Я рядом skz

– Ханни, тише, я здесь.. Парня била лихорадка озноба, подобравшаяся к его организму на фоне запущенной простуды. Это всё началось с больного горла и таким простым оправданием для многих и в особенности для тех, кому ну никак нельзя уходить на больничный: "Да ладно вам, я просто сорвал голос. Ничего серьёзно". А через день у него появилось комбо простуды: насморк, температура и совсем, совсем больное горло. Ну и ещё через сутки Хан упал в обморок прямо на тренировке к приближающемуся концерту. Силы парня иссякли на фоне болезни, которая высасывает всю энергию. Отлично, настоящий поступок взрослого человека – загнать себя в яму, извести свой организм до максимума чтобы уйти на больничный на длительное время. Когда можно было сразу начать лечиться и не запускать это дело, чтобы больничный продлился не более двух–трёх дней. Но мы люди умные, взрослые и самостоятельные. Поэтому лечимся мы тоже по собственному методу. А точнее – почти не лечимся. Поэтому, лечит Хана его возлюбленная. Девушка сидела на краю кровати, свесив ноги к полу, на её бёдрах лежала голова Джисона. Нежными движениями пальцев, Аники гладила лицо и макушку своего любимого, стараясь оставлять его в сознании своими прикосновениями и не позволять вновь провалиться в кошмарный мир снов, который изводил парня уже вторые сутки. Как только он засыпал, озноб тут же захватывал его организм и на фоне всего этого, Хану снились жуткие сны, от которых он вздрагивал каждый раз, тем самым пытаясь проснуться, но тело настолько устало, что сон был просто необходим, поэтому открыть глаза почти не удавалось. Разум был спутанный, голос хриплый, а руки и ноги холодными. На улице стояла тёмная дождливая ночь. Звук попадающих на оконные стёкла капель, тихим шорохом разносился по комнате, заполняя её спокойным звуком, на котором можно было сконцентрироваться и отдохнуть. Но никто из присутствующих в этом месте не мог уснуть: парень не мог из-за своего ослабленного организма, по которому простуда била мелкой дрожью, заставляя всю кожу покрыться мурашками и заставить мёрзнуть, а девушка не собиралась спать, потому что за больным нужно следить. Мару очень сильно переживает за Ханни, поэтому просто не может отойти от него и оставить без присмотра. Джисон не хочет чтобы девушка выпускала его из своих тёплых родных рук, в которых он чувствует себя спокойнее. Рука Аники ложится на горячую щеку парня, поглаживая его лицо. – Это всего лишь кошмар. Он просто разбудил тебя. Всё хорошо. Засыпай, а я вместе с тобой. – она проверяла реакцию парня на слова. Хоть какое–то движение, хоть какой–нибудь звук, который он может издать в знак понимания. – Хочешь, я обниму тебя? Ты положишь свою голову мне на плечо, уткнёшься носом в шею, а я буду гладить тебя по спине и тихо тихо шептать тебе о чём–нибудь? Давай? – Холодно.. – сухой кашель прерывает итак сбивчатое дыхание. Мару хочет хоть как-то облегчить болезнь парня, но всё что она могла сделать уже было сделано. Холодная ладонь парня ложится поверх тёплой руки девушки, находящейся на его лице. Ханни сжимает её ладонь, поглаживая костяшки женской руки большим пальцем. Этот знак даёт знать куда больше слов, которые люди могут сказать. Прикосновения дорогого для тебя человека, которые несут в себе особый посыл, на каком-то своём языке, установленном между двумя людьми. Каждое касание значит что-то, что словами передать можно не всегда. – Ты таблетку уже выпил, скоро подействует. Давай я заварю тебе чаю с лимоном и имбирём, принесу сюда, ты попьёшь его и мы ляжем спать как я тебе и обещала. Давай? В ответ последовал кивок. Горло слишком сильно жжёт чтобы говорить лишний раз. – Я сейчас, отойду буквально на пару минут, – девушка аккуратно переложила голову парня на подушку, сильно не тревожив его. – Ты только не засыпай, хорошо? – А ты быстрее возвращайся. Без тебя слишком плохо. — Хан нехотя выпустил руку девушки из своего замка. – Лишний раз можно было бы и не говорить... – Мару и сама собиралась, как можно быстрее вернуться в спальню. Спустя пару минут Джисон пил чай маленькими глотками, сидя в закутанном одеяле. Девушка села на пол, положив руки на кровать и поставив на них подбородок. Теперь она смотрела на парня снизу вверх, наблюдая за ним. Его взгляд был уставшим, глаза красные от недосыпа, кожа бледная от нехватки витаминов в организме. Руки дрожали от холода, но тепло горячей чашки согревало онемевшие от холода пальцы. Ханни переводит взгляд на свою возлюбленную. На её лице читается некая грусть, в смеси с усталостью. Аники тоже мучал недосып и постоянная тревожность за Джисона. Только в отличие от парня она не болела, поэтому держалась куда лучше него. Тем более, за ним нужно следить, потому что кое–кому лень принимать лекарства и соблюдать рекомендации доктора. Поэтому, она старалась быть сильной, заботясь о своём больном, не обращая внимания на свою усталость. Ей пришлось взять несколько выходных чтобы находиться рядом с Ханом. Вроде он не ребёнок, а ведёт себя очень по детски, поэтому оставить его одного болеющим было бы глуповато. Джисону было не по себе от того, что он так сильно заставляет нервничать свою девушку и отнимает слишком много времени, которое Аники тратит на него. Возможно, так в нём играла свою роль совесть, которая понимала, что нужно было думать раньше, чтобы