ПАДАЮЩИЕ ИМПЕРИИ

      Идя по бескрайней пустыне, меня обдувал холодный ветер. В этот момент, я не понимал кто или что я? Осознав лишь то, что У меня была цель, дойти до города. Но зачем? Мне это было не понятно. Машинально, идя вперёд, я наступил на твёрдый предмет. Это было довольно удивительно, ведь за столько дней моих странствий по этой пустыне, я ничего не находил. Кроме песка… Он был везде, мне казалось что я — и есть песок. Он был в моих волосах, в одежде, и даже во рту. Нагнувшись и достав предмет на который наткнулся, я был в смятении. Это была фарфоровая кукла… Что она тут делала, для меня остаётся загадкой. Она казалась мне знакомой, но я не могу вспомнить почему.       Внезапно я почувствовал смятение, как буд-то за мной кто-то наблюдает. Он сзади меня? Он хочет убить меня? В моей голове проносились эти мысли, и я начал быстро оглядываться в надежде что найду наблюдателя. Но никого не было. Понимая что начинаю сходить с ума, я взял флягу, привязанную к моему поясу. Сделав два больших глотка и оглянувшись, я продолжил свой путь. Держа куклу в руках, я разглядывал её. У неё были красивые и длинные, каштановые волосы, а лицо было раскрашено в нежный, бежевый цвет. Глаза были голубые, словно небо над моей головой, но в них виднелась пустота. Всматриваясь сильнее, я понял, эти глаза, в них чувство обречённости, кукла как-будто смирилось со своей судьбой. Мне хотелось спасти это произведение искусства, отнести домой, отмыть это красное платье от грязи, хотелось увидеть её счастливые глаза. Идиот! Прошептал я сам себе. Это кукла! И ничего кроме куклы она из себя не представляла. Я сжимал её своей ладонью всё сильнее и сильнее, пока её нога не лопнула, а осколки не вонзились в мою руку. Меня окутала ярость, она прожигала меня изнутри. Я не хотел верить, ощущать такую же обречённость в этой, бескрайней пустыне, как и та кукла. Замахнувшись я отправил куклу в небо. Она с неконтролируемой силой вращалась вокруг себя, пока не упала на песок. Посмотрев на свою ладонь, я заметил что осколки от куклы, всё ещё осталось во мне. Резким движением левой руки, я вынул оставшиеся осколки. Но кровь… Она вытекала из ладони. Рана горела внутри, не переставая высасывать из меня всю кровь и выбрасывать её наружу. Я прижал рану другой ладонью, но кровь началась ещё интенсивнее течь. Мои ноги уже стояли не в песке а в луже крови, в ушах слышался звук волн, которые бьются об берег. В панике, я начал звать на помощь, орал во весь голос. Лужа крови, превратилась в маленькое озеро. На горизонте я увидел волны, волны крови, они были везде. Я понял что я беспомощен, никто мне не поможет. Я один. Огромные волны крови уже не казались такими далёкими. Они мчались прямо на меня, вызывая чувство обречённости. В один миг я осознал, что тону. Я не вдыхал воздух, а глотал кровь, которая окутывала меня. Медленно, переставая осознавать происходящее, мои глаза закрылись, а сердце перестало биться…       Я проснулся в холодном поту. Боль пронзала мою голову до самых глубин. Она была невыносимой. Сердце так бешено стучало, что был слышал каждый его удар. В страхе от сна, я начал проговаривать про себя, кто же я? Я Арай Фернанд, мне 22 года, родом из маленькой деревеньки Успарии, страны Бруара. Жил в сиротском доме с 8 лет, отец и мать погибли при набеге на нашу деревушку 14 лет назад. Заканчивая вспоминать своё прошлое, я вернулся к настоящему. Оглянувшись по сторонам в поисках питья, я осознал, что нахожусь в сарае с ослами. Это была казарма моего города, которая уже служила мне домом 2 года. Бросив взгляд на окно, было понятно, что сейчас полночь. Нигде не увидев хоть что-то похожее на бутыль, я собрался выйти наружу. Поставив ноги на пол, последовал привычный скрип старых досок, который ни на что не повлиял. Только усилил храп спящих. Надев свои, уже старые сапоги, которые уже были на последнем издыхании, я направился к двери. Преодолевая этот сложный путь, мне хватило ума взять свою накидку. Она не отличалась от моих сапогов, такая-же старая и изношенная. К слову, тут всё было старое: скрипучий пол, койки, от которых осталось одно название и даже крыша, которая протекала даже при слабом, мимолëтном дожде. Администрация не было особого желания хоть что-то менять. Они не видят в этом проблемы. Когда они хоть что-нибудь видели, дальше своих жирных носов. Надев свои лохмотья, я с силой открыл деревянную дверь. Которая также как и пол, любила скрипеть. Выйдя на улицу, меня сразу окутал влажный и прохладный ветер. Мне сразу стало лучше, и головная боль не так и сильно уже волновала. Сделав два глубоких вдоха, из моего рта пошёл чуть заметный пар. В этот миг, я благодарил жизнь за такие моменты. Но, моë ликование, в миг оборвалось. Справа от меня, послышался громкий и высокий голос, похожий на всё те же скрипы полов.       — Арай! Ты чего это тут делаешь, в столь поздний час? Не спится что-ли? Обернувшись, я увидел низкорослого солдата, который был мне по плечо. Это был пискун, его так прозвали из-за его голоса. Выглядел он, всегда неопрятно, хотя, почти все военнослужащие были такими. И я, не исключение. Пискун, всегда был довольно радушным и дружелюбным, его маленькие карие глаза и аккуратненький стройный нос, всем видом давали понять что он, не тронет даже букашку.       — Не твоё дело, Пискун. Я, тут вижу, ты на посту стоишь, так что тебе лучше вернуться на место. А то мало ли, сержант увидит.       — Ой, да ладно тебе! Я всего лишь на минутку отошёл, что там может произойти? — Пискун, всё это время улыбался. По правде говоря, я считаю его чудаком. А последнее что хотелось мне делать, это разговаривать с чудаками.       — Дело твоё. — С этими словами, я покинул кампанию Пискуна. И направился дальше в сторону колодца, в надежде, что холодная вода поможет мне. Услышав скрип входной двери, было понятно, куда направился этот низкорослый.