закрывал бесчисленное количество окон. — Раз смогли разгрести эту гору… Может, встретимся у кого-то сегодня вечером? — В голосе учителя слышалось переживание. Вдруг у Дилюка свои планы? А если прозвучало навязчиво? — Ты прав, давно просто так не виделись. — Полушепотом сказал второй. Наконец, встав из-за стола спустя долгое время, два измотанных учителя стали собирать вещи и приводить опустевшую учительскую в порядок. — Еще раз спасибо тебе! Если бы не твой подход, делал бы проект до тридцатого точно… — Эхом раздался голос мистера Дилюка. — Да что ты, пустяки. Главное, что все вовремя уладили. — Протянул рядом стоящий учитель. Вдруг из динамика наверху раздалась размеренная мелодия. То был последний звонок в этом году. — В честь такого, предлагаю… — Оборвав фразу на полуслове, Кейя взял заведующего кафедрой за руки. Объяснение действительно было лишним, учителя принялись кружиться в легком вальсе по уже хорошо известной всем большой и светлой комнате. Последние минуты нахождения в школе перед новой грядущей датой вселяли надежду и спокойствие. Звонок все продолжал играть, не давая повода на скорое расставание. Одни плавные движения сменялись другими, этот простой танец захлестнул пару полностью. Музыка вскоре оборвалась, оставив Альбериха придерживать второго педагога за талию. Они отстранились, когда услышали конец мелодии. — Кхм… Может, вечером сыграешь что-нибудь, раз соберемся у тебя? — Явно не предугадавший этот жест, Дилюк смутился. — Если хочешь, то конечно! — Ответил второй присутствующий учитель. — Походу я смутил тебя? Прости, просто шутка, чтобы тебя приободрить. — Не делай так, когда к нам могут зайти! — То есть я могу танцевать с тобой в одиночестве? — Кейя снова заулыбался. Наблюдать за тем, как такой серьезный человек слегка краснеет было истинным удовольствием. — Все, хватит, сменим тему! — Терпение заведующего кафедрой все-таки подошло к концу. — Поехали уже отсюда, отдохнем наконец. После этих слов учителя спешно направились к гардеробу. Наконец выйдя на улицу, они почувствовали свежий зимний аромат: сверкающий снег вкупе с рядом растущими соснами. Все так и веяло приближающимся торжественным концом года. Белым-бело, так волшебно, так чарующе… Все чаще на улицах встречаются счастливые люди в предвкушении новогодних чудес. Город быстро оделся в зелено-красные тона, золотой свет гирлянд привлекал внимание посетителей бульваров и старых, пышно украшенных барельефами улиц.

***

Звенящие ключи и открывающаяся дверь. Сходу на глаза попалась светлая гостиная с просторным диваном и черным фортепиано около панорамного окна. Повесив пальто, оба учителя приблизились к нему. Один в качестве слушателя, другой — как исполнитель. В черном костюме, сидящий за черным фортепиано, Кейя выглядел чарующе и загадочно. Они остались втроем в этом маленьком мире — играющий, инструмент и слушатель. Дуэт первых двух предназначался для единственного человека в этой вселенной: спокойного учителя с пылающими глазами. Альберих гордо открыл фортепиано и осмотрел клавиши. Умиротворяющая мелодия быстро заполонила собой все пространство гостиной. Она, подобно ручью, лилась то спокойно, то резко оставляла маленькие кристальные брызги, тем самым охлаждая уставшую голову. Взгляд второго учителя из четкого стал размытым, музыка погружала его в совершенно иное пространство. Сквозь эту мелодию ощущался трепет. Он так и норовил выбраться и вылиться в крепкие, бесконечные объятия с тем, кто эту мелодию так старательно воспроизводит. По дружбе или нет, это уже не имеет значения. Музыка плавно подошла к концу. Предчувствуя вопрос, Кейя тихо сказал: — Грезы-Клод Дебюсси. Это был фрагмент, полностью я не знаю. — Это, это… просто прекрасно! Я буду включать ее себе постоянно. Опустившись на мягкий диван напротив фортепиано, оба взяли мандарины из фруктовой тарелки. Рагнвиндр все приближался к сидящему рядом. — Ты ко мне так близко, неужто хочешь сделать что-нибудь эдакое? Да, это была очередная интрига от Кейи. — Ну допустим. — Сухо ответил Дилюк и быстро поцеловал, взяв за плечо. — Это тебе за прекрасную музыку! — Да что ты… — Прежняя уверенность учителя сменилась смущением.