не запустить болезнь. – Прости, что не даю тебе поспать ни днём, ни ночью.. – по эмоциям Хана было ясно, что он сочувствует, что так изматывает любимую своей простудой. – Это моё решение сидеть с тобой круглые сутки и лечить тебя. Парень взял стакан в одну руку, а освободившейся рукой он легонько дотронулся до подбородка Мару, прося её поднять голову, чтобы заглянуть в родные глаза. Она подняла голову по его просьбе, направив свой взгляд на чуть подрагивавшие ресницы карих глаз. Стоит ли говорить, что эти глаза прекрасные и в другие она никогда не сможет смотреть..? – Я знаю, что ты меня не бросила бы, – минутное молчание и Ханни вновь повторяет. – Прости.. – Боже, да за что ты извиняешься то? – девушка не сумела скрыть в голосе промелькнувшую всего на секунду нотку злости, которая образовалась на фоне усталости и обиды за то, что её возлюбленный так не бережёт себя. – Ты зла на меня, прости.. – глаза парня можно было сравнить с глазами маленького щеночка: милые, красивые и немножко мокрые от подступающих слёз. Джисон понимал, что девушка злится не специально..ей тоже плохо. – Делать мне нечего, как злиться на тебя, – Мару перевела взгляд на свои руки. Больше она не может смотреть в эти родные глаза, в которых всегда можно было прочесть правду, как бы парень не врал. Она видела в них, что парню жалко, что из–за какой–то обычной простуды, ей приходится страдать. Но Мару не страдает рядом с ним, с любимым ею человеком. И ей обидно за то, что Ханни думает всё наоборот. Неужели болезнь настолько сильно тревожит людей? Чтобы не метаться глазами по разным углам комнаты и вновь не настраивать зрительный контакт с Джисоном, девушка решила окончить этот разговор. – Если ты напился чаю, то давай я уберу кружку и мы ляжем спать, как и договаривались. Тебе стало полегче после лекарства? – она поднялась с пола. – да, мне лучше.. – Хан понял, что продолжать не стоит. Он передал стакан в руки девушки, а та поставила его на комод стоящий рядом, чтобы можно было дотянуться и попить на вставая. Пара улеглась на кровать. Аники легла на спину, позволив Джисону уложить свою голову ей на плечо, уткнувшись в шею, а сама положила голову ему на макушку. Парень обвил левой рукой талию девушки, а правой нежно поглаживал её плечо, на которое он улёгся. – И всё же, я думаю, что тебе стоит... Он не договорил, девушка прервала его речь. Парень почувствовал, как шея зашевелилась, щекоча кончик носа ещё прежде чем он смог понял, что его остановили. – Хорошо, давай обсудим, раз ты так хочешь. Что тебе не нравится? Она не злилась на возлюбленного. Мару просто тоже устала. Её тревожило то, что простуда никак не проходит, а только продолжает нарастать. Такими темпами Джисону точно не удастся попасть на выступление. Девушка понимала, какую важность это играет для него и так же понимала, что он старался изо всех сил не пропускать репетиции, даже будучи больным. Но сейчас его тело просто не позволяло ему быть активным. – Будет лучше, если ты пойдёшь отдыхать, а не следить за мной. – Хан понимает, что если бы сразу начал лечиться, то сейчас бы все занимались своими делами. – Тебе так не нравится, что я ухаживаю за тобой? – Ты третьи сутки со мной возишься.. – Больное горло дало о себе знать, что его лимит говорить заканчивается. Парень закашлял. – Ты бы бросил меня валяться с высокой температурой и в обморочном состоянии? – Нет конечно, – голоса почти нет. Лишь хриплый шёпот. – И чего ты тогда от меня хочешь? Вновь кашель. – Всё, пожалуйста, хватит тревожить больное горло, – девушка чувствовала, что парень дрожит, поэтому чуть сильнее укутала его в одеяло и прижала к себе. – Я никуда не уйду и ты это знаешь. За тобой нужно следить как за маленьким ребёнком. Аники запустила пальцы одной руки в волосы Ханни, поглаживая его макушку. Она легонько потянула их чтобы расслабленная голова парня приподнялась, их взгляды встретились и она поцеловала его в лоб, задержав свои губы несколько секунд на его коже. Этот поцелуй на языке пары имел показательный характер заботы, которую они дарят друг другу будучи вместе, помогая в любой ситуации. Никто из них не собирается бросать своего партнёра несмотря ни на какую трагедию, с которой им предстоит столкнуться в своей жизни. Ханни крепче прижался к девушке. Парень наконец-то успокоился и перестал нервировать себя, что он является каким-то грузом для своей возлюбленной. Это не так. И он наконец-то понял это. Выждав пару минут, он оставил лёгкий поцелуй на ключице Аники. – Ну что, белочка, спать то собираешься? А то твой зоопарк тебя ждёт здоровым. А сон, залог прилива сил к организму. Джисон уже проваливался в сон, поэтому голос девушки доносился до него отдалённым эхом и несмотря на это, он уловил каждое сказаное слово. В ответ на вопрос Хан лишь улыбнулся в шею возлюбленной, а та почувствовала это и поцеловала парня в макушку. Теперь, спустя уже два часа проливного дождя за окном и звука бьющихся об окна капель, Аники наконец-то могла сконцентрироваться на этой мелодичной симфонии звука природы и спокойного дыхания парня, посапывающего у неё на плече. Его тело наконец-то расслабилось, а температура похоже пошла на спад. С надеждой на то, что никого из пары не будут мучить кошмары и они смогут выспаться, Мару провалилась в мир сновидений вслед за Ханни. Доброй ночи.